Дженнифер Блейк - Бесстыдница

— Джанет Бейлор.

Камми почувствовала, как по спине пробежал озноб, не имевший ничего общего со стаканом холодного вина, который она держала в руках. Та самая Джанет, которая была помощником юриста и которая раскопала дело о собственности на фабричную землю.

— Точно, — подтвердила Уэн, и, прежде чем продолжить, вонзила в Камми проницательный взгляд. — Так вот, после того, как эта девчонка порвала со своим мужем, она поселилась в одном из домиков близ дороги, которая ведет на старое кладбище. И вот, значит, вчера она почему-то не вышла на работу. Одна из сотрудниц позвонила ей, чтобы выяснить, в чем дело, но никто не ответил. Никто не обратил на это особого внимания. А сегодня ее опять не было в конторе. Ее телефон снова молчал, и тогда решили позвонить ее матери. Мать, естественно, помчалась к ней домой. И что же?! Джанет исчезла.

— То есть как исчезла?

— Шкаф оказался пуст, в ванной — ничего, пропала сумочка, и куда-то подевалась машина. Все это выглядело так, словно она забросила все вещи в чемодан и куда-то смылась. Тарелки после завтрака так и остались на столе. А в холодильнике, между прочим, полно продуктов. Еще она бросила альбомы с фотографиями и свой деревянный сундучок, ну, знаешь, в них девчонки обычно хранят сувениры. У нее там тоже лежала всякая ерунда: сухие букетики, пустые коробочки из-под леденцов, свадебные рюмки… И вообще, в доме все было перевернуто вверх дном, как будто она жутко торопилась. Неужели нельзя было задержаться хоть на минутку, чтобы сообщить, куда она отправляется и когда вернется?

— И никто не видел, как она уехала?

Уэн отрицательно покачала головой.

— Сегодня в конце дня ее машину обнаружили в Монро на стоянке возле больницы Святого Франсиса. Предполагают, что оттуда она отправилась на автовокзал, который находится вблизи больницы, и укатила куда-то на автобусе. Но никто из опрошенных не помнит, чтобы видел похожую на нее женщину. Короче говоря, она просто исчезла.

Камми нахмурилась и перевела взгляд на озеро, затянутое дымкой вечерних сумерек. На небе появилась луна — осторожно вышла из-за деревьев и, усевшись на их макушки, посеребрила зыбкую водную гладь.

— Почему она так поступила? У кого-нибудь есть хоть какие-то предположения?

— Сказать что-либо определенное трудно, — Уэн пожала плечами. — Джанет не из тех девчонок, вокруг которых крутятся мужчины. Она не пьет и не ездит на пикники. Однако во всей этой истории есть одна загадочная деталь: вечером, накануне ее исчезновения, у Джанет был гость. Мужчина. Так, во всяком случае, утверждает некая вдова, живущая с ней по соседству. Правда, вдова толком ничего не рассмотрела, так как было уже очень темно, но говорит, что приходил мужчина, кто именно — не знает.

— А в доме не заметили следов борьбы?

— Да нет, на это не похоже. Все выглядит так, будто Джанет уехала по собственной инициативе. Некоторые считают, что она сбежала со своим ночным гостем, а наутро кто-то угнал ее машину. Есть еще соображение, что они договорились встретиться за городом, чтобы их не увидели вместе, там поймали такси и отправились в аэропорт. Устроили что-то вроде романтического побега. С другой стороны, нельзя исключить вероятность того, что этот мужик был обыкновенным сексуальным маньяком и бедную девочку скоро отыщут в какой-нибудь траншее или котловане.

Камми молча размышляла над словами кузины. Вполне возможно, это исчезновение Джанет Бейлор никак не связано с тем, что она узнала в суде, но могло ведь быть и наоборот. Если связь все-таки существовала, то об их разговоре необходимо известить шерифа. Камми очень не хотелось, чтобы ее дело получило огласку, но другого выхода не оставалось.

— Джанет приходила ко мне на прошлой неделе, — сказала она и со вздохом поставила свой стакан на пол возле кресла. Откинув волосы, она оперлась подбородком на руку и рассказала Уэн всю историю с документами, о которой ей стало известно от Джанет.

— Это кое-что проясняет, — мрачно проговорила кузина, выслушав рассказ Камми. — Нанси Клеменс, которая работает в канцелярии суда, говорила мне, что пару дней назад кто-то интересовался их регистрационным журналом. Из него были вырваны два листа. Но вот когда их вырвали, никто не может сказать.

— Если это листы, на которых зарегистрировано расторжение брака Лавинии и Хораса, то здесь нет ничего удивительного, — сказала Камми, нахмурив брови. — Но я не могу поверить, что это сделала Джанет. На нее это совсем не похоже.

Уэн цинично фыркнула.

— За определенную сумму, милочка, люди идут и не на такое.

— Но ведь все знали, что она работала с архивом, видели, когда она входила и выходила. Ее сразу бы поймали.

— На человека, который все время вертится перед глазами, обычно меньше всего обращают внимание. Разумеется, это мог быть и кто-нибудь другой, как-то узнавший о том, что раскопала Джанет, и выкрал документы, надеясь на то, что пропажа обнаружится не так скоро. Так бы оно и было, если бы не Нанси Клеменс, буквально помешанная на чистоте и порядке. Она подняла с пола обрывок бумаги и туг же поняла, что он — из старого регистрационного журнала.

— Я должна поехать домой и позвонить Баду, — сказала Камми. В загородном доме не было телефона, никогда не было. И это являлось одним из многих его преимуществ.

— Он, конечно, обрадуется, получив от тебя такие сведения, — заметила Уэн, согласно кивая головой. — Это облегчит ему поиски. Однако, что касается меня… я не уверена, что приду в восторг, если ему удастся напасть на след Джанет и этих документов. Представь, как отреагирует вся наша семья, когда вьшснится, что наша бабка незаконнорожденная, и мы не имеем никаких прав на собственность семейства Гринли.

Камми повернула к ней голову.

— Я все понимаю, и мне очень жаль, но ведь теперь это не имеет никакого значения.

— Естественно, для тебя не имеет. У тебя есть имя, огромный дом… и, может быть, даже фабрика.

В голосе Уэн совершенно отчетливо звучала зависть, несмотря на все старания кузины скрыть ее завесой юмора.

— Но это — всего лишь прихоть судьбы, — возразила Камми. — Я не выбирала себе родителей и не понимаю, в чем меня здесь можно обвинить.

— Замечательно, — пропела Уэн, — но еще более замечательно то, что из-за тебя дерутся мужчины. Нет, я сейчас умру.

— Не говори глупостей, — сказала Камми и потянулась за своим стаканом.

— Ты что, не знаешь? А мне, между прочим, сообщили, что несколько дней назад в кабинете Кита Рид подрался с твоим мужем. Избил его основательно.

— Что ты такое говоришь?! — резко спросила Камми, так и не успев донести стакан до рта.

— Разбил ему нос в кровь, поставил под глазом синяк, да в придачу сломал два ребра, — пояснила Уэн.