Развод. Сын моего мужа - Ая Кучер
— Расплачивался?
— Я сам себя наказал. Потому что боялся, что ты узнаешь. Заранее знал твою реакцию. Бросишь. Или разведёшься, как мы поженились. Но меня постоянно кошмарило из-за этого. Каждый разговор, каждый момент… Любое твоё «я хочу поговорить» бросало меня в холодный пот. Заслужено, да. Но бросало. Боялся, что ты посмотришь на меня вот так… — я замираю, смотря ей прямо в глаза. — Именно так, как ты сейчас смотришь. Будто меня больше нет.
Я знаю, что натворил дел. Что облажался по полной. И ладно бы мне было похрен. Есть такие мужики.
Изменяют, живут на две семьи, хотят всех вокруг. Их выбор, не мой.
Нет, я выбрал лишь раз. Много лет назад. Выбрал неправильно. С каким-то юношеским максимализмом хотел доказать себе, что…
А хрен знает что на самом деле. Просто была выпивка. Было ощущение, что я вязну в серьёзных отношениях.
И кайфую от них. И «каблук», ага. И в двадцать четыре это казалось серьёзным, важным.
Каким я тупым был.
Взгляд Полины режет. Она хмурится, изучает меня пристальнее. Но при этом в её взгляде нет ничего.
Ни-че-го.
Ни любви, ни понимания. Ни толики прошлых тёплых чувств.
— У нас было восемь охренительных лет, — я усмехаюсь. — И я был счастлив. И при этом с каждым годом… Страх становился всё сильнее. Потому что «гипотетических потерь» становилась всё больше. С каждым днём ты становилась всё более важной для меня. И всё сильнее раздирало нутро от мысли, что когда ты узнаешь — уйдёшь. Я варился в этом, Поль. Постоянно. Сам себя наказывал за содеянное. Я понимаю, что тебе этого недостаточно. Но я сам себя истязал столько лет за одиночную ошибку.
— Одиночную? — Полина поджимает губы. В её голосе и сочувствие, и злость. — Думаешь, она всего одна?
— Одна.
Отвечаю твёрдо.
Одна-единственная.
Когда я решил уйти вместе с Марго с вечеринки. Когда переспал с ней, изменив Полине.
Одна ошибка.
Всё остальное — лишь последствия.
Ложь напоминает снежный ком.
Одна снежинка падает, и дальше не остановить. Крутится, летит с горы, в лавину превращается.
И ты крутишься. Изворачиваешься. Пытаешься сбежать.
Всегда ведь есть шанс сбежать, да?
Всегда лавина догоняет.
Сметает. Хребет ломает. В моменте, когда Поля смотрит на меня как на чужого человека. Незнакомца.
Обнимает себя за плечи, максимально ограждается. Держит дистанцию. Я её понимаю.
У самого башню срывает лишь от мысли, что она могла бы с кем-то… Белый шум в голове, адреналином бьёт.
Убивать готов.
Понимаю, да. Но принять ответ не готов. Потому что это будет конец. А я не хочу.
Не хочу конца.
Одна ошибка.
Одна тупая измена по молодости. А дальше лишь комок лжи разрастался.
Дружить с Лёней, делать вид, что не спал с его сестрой. Закрывать глаза на любую информацию о беременности Марго.
Не существует. Не в моей компетенции. Не знал я. Не хотел знать ничего. Сроки не подсчитывал, игнорировал просто.
Прятался от намёка на правду.
Ведь факты в лицо я не мог бы игнорировать. Пришлось бы действовать сразу.
Я не врал Поле, когда сказал, что не бросил бы сына. Но при этом… Бросил же. Когда не захотел всё узнать сразу.
Так было проще.
Трусливее, но проще.
Я не знал наверняка. Мог не реагировать, не копаться. Заниматься собственной семьёй.
Чем дольше мы были вместе, тем сильнее я тонул в наших отношениях. Тем страшнее было терять Полину.
Я ошибался.
На моей душе много грехов. Но измена всего лишь одна. Восьмилетней давности.
Все те фотографии от Марго — ложь, фальшивка. Я не знаю, что за игру она ведёт, но это всё выдумка.
Я не виделся с ней. Не проводил праздники. Не участвовал в жизни Назара.
Я узнал, что у меня действительно есть сын, когда встретил Назара в своём офисе. В день рождения Полины.
Реальность обрушилась на голову. Лавина догнала.
Пацан похож на меня как две капли воды. Словно ожившая версия моих детских фотографий.
Уже этого было достаточно. Следом — тест ДНК, который лишь забил финальный гвоздь в крышку моего гроба.
Остальные три? Я сам справился.
Изменил Поле. Привёл своего сына к ней. Притворился, что всё нормально. Хотел в это верить.
Чуть позже, когда шок сошёл, я понял, что мог поступить по-другому.
Обдумать всё. Отвезти Назара куда-то, спрятать. Выдернуть родителей, чтобы они присмотрели за парнем, пока я разбираюсь со всем.
Но на самом деле…
Исчезновение моих родителей с праздника Поли вызвало бы вопросы. Она бы начала что-то подозревать.
И ещё сильнее возненавидела бы меня, когда правда выплыла бы наружу.
Патовая ситуация. Никакого выхода не было изначально.
— Я боялся потерять тебя, — повторяю, словно это что-то изменит. — Иначе бы не врал…
— Ты меня потерял, Витя. И ошибка… Нет, это была не ошибка. Ты мне изменил. Ты сделал выбор. Ты выбрал другую. Точка.
— Но женился-то я на тебе!
Рявкаю. Внутри закипающий вулкан эмоций. Знаю, что говорю не то, но сдержаться невозможно.
— Я выбрал тебя, — шумно выдыхаю, говорю спокойнее. — Выбрал нас. И я предал тебя лишь единожды. Скажи, что восемь лет были для нас впустую.
— Нет, — Поля качает головой. — Ты не прав. Понимаешь… Допустим, я поверю, что измена была лишь одна. Но это измена. А предавал меня… Предавал, Вить, ты меня постоянно. Раз за разом.
— Нет же. Послушай…
— Предавал моё доверие. Мою любовь. Ты лгал мне прямо в глаза. Ты столько лгал. Это мне, кажется, даже хуже измены. Не то, что ты выбрал другую… А то, что все года были оплетены ложью. В глубине души ты допускал, что Назар — твой сын. Но игнорировал это. Притворялся. Делал вид, что Соня — твой первый ребёнок. Ты предал меня, когда поставил перед фактом. Когда затягивал развод. Когда угрожал, пусть и для красного словца. Когда… Всегда. Ты всегда предавал меня, Вить. В стольких вещах. Сейчас даже дело не в измене. Дело в том, что у меня всегда будет напоминание о твоей неверности. Назар. Он будет частью твоей жизни. Будет рядом. А ты — ты отец наших малышек. Всё связано. Как мне с этим справиться?
Полина поднимается, прячет взгляд. Но я замечаю мелькнувшие слёзы на её глазах.
Она отворачивается на мгновение, а я не перебиваю. Чтобы я сейчас не сказал — всё зря.
Жена достаёт папку из сумки, аккуратно опускает её на стол. Подальше от меня, чтобы дальше на секунду не прикоснуться.
Мне не нужно заглядывать
