Я твой Ад (СИ) - Элена Макнамара

— Имеет! — продолжаю наседать.

Кого благодарить потом? Или кого опасаться, если информатор запросит что-то невыполнимое? Я привык не доверять людям и их «добрым» намерениям.

— Информация от моего папашки, — подаёт голос Игнат с заднего сиденья.

Сокол сегодня явно перебрал со спиртным, и на него это не похоже. Развернувшись к нему всем телом, спрашиваю с недоумением:

— Ты ходил к отцу?

— Не-а, — ухмыляется совсем не по-доброму. — Он приходил ко мне. Напугал Лизу своим визитом, чёрт бы его побрал!

— Что он сказал?

— Сказал, что Куприн связался с ним. Просил денег. Якобы обещал вернуть ему дочь в обмен на крупную сумму.

Я трясу головой, не веря услышанному.

— Представляешь?! — ядовито выплёвывает Сокол. — Оказывается, хирург не так уж и богат, раз решил побираться. Ему нужно из страны свалить. Не смог улететь сразу, потому что мы контролируем близлежащие аэропорты. Блядь, крыса! Которая никак не может покинуть тонущий корабль.

— Твой отец решил нам помочь? — всё ещё не верю я. — Что мы будем должны? Твою ж мать, что Я буду должен за это? Пусть просит что угодно!

— Подожди, — вклинивается Кирилл. — Он дал нам адрес, но пока и слова не сказал о цене этой информации.

— Да, он просто ушёл, когда я подтвердил, что Вика жива, — часто кивает Игнат. — Выглядел, как и всегда, невозмутимо, словно эта новость его никак не взволновала.

— От твоего отца теперь можно ждать чего угодно, — бросаю, скрежетнув зубами.

В голову лезут паршивые мысли. Что, если он заберёт у меня Вику? Война с ним в сто раз хуже, чем разборки с хирургом.

— Твою ж мать… — выдыхаю обречённо.

— Давайте просто заберём Вику, — говорит Ренат, почувствовав мою подавленность. — Всё остальное пока неважно.

— Сказал парень, который одной ногой в тюрьме, — язвительно замечает Игнат и тут же тяжело вздыхает. — А я тот, кого мой отец уничтожит в первую очередь. Или прикажет вернуться в его компанию и работать на благо семейного бизнеса Соколовых.

— Не худшая доля, — фыркает Соболев. Резко свернув в нужный проезд, бросает взгляд на меня. — И всё-таки у нас есть одно преимущество.

— Какое? — тоже смотрю на Кира.

— Нас четверо! А он один. Соколов-старший, несмотря на ту власть, которой обладает, всё-таки утратил былую значимость. Последнее время я часто размышлял об этом. Мы уже давно не юнцы, а он, возможно, уже не так крут. И нас всё же четверо!!

Кирилл подчёркивает это «четверо» дважды. Я читаю в его взгляде прощение… Прощение за всё, что я сделал.

На моё плечо ложится увесистая ладонь Рената. Сокол хлопает по второму плечу, а Кир протягивает руку, за которую я тут же хватаюсь. По очереди смотрю в глаза каждому из друзей. В них доверие. Оно исцеляет мою душу и разрушает ад внутри меня, который пожирал так долго…

— Да, нас четверо! — говорю осипшим голосом. Проталкиваю образовавшийся в горле ком и отчеканиваю уверенно: — Но с хирургом разберусь я сам!

* * *

Кирилл паркуется вдалеке от нужного дома. Я осматриваюсь и понимаю, что Вика действительно всё это время находилась очень близко.

Этот район идентичен коттеджному кварталу, где стоял дом Куприна, и расположен по соседству. Дома здесь находятся на завершающем этапе строительства. И тут пока никто не живёт. Идеальное место, чтобы прятаться или держать кого-то в плену.

Быстро выбираюсь из машины и тут же замечаю небольшую группу людей, направляющуюся к нам. Друзья встают рядом со мной, а Игнат обречённо выдыхает:

— Пожаловал, твою ж мать…

Соколов-старший в компании личной охраны приближается вплотную. Его безэмоциональный взгляд скользит по нашим лицам, а потом на губах расползается кривая усмешка.

— Восстание из мёртвых продолжается, — говорит он, глядя на меня. — Я уже думать забыл о вашей компашке, а тут такое…

— Чего ты хочешь взамен?! — выплёвываю я, теряя терпение.

— Не тыкай мне, мальчишка! — осаживает меня Соколов-старший.

Но я уже не мальчишка, каким был четыре года назад. И кажется, он это понимает.

— Можешь забрать её, — кивает в сторону дома, где должна находиться Вика. — Но она должна по-прежнему быть мертва. Надеюсь, это понятно?

О, да… Это подмочит его репутацию! Дочь, сбежавшая из-под гнёта отца, прикидывалась мёртвой! Так и вижу подобные заголовки в СМИ.

— Это всё?! — уточняет Соболев.

— Нет, не всё, — качает головой Соколов, и мы напрягаемся.

Кажется, я чувствую эмоции каждого из своих друзей. Игнат переполнен ненавистью. Ренат — злостью. А Кирилл готов к мозговому штурму, чтобы придумать, как отделаться малой кровью в схватке с этим человеком.

— Я перевёл на счёт Куприна деньги, — продолжает Соколов-старший. — Но судя по всему, он не собирался отдавать мне дочь, потому что с его счёта были куплены билеты до Цюриха. Они на другую фамилию, но всё же их два, а значит, он хочет улететь с Викой. Кого-то подкупил в аэропорту, воспользовавшись моими же деньгами. Думает, что обвёл меня вокруг пальца, — в его взгляде вспыхивает ненависть. — Во-первых, вы вернёте мне деньги. Я весьма щепетилен в этом вопросе и не привык разбрасываться ими. А во-вторых, я хочу самой жестокой расправы над этим идиотом, — вновь кивает в сторону дома. — Пусть страдает!

Одёргивает пиджак. Подняв одну бровь, смотрит на наши застывшие лица.

И это всё? Долбаные деньги и то, что я и так планировал сделать? Да это, вашу мать, полный карт-бланш!!

Кирилл достаёт телефон и выжидающе смотрит на Соколова.

— Сколько?

Тот называет шестизначную сумму. Но это ничто по сравнению с человеческой жизнью. С её жизнью…

— Дай мне номер счёта и минуту времени, — просит Соболев.

Пока друг решает финансовый вопрос, я избавляюсь от толстовки, стянув её через голову. У меня больше нет сил терпеть. И времени на разговоры тоже больше нет.

Там — Вика!

Швыряю толстовку в салон и тут же иду к дому. Он достаточно далеко, мы специально не стали подъезжать близко, и я перехожу на бег. Слышу шаги за спиной. По пятам за мной бежит Ренат.

— Игнату нечего там делать, — говорит друг, догоняя. — Он сегодня немного невменяем… Соболев не станет применять силу… А ты… Тебе нужен тормоз. Поверь мне, как бы ты ни хотел его убить, потом жить с этим станет невыносимо.

И он знает, о чём говорит…

Я позволяю ему остаться, и мы подбегаем ко входу одного из достроенных домов.

К чёрту прятаться! К чёрту стратегии! Я просто войду туда, сметая всё на своём пути!

Ногой выбиваю дверь, вламываясь в совершенно пустую гостиную. Успеваю увидеть затылок Куприна, который быстро скрывается за дверью соседней комнаты.

— Я