Пари на новенькую - Адалин Черно

ее себе на грудь. Сразу же ощущаю гулкий стук сердца под горячей кожей. И то, как вздымается его грудина от тяжелого и надсадного дыхания, тоже чувствую.

– Меня кроет, – признается. – Когда ты рядом – с трудом себя контролирую.

– Это… любовь?

– Не знаю, но я никогда такого не чувствовал.

– Я тоже.

– Поцелуешь меня? – снова просит, но на этот раз наедине, без посторонних глаз. – Поцелуй. Сама.

– Ладно, – выдыхаю.

Решаюсь, конечно, долго. Все тело дрожит. Я трясусь, как от холода, пока прикасаюсь рукой к щеке Кирилла. Нащупываю его губы, провожу по ним пальцами, а затем, приблизившись, задеваю своими. От одного только касания по телу импульсы проходят, томительный жар распространяется по всему периметру. Чувствую его везде. Остро. Запретно. Приятно.

– Целуй еще, – говорит требовательно. – Целуй, Аня…

И я целую. Кажется, что в этой комнате всю себя теряю. Забываю обо всем, о чем раньше думала и что для меня было важно. Выбрасываю из головы и наслаждаюсь. Чувствую, что разгоняемся. Переходим черту разрешенной скорости, но темп не сбавляем. Лишь бы не разбиться.

Глава 44

Аня

– Присматривай там за ней! – настоятельно требует мама у Кирилла, когда прощаемся перед отъездом.

– Мама! – возмущаюсь.

– Обязательно, тетя Зина. Аня в надежных руках.

В подтверждение своих слов Кирилл притягивает меня к себе, по-дружески располагая руку на моем плече.

– Глаз с нее не спущу, – добавляет. – В походе палатку рядом с ней размещу.

– Вообще-то, у нас не будет палаток!

– Неважно… в соседнем доме, значит, буду тебя охранять.

Маме этого достаточно, и она отпускает нас, позволяя забраться в машину к Борису. Он, в отличие от мамы, ведет себя сдержанно, но посматривает на нас в зеркало заднего вида подозрительно.

Когда прибываем в место сбора, Борис прощается со мной и просит Кирилла остаться на несколько слов. Приходится забрать свой чемодан и поковылять к автобусу, чтобы дать им возможность поговорить. Пока классная руководительница нас распределяет и руководит упаковкой чемоданов, я нервно посматриваю в сторону припаркованного автомобиля Бориса.

Со стороны совсем не кажется, что они ссорятся, поэтому отворачиваюсь и стараюсь чем-то себя занять. В результате так сильно увлекаюсь разговором с Элей, которая вне школы оказывается очень даже разговорчивой и веселой, что вскрикиваю, стоит почувствовать на талии тяжелые ладони.

– Ты чего? – хмыкает Кирилл на ухо.

– Задумалась просто, – отвечаю с улыбкой. – Мы тут с…

Когда поворачиваюсь к Эле, ее уже и след простыл. Недоуменно оглядываюсь, но не вижу одноклассницу, зато наталкиваюсь на пристальный взгляд Бориса. Оказывается, он еще не уехал и теперь смотрит прямиком на то, как мы обнимаемся. Господи, какой стыд! А если мама узнает?

Начинаю вырываться, но Кирилл лишь сильнее меня прижимает к себе.

– Прекрати брыкаться, он давно знает, что мы вместе.

– Давно? – вспыхиваю от кончиков пальцев до корней волос. – Насколько давно?

Как он может давно знать, если мы даже не встречаемся?

– Вчера сообщил мне, что о наших отношениях знает, а сегодня сказал, что, если я тебя обижу – ноги мне переломает.

– Серьезно?

Не могу поверить, что Борис мог такое сказать. Всегда спокойный, серьезный и уравновешенный… я ни разу не слышала, чтобы он поднимал на маму или меня голос. По телефону, конечно, иногда мог прикрикнуть на сотрудников, но на нас – ни разу. Да и на Кирилла никогда не кричал, а тут – прямые угрозы?

Чувствую, как Кирилл начинаю трястись, и тычу его в бок, едва понимая, что он смеется.

– Ненормальный, – бубню. – Я ведь поверила. О чем говорили тогда?

– Ни о чем. Просил присмотреть за тобой.

– Точно?

– Ну, руки и ноги, как видишь, на месте.

– Загружаемся! – кричит учительница. – Давайте-давайте, нужно всех проверить и посчитать.

Через несколько минут мы с Кириллом уже сидим в автобусе. Изначально рядом со мной посадили Вику, с которой мы не очень-то и ладим, но из-за Кирилла ее и след простыл.

– Огнев! – зовет классная руководительница. – Насколько я помню, твое место не здесь.

– У вас плохая память, Виктория Андреевна, мое место тут и нигде больше.

– Ох и нарываешься, Огнев. И руки держи при себе, – требует, замечая, как Кирилл меня обнимает.

Всю дорогу чувствую себя под пристальным вниманием. И это еще, слава богу, Кирилл действительно держит руки при себе. Только пальцы наши переплетает и периодически сжимает мою ладонь сильнее. А еще я чувствую, как меня поглаживает большой палец его левой руки, и от этого нежного касания меня бросает то в жар, то в холод. Я даже забываю о том, что на нас смотрят одноклассники. Одни с завистью, другие с ненавистью, а третьи равнодушно. Тех, кто за нас рад, оказывается слишком мало.

– Внимание! – кричит наша классуха. – Сегодня по плану идем в исторический центр, ночуем в отеле, а завтра – поход в горы и ночевка на базе отдыха. Уверена, вам понравится.

Мы медленно вываливаемся из автобуса и разбираем свой багаж. Пока я стою в очереди, Кирилл достает свой рюкзак и мой чемодан и идет ко мне. Не отдает мне чемодан, конечно же, только свободную ладонь протягивает и берет меня за руку.

В этот момент не понимаю, играем мы или все уже по-настоящему.

– Огнев! – нас останавливает учительница. – Ты же в курсе, что вы с Аней в отдельных комнатах поселены?

– В курсе, – бросает.

– У вас с ребятами четыреста шестая, а у Ани с девчонками четыреста десятая.

– Ладно, – кивает, а затем говорит мне: – Я все равно к тебе зайду.

– Забыл, что я не одна?

– Не-а… но ты же знаешь, как мной восхищаются. С кем ты там, кстати?

– Не знаю. Я не смотрела списки распределения.

Уже в фойе оказывается, что ночевать мне придется с Тиной, ее подругой и Элей.

Компания, конечно, так себе. Но радует, что