Эми Плам - Умри за меня

Я улыбнулась, подавляя зевоту.

Он вытащил из шкафа светло голубую с зелёным футболку и бросил её мне через всю комнату.

— Подходит к твоим глазам, — сказал он.

Я закатила глаза на его эффектное замечание, но в глубине души мне было приятно, что он точно знал цвет моих глаз. Футболка была достаточно большой, чтобы прикрыть наполовину мои бедра.

— Идеально, — сказала я, и, подняв глаза увидела, что Винсент уже повернулся лицом к стене.

— Валяй, — сказал он шутливым голосом.

— Что ты делаешь? — спросила я его, смеясь.

— Если мне придется смотреть, как Кейт Мерсье раздевается до нижнего белья в моей собственной спальне, я боюсь, что не смогу ответить перед Мами за то, что может случиться.

Хрипотца в его голосе, заставила меня на секунду захотеть, чтобы он последовал своей угрозе. Натянув футболку через голову, я сказала, — Ладно, я в приличном виде. Он повернулся, посмотрел на меня и присвистнул.

— Более, чем в приличном! Ты выглядишь фактически съедобной.

— Я думала, что ревененты не питаются человечиной, — подразнила я, сама краснея.

— Я не утверждал, что мы не изменяем нашим принципам, когда нас припрёт, — возражал Винсент.

Интересно, все ли наши разговоры будут такими же причудливыми, я с улыбкой помотала головой и выудила свой телефон из сумки.

Напечатала сообщение Джорджии, чтобы та сказала в школе, что я осталась дома по личным причинам и во вторник принесу записку от бабушки.

А вскоре после того, как сидя на кровати, я облокотилась на стену, а голову положила на плечо Винсенту, я заснула.

Когда я проснулась утром. Я была укрыта одеялом, а головой лежала на мягкой пуховой подушке. Винсента не было, но он оставил на столе записку: Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какая ты милая, когда спишь? Желание разбудить тебя и сказать об этом было слишком заманчивым, поэтому я оставил тебя, не рискуя нарваться на той гнев от недосыпа. У Жанны на кухне есть для тебя завтрак.

Накинув на себя одежду, в которой была накануне, я прошла словно пьяная по коридору на кухню. Когда Жанна увидела как я вхожу, она вскрикнула и подбежав ко мне, зажала мою голову между своими пухлыми руками и сильно расцеловала меня в обе щеки.

— О, моя маленькая Кейт. Хорошо, что ты здесь. Я была так рада, когда Винсент мне сказал, что ты осталась на ночь. И он даже поел этим утром для разнообразия! Я думала, что он был на голодовке, но он так страдал, когда потерял тебя… — она перестала говорить, закрыв рот руками. — Только послушай меня, всё болтаю, а ведь ты только что проснулась. Садись, садись. Я принесу тебе чего-нибудь к завтраку. Кофе или чай?

— Кофе, — сказала я, польщенная её вниманием.

Мы с Жанной болтали, пока я ела. Она хотела знать всё о моей семье, откуда я, и как это жить в Нью-Йорке. Я осталась еще на какое-то время, когда покончила с едой, но не могла дождаться увидеть Винсента. Жанна могла знать, где он.

Убирав со стола мои пустые чашку с тарелкой, она выставила меня из кухни.

— Я уверена, что у тебя нет желания провести весь день здесь со мной. Иди, найди Винсента. Он тренируется в спортивном зале.

— А где спортзал? — спросила я с любопытством, эту сторону жизни Винсента я еще не знала.

— Ну и дурочка же я; я-то уверена, что ты тут всё знаешь, в то время как ты тут была всего пару раз. Он находится в подвале. Как выйдешь из кухни, дверь налево.

Я услышала их прежде, чем увидела. Лязг стали. Тяжелое дыхание, стоны и крики. Всё звучало как спецэффекты звуковой дорожки к фильму про боевые искусства, которая включена на полную громкость в эхо камеру.

Я спустилась к подножию лестницы и открыла рот от удивления, когда осмотрелась вокруг. Комната растянулась по всей длине дома. Каменный потолок был изогнут в бочарный свод. Крошечные окна были вырублены в верхней части стены вдоль всей длины, должны быть они выходили наружу на уровне земли. Солнечные лучи, падающие в комнату под углом, превращали падающие пылинки в зловеще выглядевшие столбы дыма. Стены были увешаны оружием и броней, всем, от средневековых арбалетов, щитов до мечей, с боевыми топорами и пиками. Вперемешку с более современными мечами и набором охотничьих ружей и старых армейских винтовок.

В середине комнаты, Винсент замахнулся массивным, двуручным мечом на другого человека, черные волосы которого были стянуты на затылке в короткий хвостик. Тот парировал, держа в руках также опасно выглядевшее лезвие, чтобы отразить удар. Их скорость и сила изумляла.

Винсент был одет в мешковатые черные штаны для каратэ, но был босиком и без рубашки. Когда он обернулся с мечом, его очень твердые брюшные мускулы и широкая грудная клетка вздымались, пока он поднимал и опускал свое оружие.

Он был рельефный, но не перекаченный как Амброуз. Его тело было совершенным. После нескольких минут откровенной слежки, я ступила в комнату, и другой человек взглянул на меня и кивнул.

— Кейт! — позвал Винсент, подбегая ко мне.

Он взял моё лицо в свои руки и, потный, поцеловал меня в губы.

— С добрым утром, mon ange, — сказал он. — Мы с Гаспаром тут тренируемся. Мы закончим через несколько минут.

— Гаспар! — воскликнула я. — Я даже не узнала тебя!

С его растрепанными волосами вокруг лица, он выглядел почти… нормальным. А в пылу борьбы у него исчезли вся его неловкость и замешательство.

— Пусть внешность Гаспара, безумного поэта, не обманывает тебя, — заявил Винсент, как будто прочитав мои мысли. — Он последние сто пятьдесят с лишним лет изучал оружие, и соблаговолил служить инструктор боевых искусств для нас, молодежи.

Гаспар вложил меч в ножны. Он приблизился и, сделав небольшой поклон, сказал:

— Mademoiselle Кейт. Должен сказать, что это удовольствие видеть Вас снова здесь.

Без меча в руке, он сразу утратил свою спокойную манеру и превратился в нервного человека, с которым я уже однажды встречалась.

— Я хочу сказать… при тех обстоятельствах… то есть, когда Винсент был так безутешен…

— Если ты сейчас остановишься, — рассмеялась я, — я все еще буду в состоянии принять это за комплимент.

— Да, да, конечно.

Он нервно улыбнулся и кивнул в сторону, где на полу лежал меч Винсента.

— Кейт, не хотели бы попробовать?

— А у Вас жизнь застрахована? — рассмеялась я. — Поскольку я вполне возможно могу убить троих из нас, если вы дадите в руки смертельно опасное оружие.

— Возможно, ты захочешь снять свитер, — сказал Винсент.

Я, смущаясь, сняла свитер и осталась только в майке, которая была под ним. Он одобрительно присвистнул.