Капля красивого яда - Келси Клейтон

просто находясь рядом, пока не прозвучит сигнал кофеварки о том, что все готово. Только тогда мы отпускаем друг друга, но то, как он смотрит на меня, говорит о том, что он еще не насытился.

Я запрыгиваю на остров и достаю из коробки пончик, а Хейс садится на один из барных стульев. Он смотрит на меня с идеальной ухмылкой на лице, и я знаю, что он думает о том, как поедал меня на этом самом месте. Мои бедра непроизвольно сжимаются при этом воспоминании.

— Я не мог уснуть прошлой ночью, — говорит он мне, беря свой пончик.

— Нет?

— Нет, и это все твоя вина.

Я хмурюсь. — Моя вина?

Он откусывает кусочек и кивает. — Мм-хм. Поэтому, мне нужно, чтобы ты договорилась о том, чтобы быть здесь каждую ночь в обозримом будущем. — У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на него. — Можешь также взять все свое дерьмо с собой. Спасибо.

Я сижу здесь, уставившись на него и гадая, не ослышалась ли я. Слова, которые только что слетели с его губ, были произнесены с такой небрежностью, что можно подумать, мы говорим о том, что запланировали на сегодня. Не какой-то важный жизненный выбор.

Когда он замечает, что я ничего не сказала, он поднимает на меня взгляд. — Что?

— Т-ты только что попросил меня переехать к тебе?

— Нет, — говорит он с набитым пончиком ртом, и у меня на секунду сводит желудок. — Я сказал тебе переехать ко мне. Есть разница.

Мои брови приподнимаются, когда я хихикаю. — О, что ж, в таком случае, я собираюсь отказаться. Ты знаешь, во имя женщин во всем мире, которые не позволяют мужчинам указывать им, что делать.

Он игриво закатывает глаза, бросает недоеденный пончик в открытую коробку и встает. Его руки лежат по обе стороны от меня, его лицо всего в нескольких дюймах от моего, и то, как он облизывает свои губы, приковывает мое внимание к нему настолько, что это просто жалко.

— Лейкин, — говорит он серьезно. — Не могла бы ты, пожалуйста, переехать ко мне, чтобы мне не пришлось проводить еще одну холодную и одинокую ночь без тебя до конца моей жизни?

Мое сердце пытается вырваться из груди, когда я улыбаюсь. Поверьте мне, что нет ничего более желанного, чем жить здесь с ним. Сделать это место нашим. Наше собственное маленькое пространство, где в воздухе постоянно витает запах его одеколона и моих духов... Я так хочу этого. Согласие прямо на кончике моего языка. Было бы так легко сказать это. Но...

— Я бы с удовольствием, — говорю я ему, и его ухмылка становится шире, когда он выдыхает. — Но я не могу. Мои родители буквально убили бы нас обоих. Я имею в виду, мы вместе всего несколько месяцев. Я могу только представить, как бы они разозлились, если бы я сказала им, что переезжаю к тебе до брака.

Его радость сменилась, но не разочарованием. Он выглядит скорее задумчивым, чем каким-либо другим, глядя мне в глаза. Боже, иногда мне хочется просто читать его мысли.

К какому бы выводу он ни пришел, это не занимает у него много времени, потому что он хмыкает, оставляя быстрый поцелуй на моих губах. — Я могу с этим работать.

Подождите. С чем работать?

Но он не отвечает, а берет пончик и зажимает его ртом, после чего забирает со стойки телефон и ключи от машины. Затем он направляется к входной двери, ни разу не оглянувшись.

— Эйч, что это значит? — По-прежнему тишина. — Хейс!

Он вынимает пончик изо рта, когда открывает дверь. — Люблю тебя!

А потом он просто ушел, оставив меня гадать, что, черт возьми, только что произошло.

Вы когда-нибудь пробовали научить кого-то делать что-то, в то время как ваш мозг сконцентрирован на чем-то другом? Это практически невозможно. Я провожу большую часть дня в оцепенении, пытаясь понять, что, черт возьми, он имел в виду. Я часами ломала голову, и единственное, что мне удалось придумать, - это то, что он собирается получить разрешение моих родителей на то, чтобы перевезти меня к себе. Это было бы совершенно не в его духе, но с тех пор, как мы стали официальными, он вообще не похож на себя прежнего - во всяком случае, не в том, что касается меня.

Я сижу за ужином с Мали, накладывая салат в свою тарелку, а она рассказывает о том, как Кэм взбесился, когда понял, что она ездила на его джипе прошлой ночью. В обычной ситуации я бы полностью погрузилась во все, что она говорит. Но обычно на меня не бросают бомбу за завтраком, и я весь день пытаюсь решить самую сложную в мире головоломку.

Что бы он ни планировал сделать, я надеюсь, что это сработает. Потому что даже мысль о том, что я буду просыпаться рядом с ним каждое утро, заставляет меня чувствовать прилив сил. Я бы солгала, если бы сказала, что не представляла себе этого, когда мы играли в дом на протяжении последней недели. Просто я никогда не позволяла себе поверить в то, что он тоже этого хочет. Никогда, до сегодняшнего дня.

— По какой-то причине я всегда думала, что у твоего брата член среднего размера, поэтому я была приятно удивлена.

Я вырываю себя из этого состояния, тряхнув головой. — Подожди, какого хрена?

Она откидывается назад и скрещивает руки на груди. — Точно. Ты не обращала внимания ни на одно мое слово.

— Я знаю, что это было о моем брате и его джипе.

— Лей, это была всего лишь завязка к истории, — говорит она мне.

Я съеживаюсь. — Упс?

— Да, упс. — Она проводит пальцами по волосам. — Что у тебя на уме?

Я делаю глубокий вдох, размышляя, что лучше - медленно переходить к этому или просто выплюнуть. Но что-то подсказывает мне, что попытки ходить вокруг да около с этим приведут только к тому, что Мали сделает свои собственные предположения.

— Хейс попросил меня переехать к нему этим утром, — признаюсь я.

Мали успевает сделать глоток, когда слова вылетают из моего рта, и она давится содовой, сильно кашляя. — Черт возьми, нам нужно поработать над твоим выбором времени.

— Я бы сказала, что сожалею, но на самом деле это не так.

Она показывает мне средний палец. — Что, черт возьми, ты на это ответила?

Я вздыхаю. — Я ответила «нет»… Я так думаю.

— Ты думаешь?

— Да. Я имею в