Диана Морьентес - Эволюция чувств

Наташе безумно хотелось броситься Максиму наперерез, подбежать к химичке и закричать, что Максим ни в чем не виноват! Но вдруг у химички к учителю физики совсем другое дело, и своим вмешательством Наташа может только еще больше подставить его?

Максим вошел в школу и придержал за собой дверь, чтобы она не громыхала. Мельком взглянул вправо — на Андрея, который озабоченно следил за происходящим. Миролюбивый Андрей всегда старался наладить спокойствие между враждующими сторонами, тем более заступался за своих друзей, и тем более за друзей младше него по возрасту. Но сейчас по взгляду Максима понял, что ему лучше держаться в стороне и делать вид, что ничего не происходит.

Ольга Борисовна стояла у соседнего окна и нетерпеливо постукивала по подоконнику орлиными наманикюренными ногтями.

— Да, я Вас слушаю, — подошел к ней Максим.

Химичка смотрела через мутное стекло на улицу, крепко сжав губы. Ее ноздри раздувались от возмущения, но она молчала.

— У Вас проблемы? — съязвил Максим Викторович. Химичка ему не нравилась еще с тех пор, как он здесь учился.

— У меня?! — воскликнула женщина. — Это у Вас-с проблемы! Вы дýмаете, я слепая и ничего не замечàю?!

Максим догадался, на что она намекает, но продолжал блефовать:

— Вы что-то хотите мне сказать?

Голос химички свистом пронесся по коридору, Андрей по другую сторону от школьных дверей даже содрогнулся.

— Максим Викторович, Вы ведете себя неприл-лично! Вы слишком мнòго себе позволяете! Вы обнимали ученùцу! Я случайно посмотрела в окно и все вùдела!

— Вам на моем месте тоже захотелось бы обнять ее и успокоить. И я бы не возражал, если бы на моем месте сейчас были Вы. Но, к сожалению, Вы не хотите быть другом для своих учеников.

— Разумèется! Учителя не должны переходить эту грàнь!

— Учителя обязаны переходить эту грань! — возразил Максим. И продолжил примерными фразами из лекций по педагогике в институте: — Эти дети проводят с нами даже больше времени, чем со своими родителями. Профессиональный педагог — это единственный человек, который большую часть своего времени отводит на обучение и воспитание детей. Остальные взрослые, включая родителей, заняты своими профессиональными проблемами и домашними заботами и не могут много времени уделять детям. А для того, чтобы сделать учащегося личностью, сам педагог должен обладать независимостью, инициативностью, самостоятельностью… Словом, быть индивидуальностью. И не ругайте меня за то, что мои воспитательные методы не совпадают с Вашими! — Максим вошел во вкус: понял, что просто затыкает химичку за пояс. — Хороший педагог должен иметь способность сочувствовать другому человеку, вселять в ученика уверенность, успокаивать его; вызывать к себе уважение со стороны учеников, пользоваться неформальным признанием… Думаю, я отвечаю этим требованиям. Я могу научить этих ребят всему, что будет им необходимо в современном мире. А Вы можете научить их химии.

Химичка с негодованием сдвинула брови и с гордым видом, ничего не отвечая, развернулась и высокомерно зашагала прочь. Ну и правильно: разве смогла бы она дать Максиму Викторовичу достойный отпор? Максим с облегчением вздохнул. Андрей улыбался ему и с иронией бесшумно аплодировал. Макс только покачал головой в ответ на это и прошептал, словно спрашивая у друга:

— Что я делаю?!

Наташа заглянула с улицы в окно, возле которого стояла парта охранников — ей показалось, что в окне промелькнул Максим. Так и есть. Он уже освободился от химички и разговаривал с другом. Девчонка соскочила с перил и осторожно пробралась в холл школы. Оглянулась по сторонам — в пустом коридоре не было никого, кроме Макса, Андрея и молодого охранника Саши. Аккуратно цокая каблучками, подошла к любимому. Спрашивать, чего от него хотела химичка, не стала. Решила, что спросит у Андрея, потому что заметила, что Максим, похоже, прощается.

— Ты уже уходишь? — разочарованно протянула Наташа. Расставаться с ним всегда так трудно! Хотя это происходит практически каждый день, но привыкнуть просто невозможно.

Максим посмотрел на нее с таким искренним сожалением, что Наташа неосознанно улыбнулась от удовольствия.

— Я хотел бы провести этот вечер с тобой, — сказал он ей, — но не могу: я работаю сегодня, и хотелось бы перед этим еще поспать. И завтра не смогу: ты же помнишь, я договорился с Инессой.

— Ничего страшного, — махнула Наташа рукой. — Сегодня у меня репетиция. Предложу им еще и завтра собраться. А если нет — побуду с Андрюхой. С ним тоже весело.

Максим погладил ее по плечу. А Наташа вдруг, никого не стесняясь, сказала ему зачем-то:

— Я люблю тебя! — и ее щеки покрылись нежным румянцем.

Макс не стал раздумывать, огляделся по сторонам, потом наклонился к ней, поцеловал ее быстро, одними губами, но крепко. И его мимолетный поцелуй развеялся так же стремительно, как приятный сон, который ты, случайно проснувшись, стараешься удержать всеми силами своей воли.

— Спасибо! — прошептал он ей тихо и эротично — Наташа аж покачнулась.

Максим понимал, конечно, что это немного не тот ответ, которого она хотела. Но сказать ей что-то равноценное пока не решился.

— Пока! — попрощался он и вышел из школы.

А Наташа так и осталась стоять неподвижно, уставившись ему вслед, как будто он еще не ушел. Андрей с улыбкой наблюдал за ней. Наконец, девчонка обернулась:

— У кого-нибудь есть зелье стойкости?

Ну не хватает ей жизненного опыта противостоять шарму этого мужчины! Вот упасть к его ногам — это в любой момент! А если бы было такое зелье, воспользовалась бы она им? Ведь так удовольствие от его поцелуя, влажного и скользкого, неуловимого, останется на весь день!

В среду после уроков тайком спросила у Андрея:

— Не пойму, почему он не хочет со мной встречаться? Нам ведь так хорошо вместе!

— Наташ, обычно встречаться так и начинают, — упрямо повторил Андрей уже в который раз. — Наберись терпения.

— Терпения?! — завопила девушка. — У меня больше нет терпения!

Через несколько мгновений уже стояла на третьем этаже. Заглянула в замочную скважину — это привычный и необходимый ритуал: вдруг он там не один, а она с разбегу влетит к нему «качать права»… Приоткрыла дверь и просунула голову. Через несколько секунд учитель оторвался от тетрадей и посмотрел на вход. Его лицо озарила ласковая, немного уставшая улыбка.

— А вот и моя любимая ученица! Привет!

— Я переведусь в другую школу! — заявила ему прямо с порога.

— Ну, ты хоть до сентября подожди. У тебя же скоро экзамены, — невозмутимо посоветовал Максим.