Джилли Купер - Пруденс (Чужой мужчина)

— Мидас, если бы я была на твоем месте, я бы не стала проявлять свою активность в такой форме, — проворковала Дельфиниум.

— Просто изумительно, каким образом дети проявляют свою агрессивность по отношению друг к другу, если взрослые не вмешиваются в их естественные инстинкты, — продолжала вещать Береника. Пять пятнадцать, фокусника все нет. Я начала собирать детей и сгонять их поближе к кухне.

— А это что за отрава? — сразу заорал Дэмьен. хватая с тарелки кусок морковного пирога и запуская им в Джейсона.

— Точно, отрава, — подтвердил Мидас. Он взял соевое канапе, прицелился и швырнул его в Антонию Фрейзер.

Две то ли Поли, то ли Эмилии, то ли Софи завизжали от восторга.

— Ну разве они не чудовища? — застонала Мэгги и оперлась лбом о кухонную дверь.

— Почему Дельфиниум совсем не следит за их поведением? — спросила я с отчаянием.

— Она живет в «Коммуне» на берегу озера Уиндермир. По-моему, она не имеет никакого понятия о дисциплине. А их отцу некогда заниматься их воспитанием, он мотается на работу в Лондон и обратно на своем «Феррари», — объяснила Мэгги.

В половине шестого наконец явился фокусник. Это оказался маленький человечек с зачесанными на лоб волосами. Он был в плохом настроении и что-то невнятно бормотал о каком-то заторе на железнодорожном переезде.

— Эти дороги просто отвратительны. Я уже собрался поворачивать обратно, — пожаловался он.

Фокусник совершил чудо: через пять минут все дети сидели на полу в гостинной и зачарованно смотрели, как он достает голубей из своих рукавов.

Фу! Наконец-то наступила благословенная передышка. Взрослые устроили свою вечеринку и уже прилично накачались спиртным. Только я успела налить себе и миссис Брэддок по стаканчику виски, как в дверь опять позвонили.

— Я всегда читаю книгу Рода Маккуэна моим комнатным растениям, — рассказывала кому-то Береника.

Поскольку никто не сдвинулся с места, я поднялась и пошла открывать дверь.

Это оказалась еще чья-то мама. У нее были пепельные волосы, черные тени под глазами и испуганный взгляд загнанной лошади. Ее лицо почему-то показалось мне смутно знакомым.

— Хэлло, — нервно поздоровалась она. — Все в порядке? Мне можно войти?

— Конечно, — ответила я, несколько удивленная таким вопросом. — Если вы приехали забрать кого-то из детей, то вам придется подождать. Мы выбились из расписания: фокусник приехал позже назначенного времени. Но ничего страшного, родители устроили ужасно веселую вечеринку в гостиной. Вы же знаете, как это бывает у Малхолландов!

Она улыбнулась.

— Даже слишком хорошо! Я Фэй.

— Боже, а я Пру. — Я с трудом проглотила комок в горле. Что же сейчас скажет Мэгги?

— Люкаста рассказывала мне о вас по телефону, — сказала Фэй. — Вы были так добры к ней. Вы думаете ничего не случится, если я войду?

Она говорила так дружелюбно, что просто не могла не понравиться.

— Конечно, заходите. Как прошли съемки?

— Вполне нормально, — ответила она, снимая довольно поношенную шубу. — У меня сейчас хороший режиссер. Надеюсь, он предложит мне работать вместе и дальше. А у Люкасты сегодня интересный день рождения?

— Просто великолепный, — ответила я громко, стараясь перекричать шум вечеринки.

— Черт побери, я так боюсь, — сказала Фэй. Бояться оказалось совершенно нечего. Увидев Фэй, Роза пронзительно закричала и повисла у нее на шее.

— Дорогая, дорогая Фэй, — радостно кричала Роза. — Как здорово снова видеть тебя! Тебе не следовало покидать нас так надолго! Ты так похудела. Это прекрасно, тебе очень идет. Джеймс, Береника, Дельфиниум, идите сюда! Это Фэй. первая жена Джека и мать Люкасты!

Все столпились вокруг Фэй, перебивая друг друга в стремлении сообщить ей, как они рады ее видеть.

Я услышала слова Береники:

— Я невеста Туза.

Сквозь эту толчею я разглядела лицо Мэгги. Она выглядела совершенно убитой. Я пыталась протолкаться к ней, когда услышала донесшийся из холла пронзительный крик. Оказалось, кричал фокусник. Он был весь в слезах.

— Это самые противные отвратительные дети, с какими мне когда-либо в жизни приходилось работать. Они все маленькие монстры. Дэмьен пытался протолкнуть через дымоход одного из моих голубей, чтобы тот отнес его послание Санта-Клаусу, и опалил ему все перья. — Он вытер слезы. — Я не могу работать дальше.

— О пожалуйста. Вы должны проработать один час, как договаривались. Давайте выпейте что-нибудь покрепче и возвращайтесь к ним, — сказана я.

— Я не пью, — всхлипывал фокусник. — А чтобы с ними работать, мне нужен телохранитель. Ты, маленькая сволочь, оставь в покое моего кролика! — вдруг заорал он, устремляясь обратно в гостиную.

Следующим прибывшим был Джек. Он находился в прекрасном расположении духа после того, как провернул сделку с американцами.

— И теперь, если мы захотим, мы с Мэгги можем позволить себе провести Рождество на Бермудах, — сообщил он мне под конец своего рассказа.

— Не уверена, что она захочет, — сказала я. — Фэй здесь, и все ее fetes[38].

В глазах Джека зажглась радость.

— Фэй здесь? Ну разве она не великолепна? Я должен пойти туда и поздороваться с ней.

Из гостиной с грохотом вылетел Дэмьен, с боевым кличем проскакал вниз по лестнице и скрылся на кухне.

— Прекрасный ребенок, не правда ли? — с иронией спросила я.

— Наверное, мой, — ответил Джек.

— Нет, не может быть. Ведь он просто монстр, — запротестовала я. — Он принадлежит кому-то по имени Дельфиниум.

Джек расхохотался.

— Ну, тогда точно мой.

Он привел в порядок волосы перед зеркалом, поправки галстук и протолкался через толпу.

— Дорогая, посмотри, кто пришел. Это же Джек, — услышала я радостный голос Розы. — Джек, а это наша дорогая Фэй. Правда, она великолепно выглядит?!

В следующее мгновение из гостиной вышла Мэгги. Она начала медленно подниматься по лестнице, и я успела хорошо рассмотреть ее бледное, перекошенное как от сильной боли лицо.

После этого вечеринка стала совершенно неуправляемой. Дети гурьбой вылетели из гостиной, преследуя заливающегося слезами фокусника.

— Отдайте мои деньги, я немедленно ухожу, — истерично заявил он.

Но ни у кого, конечно, не оказалось пенсов, у Береники только дорожные чеки, а фокусник ни за что не соглашайся взять обычный чек на предъявителя.

— Я хочу только наличные. — Решительно сказал он, прочно устраиваясь на своем магическом сундуке. — Я достаточно натерпелся в этом доме и не хочу связываться с чеками, которые могут оказаться необеспеченными. Я буду сидеть здесь и ждать до тех пор, пока не получу свои деньги.