Снежный ком любви - Наталия Анатольевна Доманчук

обещал заехать договориться в ЗАГС. Распишемся и просто посидим в ресторане с самыми близкими друзьями.

– Понятно, – кивнула Снежана, – там наверняка будет Вадим…

Валерия растерялась, не зная, что ответить, но подруга ее успокоила:

– Да все нормально. Мы же взрослые цивилизованные люди. Что было, то было.

Саша ходила по чужой квартире и рассматривала ее. Она не раз была тут, в основном у Леры на днях рождения, но дальше гостиной не заходила. Забежит, поздравит, пощебечет, и бегом по своим девичьим делам. А сейчас она зашла в комнату, которая служила кабинетом ее крестной, и с удовольствием изучала каждую мелочь в интерьере и фотографии на стене.

Усевшись в кресло, она потянула на себя шуфлядку1 и увидела черно-белую фотографию. На ней была Валерия с девочкой. Саша сначала на девочку даже внимания не обратила, рассматривала крестную: на ней был темный тулуп, голова обмотана пуховым платком, а на руках большие варежки, именно варежки, а не перчатки. Даже в таком виде она выглядела красавицей: светлые локоны торчали из-под косынки, глаза искрились, она улыбалась во весь рот. Саша тоже засияла, довольная, и переместила взгляд на девочку. За секунду улыбка сошла с ее лица, и она приблизила фотографию ближе: этой девочкой была ее мама.

Саша провела пальцем по ее лицу, и по телу пробежала дрожь. Какая же она тут маленькая! Кажется, что лет десять, не больше.

Саша повернула карточку и прочитала на обратной стороне надпись: «Лужники. 93-й год». Она быстро подсчитала: маме тут всего двенадцать. И они с Лерой продают товар в Лужниках.

Девушка так прониклась этой фотографией, представила со стороны, как им было тяжело, и чуть не разревелась.

Она еще долго рассматривала черно-белое изображение, вглядываясь в каждую деталь. Ей показалось немного странным то, что эту фотографию она никогда не видела. Хотя у Снежаны было много детских снимков: пока была жива ее мама, до восьми лет она фотографировала дочку. А вот в интервале после ее смерти и до того, как они оказались в Китае, была только одна – где мама беременна. Этот снимок Саша и показывала Вадиму в доказательство, что Снежана – ее мать.

Девушка вздохнула, взяла в руки телефон, разблокировала Вадима и написала ему сообщение: «Есть разговор. Давай встретимся».

Вадим ответил моментально: «Давай. Куда приехать?»

Саша написала ему адрес, где она сейчас находилась, и пошла искать у Леры в шкафу одежду.

Меньше чем через час Вадим позвонил в дверь, и Саша открыла.

– Проходи, – небрежно бросила она и направилась в гостиную.

На ней был Лерин длинный пеньюар серебристого цвета, волосы она распустила и постоянно кокетливо их поправляла.

Она указала ему место на диване и сама присела.

– Помнится мне, ты хотел встретиться?

– Да, я хочу извиниться за то, что повел себя с тобой так нехорошо.

Он присел на другой конец дивана и продолжил:

– Я должен был прийти и все объяснить…

Саша перебила его:

– А ты часто так делал с другими девушками?

Вадим немного растерялся и сразу занервничал:

– К чему сейчас эти откровения? Я пришел извиниться за свой скотский поступок перед тобой.

– И правда, ни к чему. Тогда скажи, что ты готов сделать для меня, чтобы я тебя простила?

Вадим замер и, удивленно пожав плечами, тихо произнес:

– Все, что скажешь…

– Отлично! – Саша улыбнулась и заправила локон за ушко. – Я хочу, чтобы ты со мной еще раз переспал.

Вадим вскочил с дивана как ошпаренный и грубо воскликнул:

– Ты совсем сумасшедшая?!

Саша развела руки в стороны:

– Если ты хочешь, чтобы я тебя простила и включила зеленый свет твоим отношениям с мамой, то тебе всего лишь надо со мной еще раз переспать. Мама не узнает об этом, не бойся. И к тому же я тебе сейчас скажу страшную тайну: на твое тюремное прошлое ей начхать. А сказала она это только для того, чтобы ты больше не обивал ее пороги. Потому что до этого я поставила ей ультиматум – или ты, или я. И она, как ты уже, наверное, догадался, выбрала меня. Так что сейчас у тебя есть возможность получить к ней доступ. Всего лишь переспав со мной.

Он помотал головой и тихо сказал:

– Я не буду с тобой спать.

– Жаль. Без моего благословения мама не будет с тобой иметь дела.

Она встала и развязала поясок у пеньюара. Легкая ткань скользнула на пол, оставляя ее в коротенькой комбинации и открывая взору ее идеальное молодое тело.

Бросив на Сашу взгляд, полный презрения, он разочаровано пошел в коридор. Саша побежала за ним:

– Вот что тебе стоит? Зачем ты заставляешь меня унижаться перед тобой? Всего один раз, и об этом никто не узнает!

Вадим обернулся:

– Об этом буду знать я.

– Ну ты же спал с другими женщинами! – не сдавалась Саша. – Ну пожалуйста, ну еще один раз! А хочешь, мы вообще будем с тобой любовниками? На постоянной основе. Мама пойдет на работу, а ты ко мне в спальню.

Она вцепилась руками в его рубашку и потянулась, чтобы поцеловать, но он грубо оттолкнул ее руки и направился к двери.

– Ладно, черт с тобой! – уже другим голосом, не таким заискивающим, произнесла Саша. – Это была проверка, извини. Надеюсь, ты понимаешь, что я бы тоже никогда не предала мать.

Вадим медленно обернулся и недоверчиво вонзился взглядом в Сашу.

– Я просто должна быть уверена, что ты действительно любишь ее не только на словах, как Альбертик, но и на деле и никогда не изменишь. Ладно, иди к ней. И передай, что я не против. Живите, размножайтесь… что там еще желают в таких случаях.

Вадим еле заметно кивнул и, будто оглушенный, вышел из квартиры.

Распахнув дверь подъезда, вдохнув горячий воздух, как новую жизнь, он улыбнулся и направился к Снежане домой, но ее там не оказалось. Тогда он поехал к ней в офис и нашел все в том же кабинете.

Увидев его, Снежана растерялась и вскочила с кресла, испуганно хлопая ресницами. Вадим подошел и сгреб ее в охапку.

– Никогда и никому тебя не отдам.

Снежана вроде и не сопротивлялась, но ее руки были опущены, а глаза закрыты.

Она понимала, что должна ему отказать, прогнать, накричать, может, снова сказать что-то обидное… Но нет, еще через секунду оказалось, что она уже отвечает на его поцелуй, а ее руки гладят его спину.

– Я говорил с Сашей только что, – Вадим оторвался и обхватил ладонями ее лицо, – она не против, чтобы ты… чтобы я…

Снежана все еще не верила в происходящее и с жадностью рассматривала лицо любимого. Вдруг он опять исчезнет на месяц, а она даже не рассмотрела цвет его глаз. Нет, она помнила, что серый, но вот сейчас заметила три черные точки по контуру. И на носу веснушки: одна, две, три… И борода уже