Его строптивая малышка - Саша Кей

накрывают мои. Поцелуй далеко не целомудренный, он полон сдержанной страсти. Я откликаюсь на него всем существом, в тайне лелея надежду, что смогу сбить Староверова с мысли, и он расчехлит свой орган и насадит меня без всяких там лишних вещей.

Зарывшиеся в мои волосы пальцы мягко массируют затылок, спускаются к шее, к лопаткам, добираются до застежки бюстгальтера и расстегивают его одним движением. Грудь, более почти не удерживаемая, тяжело выскальзывает из-под чашечек, бессовестно выставляя сморщенные горошинки, и они касаются рубашки Данила.

Разобравшись с одной преградой, пальцы следуют вниз и забираются под трусики, ложась на ягодицу, которая почти полностью умещается ладони. Староверов прижимает меня за попку к своему паху, и я животом чувствую, что ему все нравится. Даже очень. И понимание, что именно я и фантазии с моим участием возбуждают его, рождает огонь внизу живота.

Укладывая меня на кровать, Данил ласкает губами шею, мысли мои совсем далеко от того, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Как только спина касается прохладной ткани, Староверов подцепляет лямки бюстика, стаскивает его и забрасывает куда-то в сторону. Я жду, что он займется моей грудью, она ведь ему так нравится, но Данил игнорирует ее и снова целует меня, поглаживая сквозь трусики мою промежность. Его движения так легки, что я не сразу понимаю, когда он сдвинул ткань. Только чувствую вторжение в сочную мякоть. Два пальца проскальзывают внутрь, вызывая у меня тихий стон.

Этот надменный тип и наглый тип хорошо чувствует мое тело, знает, как сделать мне хорошо. Не просто хорошо, а улетно. Но стоит мне войти во вкус и посмотреть с надеждой на Данила, стягивающего с меня остатки белья, как его рука тянется к игрушке, лежащей рядом.

По лицу вижу, как он меня хочет, но он сдержится. Его глаза горят предвкушением. Он подносит стимулятор к моей киске и проводит им вдоль щелки, покрывая его поверхность моей смазкой. Я беспомощно наблюдаю, как Данил погладив мои ножки раздвигает их пошире. Закрываю глаза и чувствую, что он проталкивает в меня первый шар и достает его обратно. Неприятных ощущений нет, и Староверов подготовил меня хорошо, весьма крупный шарик помещается без проблем, но все это как-то странно…

И снова в меня погружается силиконовая игрушка, но в этот раз за первым шаром следует второй, еще большего диаметра, он немного распирает меня, и Данилу приходится помочь ему пальцем, чтобы проник глубже. Погладив скользкие складочки, которые сомкнулись, Староверов наклоняется ко мне и дарит страстный поцелуй.

— Тебе понравится, — хрипло говорит он мне в губы.

Данил поднимается, его член вот-вот прорвет ткань брюк, берет в руки мобильник и усаживается в кресле, широко расставив ноги.

Я чувствую себя немного глупо, а еще обиженной на то, что осталась одна.

— Приступим.

Глава 54. Настройки активированы

Да, я чувствую легкую вибрацию, но у меня даже градус возбуждения падает. Приподнимаю бровь: ради это меня оставили одиноко остывать на постели?

Данил улыбается краешком губ и чего-то там нажимает в телефоне.

Ну да… Так чувствуется лучше, но лучше бы он сам… о!

Автоматически сжимаю ноги и мышцы влагалища тоже, и это добавляет дополнительное «О!». Староверов выбирает какой-то режим, который дает мне небольшую передышку между яркими импульсами, но я все равно никак не могу расслабиться, и только сильнее сжимаю шарики внутри себя.

После парочки встрясок меня уже не волнует, как я выгляжу, но я все еще считаю, что мы занимаемся фигней вместо того, чтобы получить настоящее удовольствие. Однако, что-то в этом есть. Да и во всех статьях написано, что не стоит отказывать мужчине в такой малости… О, черт!

Он увеличивает часто пульсации и интенсивность вибрации!

Внутри все скручивает жгутом, пещерка взывает к решительным и сильным мужским толчкам, я непроизвольно тянусь к торчащему из меня хвостику, чтобы вытащить игрушку и дать себе отдышаться.

— Не смей! — останавливает меня властный приказ.

Жалобно смотрю на Данила, но он неумолим. Сидя в кресле, Староверов подается вперед, чтобы лучше видеть. Рубашка расстегнута, ноги широко расставлены, взгляд прикован к моему лицу.

— Это… слишком… — шепчу я.

— Мы только начали, Вика, — он опять тыкает пальцем в экран, и новый режим заставляет меня дрожать.

Я сворачиваюсь в позе эмбриона, но делаю только хуже. Тот шар, что попал в меня первым, немного смещается и задевает какое-то невозможно чувствительное место. Невозможно больше сдерживаться, я и так искусала все губы. Мои стоны наполняют комнату, а Данил не выдерживает и подбирается ближе. Он все еще держит дистанцию, но я замечаю, что ремень брюк расстегнут, и Данил время от времени сжимает член рукой. Я облизываю губы.

— Дай. Дай хотя бы в рот, — может, я немного отвлекусь.

— Вика, малышка, — голос его низкий, даже сипит немного. — Ты прекрасна. Но нет. Попробуй себя приласкать… Порадуй меня, малыш.

Вуйаерист хренов! Я запускаю ладошку между ног, но ощущения от шариков такие мощные, что мои прикосновения теряются на их фоне.

— Как тебе технический прогресс? — спрашивает меня Данил вроде бы безразлично, но крылья его носа побелели, а вены на шее вздулись.

— Иди ко мне, — молю я, мне очень нужно, что бы он тискал меня, гладил, сжимал, потому что я сама не справляюсь.

Староверов качает головой, и добавляет какую-то опцию, которая заставляет меня беспрерывно стонать, я цепляюсь за покрывало, извиваюсь на нем. Если один шарик просто вибрирует, рассылая колючие будоражащие искорки по всей промежности, то второй словно двигается внутри, томя меня, и все, о чем я сейчас думаю, так это то, как я хочу чтобы Данил трахнул меня. Вонзился и грязно отодрал. Сделал что угодно, чтобы облегчить мою участь.

Волосы влажные от пота липнут к лицу и шее. Соски, которые я покручиваю пальцами, горят. Клитор ритмично отзывается в такт движениям шариков. И чем больше я напрягаю мышцы, тем острее и невыносимее ощущения. Но я не могу остановиться и перестать их сжимать.

Староверов задает мне какие-то вопросы, что-то говорит, но все проходит как в тумане. Интервью явно не удается.

Я больше не могу.

Если эта игрушка призвана помочь женщинам кончать, то я не знаю, смогу ли я дожить до этого момента, потому что в ушах шумит кровь, перед глазами уже плывут круги, а мне ничуть не легче.

Данил хватает меня за руку. Оказывается, я снова тянусь достать игрушку.

— Малышка, нет. Еще не все режимы…

Смотрю на него почти ненавидящим взглядом.

Сукин сын!

Я вижу, что ты и