Мое главное сокровище - Юлия Николаевна Николаева

немало. Можно сказать, благодаря ей, все и сложилось. Мой знакомый поинтересовался судьбой данного произведения искусства, но не у женщины, а у знающих людей, оказалось, что та в свое время висела в усадьбе Мазепы в Марьино. Так у меня появилась картинка в голове, и я решил проверить эту женщину. Оказалось, что она на тот момент уже умерла, но что интересно, по документам старушка была родом из деревни Дымно, точнее, так значилось в ее свидетельстве о рождении. Я подумал, что это хороший знак, и сообщил о даме Родиону. Со вторым ребенком было еще проще, повезло просто несказанно. Прямо напротив моего дома жил дедуля из Дымно, я знал об этом, так как мой отец когда-то занимался этой деревней и пытался вести с ним беседы. Фамилия деда оказалась той же, что и девичья фамилия генеральши Хельги, возраст подходил, а уж его нежелание даже слышать о Дымно… Определенным образом, все сходилось. Мы с Родионом стали думать, что делать дальше, и я предположил, что умершая бабуля вполне могла поведать о своей тайне, например, внучке. Той двадцать два, почему бы не попытаться нащупать нить через нее.

Любка сделала такое лицо, что я бы на месте Гриши лучше заткнулась. Он и заткнулся, правда, потому что подруга гневно выпалила в сторону Родиона:

– Нащупать через нее нить? И как, Родион, нащупал?

– Люба, – страдальчески сказал он, – я понимаю, как все это звучит, я, действительно, закрутил с тобой роман в корыстных целях, но совершенно неожиданно влюбился. Мое желание жениться на тебе вполне искреннее.

– Не на мне ты хочешь жениться, – разъяренно сказала подруга, – а на дедовом кладе!

– Люба…

– Знать ничего не хочу. Если бы ты действительно любил меня, не стал бы юлить и придумывать бабкины завещания и прочую чушь.

– Я хотел подойти к вопросу как бы невзначай, пойми, я думал, если ты что-то знаешь, то непременно расскажешь мне об этом. Я предложу тебе свою помощь в расследовании, и мы вместе отправимся на поиски. Но ты вместо этого наплела какую-то чушь про деда-цыгана, и я понял, ты знаешь о кладе, но говорить категорически не желаешь.

– И решил, чего бы тогда не найти его одному, – заметила Любка язвительно.

– Я решил проверить, что к чему. Если ты скрываешь информацию, значит, у тебя есть свои причины, я подумал, съезжу в это Дымно на разведку, а уж потом поговорю с тобой откровенно.

Любка сделала жест руками, который означал что-то вроде, конечно, так я тебе и поверила.

– Лучше расскажите, что было дальше, – вклинилась я.

– Мы сговорились с Гришей, – продолжил Родион, косясь на свою возлюбленную, – я поехал окружной дорогой, чтобы не появляться в Марьино и не привлекать внимания. Вдруг звонит Гриша и говорит, мол, приехала твоя невеста с подругой. Ясно, что неспроста. Гриша сказал, что присмотрит за вами и постарается узнать, что к чему. Потом он рассказал, что ты нашла у меня в сумке карту Новгорода, и это побудило тебя отправиться в Марьино.

Любка бросила в сторону Гриши "благодарный" взгляд, но он только лучезарно улыбнулся в ответ, сорвал травинку и сунул в рот.

– В общем, вы упорно молчали об истинной цели визита, и мы… – тут Родион смутился, – мы решили немного вас припугнуть в надежде, что страх развяжет язык.

Мы с Любкой одновременно открыли рты в изумлении и уставились на Гришу.

– Но наши девушки не струсили, – еще шире улыбнулся он, – правда, кое-что рассказали, но нам от этого трепа толку было мало.

– Ты… Ты… – Любка подыскивала подходящие слова, но в итоге спросила растерянно. – Но как?

– Все не так сложно, как вам кажется, – сказал Гриша и нахмурился, – хочу, чтобы вы понимали, не все, произошедшее в ту поездку, было нашими проделками. Мы придумали перевернуть распятие, припугнуть вас якобы волком, на самом деле, как правильно решила Василиса, это была большая собака, плюс стуки в пещере.

– Как? – вырвалось у меня помимо воли.

– Дело было рискованное, – хмыкнул Гриша, – но мы решили попробовать. Припрятали у пещеры рацию, и когда вы оказались там, начали стучать и ходить, в общем, создавали видимость, что внутри кто-то есть, надеясь, что, наслушавшись моих баек, вы решите: сие дьявольские проделки. К тому же на тот момент вы и так пережили немало приятных минут. В общем, розыгрыш удался, по крайней мере, Любовь Викторовна рьяно убеждала нас, что мы попали в логово дьявола.

Подруга крякнула с досады и даже покраснела.

– Родион, – трагически сказала она, – а если бы у меня сердце не выдержало, и я бы умерла в этом лесу от сердечного приступа?

Гриша на это расхохотался, а Родион зачастил:

– Мы бы ни за что не допустили ничего подобного, Гриша все время находился рядом и следил за происходящим.

– Но если ты еще тогда не приехал, – нахмурилась я, – как Гриша смог провернуть такое в одиночку?

Мужчины переглянулись, и Гриша хмуро вздохнул.

– Переходим к неприятной части, у меня был помощник…

– Соломахин, – выпалила я.

– Все-таки узнали? – усмехнулся Гриша. – А как, если не секрет?

– Я нашла в машине Родиона железнодорожный билет на его имя, поинтересовалась у одного из знакомых в полиции, он прислал нам фото, и мы узнали того мужика.

– К тому же Сашка видел его в твоем дворе до нашего приезда, – добавила Любка.

– Повезло, – кивнул Гриша, – к Мише я периодически обращался по вопросам, в которых нужен был не обремененный моралью человек, назовем это так. Я подрядил его с собой на поиски награбленного, а когда объявились вы, попросил о помощи. Он не отказался. В ту ночь я следил за вами, Миша отвечал за само действо.

– Мы надеялись, вы перепугаетесь до смерти, – добавил Родион, – после чего расскажете Грише истинную причину, по которой прибыли в Дымно. Но вы только строили догадки и выдвигали предположения, которые совершенно не имели отношения к кладу.

– Потом стало совсем интересно, – продолжил Гриша, – кто-то порезал лодку и сунул в нее это дурацкое послание. Никто из присутствующих не мог этого сделать, вы были у меня на виду все время, а Мише такое бы и в голову не пришло, да он бы и не успел физически обернуться к реке и обратно. И тогда мне впервые пришла в голову мысль, что генеральский клад, возможно, ищем не мы одни. В конце концов, мало ли людей могло узнать то, что узнал Родион? Младший сыночек и родственники еврейки, например, это уже толпа. Кто знает, не крутились ли они вокруг Дымно все это время, не приметили