Беременная для Палача - Валерия Ангелос

Витей часто сидели за одной партой, он постоянно у меня списывал и дарил конфеты, настоящие швейцарский шоколадки, которые тогда казались сокровищем.

— Какими судьбами в столице? — спросил он и подал мне руку, помогая подняться с крыльца. — И прости за вопрос, но почему ты в таком странном виде? Черт, ты еще и ранена?

— Долгая история, — слабо улыбнулась я. — А это, просто пара царапин.

— Тебе в больницу надо.

— Нет-нет, все нормально…

— Ксюш, на тебя напали? — он нахмурился. — Ограбили?

Мне не хотелось лгать другу детства, но рассказать правду я точно не могла. Да и вряд ли бы он поверил в мои чудовищные слова.

— Я сбежала из дома, — сглотнула. — Возникли проблемы с братом, и мне пришлось уйти, другого выбора не было. А потом, все так глупо вышло. Да, ты угадал, меня ограбили на вокзале. Ни вещей, ни документов. Ничего.

— Кошмар, — пробормотал парень, помрачнев. — Тогда очень хорошо, что мы вот так столкнулись. Поехали, я тебе помогу.

— Нет, я как-нибудь сама, не…

— Ксюша, это не обсуждается, — сказал как отрезал и потянул меня в сторону дорогущей спортивной машины. — Ты мне столько помогала в школе. Как я могу бросить свою подругу посреди города?

Глава 20

Я почти ничего не знала о семье Вити, но мне было известно, что она вполне состоятельная. Вот только, несмотря на это, в нем не было ни грамма того, что имелось в характерах мажоров. Витя вообще был простым парнем и этим мне всегда нравился, как человек.

Он усадил меня в свою машину, несмотря на то, что я одеждой могла запачкать дорогущий салон. Когда я сказала ему об этом, Витя лишь улыбнулся и сказал «Забей».

Прошло буквально двадцать минут парень остановил машину около пятиэтажки, находящейся в очень чистом и аккуратном районе. Мне было трудно представить сколько тут стоили квартиры, но я прекрасно понимала, что явно не мало. Тем более, как оказалось, в квартире Вити было пять комнат и просто невероятная площадь.

— Ты живешь тут один? — спросила, оглядываясь по сторонам. Да, особняки Амирана были значительно больше, но даже тут я терялась.

— Да, — Витя кивнул и повел меня к ванной комнате. — Подожди немного.

Он ушел, но буквально через пять минут вернулся и дал мне полотенце, а так же свою футболку.

— Извини, у меня другой одежды нет.

— Спасибо. Футболка отлично подойдет, — на сердце все еще было тревожно, но я улыбнулась. Витя правда хороший человек, а их в моей жизни очень мало.

Пока я принимала душ, думала о том, что мне делать дальше. Стоило уезжать в другой город, так как оставаться в столице опасно, но сделать это без денег невозможно. Стоило искать варианты.

Когда я вышла из душа, Витя взял меня за руку и увел в гостиную. Там усадил на диван и начал обрабатывать глубокие царапины, оставленные арматурой.

— Давай я сама, — сказала, потянувшись за перекисью.

— Тебе будет неудобно, — Витя отрицательно качнул головой и ватой провел по царапине. Она начала жечь и я стиснула зубы, но при этом замечала, насколько аккуратно он прикасался ко мне. Даже бережно. — Ты хочешь есть?

— Нет, — отрицательно качнула головой, но живот предательски забурчал.

— Я что-нибудь закажу, — Витя как раз закончил обрабатывать мои царапины и в этот момент заклеивал их лейкопластырями. — Пока привезут еду, могу предложить тебе бутерброды.

— Мне их хватит. Не нужно ничего заказывать. Мне и так неловко.

— Ксюш, не стесняйся. Ты мне раньше много помогала. Да и я вообще не могу оставить тебя в беде. Поэтому, чувствуй себя, как дома.

— Нет, мне нужно уезжать. Будет лучше, если я как можно скорее окажусь в другом городе.

Витя сдвинул брови на переносице. Нахмурился.

— Что у тебя вообще случилось? Твоя брат опять творит какую-то хрень? Оставайся у меня. Я не дам тебя в обиду.

— Спасибо, — в этот момент мне захотелось обнять Витю. Не, как парня, а как человека, который относился ко мне так, как никто ранее. Разве что Зара была такой же. — Но мне лучше уехать. Тут уже дело не просто в брате. Из-за него меня ищут ужасные люди. Если меня поймают и узнают, что ты мне помогал, тебе тоже может достаться.

— Думаешь, это меня испугает? Тем более, я не могу оставить девушку в беде.

Я прикусила губу. Витя всегда был таким и мне было жутко при мысли, что он может пострадать из-за меня.

— Можно я постираю у тебя ту одежду, в которую я была одета? — спросила у него тихо.

— Конечно. Я кину ее в стирку.

Я хотела сама это сделать, но Витя правильно сказал, что я могла не разобраться с его стиральной машиной. Несмотря на то, что подобная техника в основном похожа, я все равно могла понажимать лишнего и ненужного. Поэтому, пока Витя кидал мои вещи в стиральную машину, я попросила у него разрешения немного похозяйничать на кухне. Получив согласие, поплелась готовить бутерброды и заваривать чай.

Приготовила их на нас обоих, но в итоге сама съела большую часть. Черт, насколько же сильно я была голодной. Витя же незаметно подкладывал бутерброды поближе ко мне. В итоге я так наелась, что даже двигалась с трудом. Это явно был перебор.

— Пойдем, тебе нужно отдохнуть.

Мы перешли в гостиную и сели там на диване. Витя включил телевизор, но мы в его сторону практически не смотрели. Разговаривали о школе и вспоминали смешные моменты. Смеялись и подшучивали друг над другом. На какое-то время я даже забыла про Палача и Самсонова, но с наступлением ночи эти мысли жуткой тяжестью вновь рухнули на сознание.

Витя расстелил мне диван, который был в сто раз удобнее, чем моя кровать, в квартире, в которой я жила вместе с Колей, но спать я не собиралась.

Вместо этого очень тихо, чтобы не разбудить Витю, оделась в форму. Она еще частично была влажной, но, плевать. Сейчас это не имело значения.

Я очень тихонько пошла к двери, но вздрогнула, когда в коридоре включился свет.

— Куда ты? — сонно спросил Витя, окинув меня взглядом.

— Прости, но мне правда лучше уйти, — я виновато опустила взгляд. Не хотела, чтобы Витя пострадал, поэтому хотела тихо уйти. — Так будет лучше.

— Переживаешь за меня? Не стоит, — я хотела возразить, но не успела. Витя продолжил: — Слушай, у меня есть квартира. Она находится в соседнем городе. Если хочешь уехать из столицы, можешь пожить там. Но просто так я тебя не отпущу.

Я хотела отказаться.