Джулия Ортолон - Влюбляясь в тебя

– Хорошо рисковать, когда тебе нечего терять. Наши прадеды пришли сюда ни с чем – только узелки одежды за спиной да бутылка виски.

– И с ртутью в штанах, – усмехнулся Чанс.

– Следи за языком, когда сидишь за моим столом в компании дам. – Отец погрозил пальцем перед лицом Чанса.

Чанс стиснул зубы, едва удержавшись, чтобы не ответить, чтобы не замахнуться на собственного отца и не выругаться. Он уже, черт побери, не ребенок, чтобы воспитывать его и читать мораль, к тому же в присутствии его невесты. Однако правила, которые внушались ему в течение всей жизни – уважать старших, вести себя достойно всегда и везде, что бы ни случилось, – трудно было выкинуть из головы в одно мгновение.

– Пейдж, мама, я прошу извинить меня. – Пейдж нервно рассмеялась.

– Ты забыл, что мой отец – Гарри Бакстер. Нужно нечто посерьезнее, чтобы оскорбить мой закаленный слух.

Бросив смятую салфетку на стол, Норман поблагодарил жену за ленч, встал и покинул комнату под предлогом внезапно возникшей необходимости обратиться к своей коллекции монет. Когда дверь за ним закрылась, все облегченно вздохнули.

После минутного молчания Эллен встала, чтобы убрать со стола.

– Давайте я вам помогу, – подхватилась Пейдж, собирая свои тарелки и приборы.

Чанс сидел молча, чувствуя, как мускулы его постепенно расслабляются. Женщины суетились вокруг стола и стойки, отделявшей комнату от кухни. Их негромкие голоса и звук воды, льющейся из крана на кухне, успокаивали его взвинченные нервы.

– Так чем вы хотите заняться сегодня? – обратилась мать Чанса к Пейдж.

– Не знаю, как Чанс, – сказала Пейдж, – а я обещала маме, что поеду с ней в Хьюстон. В ее любимом обувном магазине летняя распродажа.

– Неужели вы собираетесь ходить по магазинам? В такой прекрасный день? – Эллен с недоверием посмотрела на Пейдж. – На это способна только Марси, но не ты. Вы с Чансом должны провести этот день вместе. Покатайтесь на лодке, поиграйте в гольф или возьмите лошадей и отпраатяйтесь на побережье.

Чанс почувствовал на себе пристальный взгляд матери. Она будто говорила: «Пригласи девушку, не будь лопухом».

– Я сегодня не могу, – сказал он, взглянув на часы. – Я должен быть на Жемчужном острове, чтобы помочь остальным.

– Мы увидимся сегодня вечером? – тихо спросила Пейдж, подходя к столу за очередной порцией грязной посуды. – Необязательно придумывать что-то особенное. Мы можем просто обсудить планы по подготовке к балу, если захочешь.

– Вообще-то это неплохая идея. – Положив салфетку на стол, Чанс встал и собрал свою посуду. Затем он отнес ее на кухню и уступил привилегию мытья женщинам. – Насколько я знаю, Аврора абсолютно уверена, что мы успеем подготовить все к балу, но я хотел бы составить четкий список того, что необходимо сделать в первую очередь.

– Аврора? – переспросила Эллен. – Не младшая ли это сестра Сен-Клера?

– Может быть, и младшая, но именно она является неофициальным лидером проекта, – ответил Чанс. Облокотившись на кухонный стол, он мечтательно улыбнулся. – Она просто находка для гостиницы. Ведь идея купить дом принадлежит ей. Сначала я относился к этому скептически. Даже хуже, – засмеялся он. – Я считал ее сумасшедшей, но она добилась своего. Я начинаю думать, что для нее действительно нет ничего невозможного, и, похоже, ей все-таки удастся управиться вовремя.

– Управиться с чем? – спросила миссис Чанселлор, убирая чистую посуду в шкаф.

– Закончить до октября реконструкцию, – ответил он. Миссис Чанселлор удивленно подняла брови:

– А что, есть вероятность, что вы не успеете?

– Вообще-то, – поднял голову Чанс, – я думаю, что нет. Все будет готово вовремя, даже если Авроре придется для этого перевернуть мир с ног на голову. Она потрясающая. И кстати, очень требовательный бригадир. Или бригадирша, – засмеялся он.

Миссис Чанселлор подозрительно посмотрела на него, размышляя о чем-то своем. Потом обратилась к Пейдж:

– Если вы с Марси собираетесь в Хьюстон, то тебе, наверное, уже пора идти. Ты сама знаешь, какой невыносимой становится твоя мама, когда что-то или кто-то мешает ей попасть вовремя на распродажу.

– Да уж, – вздохнула Пейдж, закатив глаза. – Я только закончу с посудой и пойду.

– Нет-нет, – возразила Эллен, отстраняя ее. – Чанс поможет мне все убрать. – И в ответ на недоуменные взгляды сына и будущей невестки расстроенно вздохнула: – Если уж Чанс справился с кухней на Жемчужном острове, то помочь мне дома для него не составит труда.

– Конечно, – сказала Пейдж, недоверчиво подняв тонкую бровь.

– Я, мм, провожу тебя, – предложил Чанс, удивляясь про себя, о чем это мать собирается говорить с ним наедине. Он прошел вслед за Пейдж через комнату, где они сидели за столом, в более официальную часть дома – в прихожую из белого мрамора, откуда лестница вела на второй этаж, обвиваясь вокруг большого хрустального канделябра. – Я приду вечером, когда справлюсь со всей рутиной, которую взвалит на меня Аврора.

– Хорошо, договорились. – Чансу показалось, что Пейдж немного нервничает.

И тут его осенило: она ждет, что он поцелует ее! Не в щечку, как он делает это всегда, а по-настоящему – когда касаешься губами нежно и страстно, ведь уже неделя, как они официально встречаются. Чанс отругал себя за то, что снова забыл про этот прогресс в их отношениях. После стольких лет, когда они были просто друзьями, знавшими, что когда-нибудь станут друг для друга чем-то большим, настало наконец время для этого большего.

Он наклонился и мягко дотронулся губами до ее губ. Она сжалась на мгновение, затем расслабилась, и ее рука легла ему на грудь, но тела их не касались друг друга. Он подумал, стоит ли пускать в дело язык, но поскольку родители были слишком близко, решил, что на сегодня достаточно. Прикосновение было приятным и совсем не таким неуклюжим, как это было в ту ночь на мостике.

Когда он, оторвавшись от ее губ, посмотрел на Пейдж, та смущенно улыбнулась.

– Увидимся вечером. – И ушла.

Чанс отправился обратно на кухню.

– Ну так что? О чем ты хотела со мной поговорить?

– А почему ты решил, что я хотела поговорить с тобой? – спросила Эллен, неумело разыгрывая удивление. – Я просто хотела отпустить Пейдж пораньше, а ты поможешь мне с посудой. – Она повела бровью, затем все же сдалась, горестно вздохнув: – Чанс, я беспокоюсь за вас с Пейдж.

– Мама… – Он закатил глаза.

– Знаю, знаю. – Она подняла руку, приглашая все-таки дослушать ее. – Я обещала, что не буду вмешиваться. Я только… мне показалось, что вы… что вы ведете себя немного формально.

– Нам нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу, – успокоил ее Чанс. – Когда так долго видишь в человеке только друга, сложно изменить все в один день и увидеть в ней женщину… ну, ты понимаешь, что я имею в виду. Поэтому я и попросил тебя дать нам возможность самим в себе разобраться. Беспокойные родители, толкающие нас к отношениям, к которым мы еще не готовы, могут только все испортить.