Лайни Смитерс - День судьбы

– Если мисс Крестон не захочет вас видеть, вы сразу же уйдете, – сурово предупредил он Стивена, пока они шли по пыльному коридору.

– Да, конечно, – поспешил согласиться Стивен, хотя в душе надеялся на благополучный для себя исход.

Дверь гримерной была открыта. В маленькой комнатке, чуть больше его ванной, теснился народ. Ароматы парфюмерии смешивались со смолистым запахом стоящей в углу рождественской елки. Елку украшали белые фонарики, которые живо напомнили Стивену о чудесном вечере, который они провели с Вивьен в Сноуклиффе.

В этом не было ничего удивительного, в последнее время любая мелочь напоминала Стивену о Вивьен.

Темное бархатное платье выгодно оттеняло фарфоровую белизну ее нежной кожи. В ушах и на запястье Вивьен серебристыми звездочками сверкали мелкие бриллианты. Искусная косметика подчеркивала глубину ее глаз, а губы были не нежно-розовыми, как обычно, а темными, как у Венеры, полной страсти.

Только Стивен знал, что под обманчиво изысканной внешностью пианистки скрывается вулканически страстная натура.

Вивьен была самой обворожительной из виденных им когда-либо женщин. И самой недоступной, неохотно признался себе Стивен, глядя, как Вивьен с веселой улыбкой принимает бокал шампанского из рук высокого стройного красавца с чарующим взглядом.

Здесь, мрачно подумал Стивен, она – королева, содержащая пышный двор и принимающая дары от своих обожателей. Она живет в царстве музыки, красоты, успеха и богатства. За те недели, которые они провели вместе, Стивен не только увидел, насколько серьезно относится Вивьен к своей профессии, но и понял, как нелегко рождаются ее импровизации.

Он даже вспомнил ту девочку, которой Вивьен была много лет назад, – не по годам серьезного худенького ребенка, постоянно играющего что-то на своем драгоценном рояле. Эти звуки преследовали Стивена всегда, когда бы он ни появился в доме профессора Крестона.

Вивьен трудилась не один год, прежде чем достигнуть вершины успеха, и, конечно, заслужила право сиять в лучах славы.

Мгновенно оценив ситуацию, Стивен понял, что сейчас неподходящее время обсуждать их необычные отношения.

– Не могли бы вы оказать мне маленькую любезность? – обратился он к Тому.

– Смотря какую, – ответил тот с подозрительностью, естественной для полицейского.

– Передать мисс Крестон записку.

Том перевел взгляд со Стивена на Вивьен, которая весело смеялась, принимая комплименты, и на его бесстрастном лице появилось выражение, которое Стивен переносил с трудом, – снисходительное сочувствие.

– Ладно, пишите побыстрее, – ворчливо согласился Том.

Стивен быстро нацарапал на обороте программки короткую записку, вручил ее Тому и решительно зашагал к выходу.

Почтовый катер на остров отправлялся утром, но Стивену не хотелось бессмысленно тратить время на ожидание. Он велел таксисту отвезти его в аэропорт, где ему удалось за несусветную цену договориться с пилотом.

Через несколько часов Стивен уже сидел в своей библиотеке, уныло уставившись через окно в ночное небо.

Он ждал.

– Сегодня концерт был особенно удачным.

– Спасибо.

Вивьен осталась наконец наедине со Зденеком, но не села за столик снимать грим, а нервно расхаживала по комнате, сжимая в кулаке записку Стивена.

– Я не надеялась на такой успех. Публике понравились новые пьесы.

– Да, они произвели фурор. Они – лучшее из всех твоих сочинений. Но меня больше интересуют другие твои успехи, о которых не знает толпа восхищенных поклонников.

Вивьен замерла у двери и через плечо взглянула на Зденека.

– Что ты имеешь в виду?

– Я прекрасно знаю, что ты можешь улыбаться, говорить то, что требует ситуация, но мыслями быть очень далеко. Ты заметно ушла в себя, когда верзила полицейский передал тебе записку.

Вивьен украдкой еще раз прочитала записку, не веря, что Стивен мог написать такую чушь.

– Ты когда-нибудь влюблялся?

– Конечно. Обычно раз в месяц. В Испании это была брюнетка, в Ирландии – рыженькая, в России – блондинка…

– Я говорю не о легком флирте, – досадливо перебила Вивьен, продолжая кружить по комнате. – И не о сексе, – хотя, подумала она, недавно я научилась относиться с уважением к силе этого чувства. – Я говорю о любви. О настоящей, глубокой, неповторимой и вечной. Зденек понимающе кивнул.

– Теперь я понял, почему заметно изменилась твоя музыка. И в чем проблема? Неужели твой возлюбленный не понимает, какое сокровище он получил?

– Это он – самый интересный и темпераментный мужчина из всех, кого я когда-либо знала. Но, возможно, и самый глупый, – с печальным вздохом признала Вивьен.

– Все глупеют, когда влюбляются, – пожав плечами, философски изрек Зденек. – И не так уж глупо, что он не боится бороться за тебя. Многие готовы бороться за идею до победного конца.

– Стивен ничего не боится. – Вивьен задумчиво уставилась в окно.

– Совсем ничего?

– Разве только, – Вивьен грустно усмехнулась, – что у меня будет ребенок.

– Понятно… – Зденек сочувственно вздохнул. – И что ты собираешься делать? Расхаживая по комнате и болтая со мной, ты не только не забеременеешь, но и ни на шаг не приблизишься к решению своих проблем.

Вивьен перестала метаться по комнате, приняв наконец решение.

– Ты прав. Как ты думаешь, можно сейчас добраться до «Замка Грёз»?

– Для меня нет ничего невозможного, – гордо заявил Зденек. – А где этот «Замок»? Я никогда о нем не слышал.

– На острове Монхеген.

– И там есть взлетная полоса?

– Небольшая, но – есть.

Вивьен видела ее, когда они со Стивеном ездили в Сноуклифф на праздник. Она находилась на окраине, и на ней не было ни вышки, ни сигнальных огней, потому-то местные жители считали более безопасным добраться на катере Ларри Брегга до материка, где был большой аэропорт.

– Узнаю, что можно сделать.

– Спасибо. – Вивьен порывисто поцеловала Зденека в щеку. – Ты настоящий друг.

– Взамен надеюсь получить приглашение на свадьбу.

– Издеваешься? Ты же знаешь, без тебя ничего не выйдет, – рассмеялась Вивьен, забыв на мгновение свои огорчения. – Кто еще сможет так старательно позаботиться обо всех мелочах?

Вивьен не боялась летать, но это вовсе не означало, что ей это нравится. И тем более никакого удовольствия не было перепробовать все воздушные ямы на крошечном легком биплане, нудно жужжащем в угольно-черной ночи над холодной водой.

– Чувствительная дура, – снова и снова ругала себя Вивьен, – намного проще было бы дождаться утра и с помощью Ларри переправиться на остров.

Впрочем, когда дело касалось Стивена, благоразумие отказывало Вивьен.