Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

– Он знает! Знает он! – орал тренер.

А я искал глазами Нику в зале. Нашел, но не обрадовался. Около нее сидел Митька и что-то говорил. Ника точно не была в восторге от такого соседства.

Не успел я подумать, что делать с этим, как меня снова выпнули в центр ринга. Если я чувствовал себя неуверенно в первом раунде, то во втором просто напросто растерял даже пассивные скиллы, которые всегда были включены по умолчанию. Митя возле Мышки конкретно сбил мои настройки. Я пропустил почти сразу и едва успел закрыться, чтобы следующий удар пришелся в перчатки, а не повторно в нос. Наверное, меня бы свалил даже удар в блок, но какая-то часть сознания все же позволила мне уклониться, уйти вправо и ударить снизу. Даже неплохо ударить. Мозги звенели в черепушке. Мне было адски больно. Но я все равно продолжал наступать. Отчаянно и бестолково. Слава богу, мой соперник растерялся от резкой смены тактики и едва ли успевал закрываться.

Я прижал его канатам, но там из блока он снова прострелил мой проклятый нос. Я отпрыгнул и устоял на ногах чудом, но был открыт для новых атак. Соперник это увидел и рванул на меня, но тут судья объявил конец раунда. Однако это не помешало здоровяку замахнуться. Нарушение правил снова сыграло мне на руку. Судья выдал предупреждение и пригрозил, что даст проигрыш автоматом при любой другой попытке смухлевать. Я сел в свой угол и ощутил холодную воду на морде. В нос мне кто-то ткнул ватные тампоны. Наверное, чтобы остановить кровь. Я ни черта не чувствовал. Перед глазами летали черные мухи размером с яблоко.

– Дима, ты жив? Выйдешь снова? Чувак твой злой, но уже уставший. Ты его дожмешь в последнем.

Я обозначал кивки, моргая. Двигать головой было страшновато. За перерыв восстановиться, как всегда, не вышло. Наверное, поэтому их и делают такими короткими. Но я хотя бы обрел зрение. Мои галлюциногенные мухи убрались, но руки едва слушались. Я на автомате закрылся сразу и вспомнил, что Ника сидела с Митькой рядом, попытался найти их снова в зале. Но не смог. Я просканировал глазами весь сектор и, кажется, увидел светловолосую голову Мышки у дверей. Или нет? Показалось?

Пока я думал эти несвоевременные мысли, мне прилетел удар в лицо. Пробить хилый блок не составило труда. Я попятился и упал в канаты. Мухи вернулись, а за ними и туман, от которого я никак не мог избавиться. Прогонял один, но снова накатывало новое облако. Где-то за этими туманами я слышал, как считает судья. Корчить из себя героя и невменяемым вставать в стойку я не собирался.

Я еще не до конца обрел сознание и зрение, когда судья объявил мое поражение.

Глава 21. Последствия

Зал теперь приветствовал моего соперника. Я почти на ощупь ушел в раздевалку и лишь там окончательно пришел в себя. Сразу вспомнил: «Ника! Где Ника?».

Отправившись обратно в зал, я собирался найти ее. И вообще, как вышло, что она не подошла ко мне по пути в кулуары? Не встретила у раздевалки? Вернувшись туда, я достал свой телефон и стал названивать Мышке. Длинные гудки – никакого ответа.

Сердце застучало быстрее и прыгнуло куда-то в район печени. Но выяснить я ничего не успел, потому что от двери меня оттолкнул Григорич, который как раз ворвался в раздевалку.

– Какой ты мудило, Дима! А ведь все так хорошо начиналось. Что на тебя нашло? Он почти дохлый вышел в последнем раунде, а ты…

Григорич продолжал распинаться, а я пытался забыть про боль и, наконец, начать действовать. Но даже язык у меня повернулся не сразу, чтобы спросить у тренера. Я ужасно боялся, что мои запоздалые вопросы и действия приведут к непоправимым последствиям.

– Где Ника? – спросил я наконец, перебивая последние тирады тренера о моем просраном бое.

– Почем я знаю. Лучше б и не приходила она. Из-за нее ты сам не свой.

Я не сдавался и продолжал.

– Она сидела с Митей, потом ушла. Я видел, как она ушла посреди раунда. Это ненормально.

– Поссать, наверно, – беспечно предположил Григорич.

– Ее до сих пор нет. Я не могу найти, телефон не отвечает. Уверен, что это Митяя рук дело…

– Ну приехали. Вот ты фантазер. На хрен она Митьке не сдалась.

– Он говорил. Угрожал.

– У тебя мания величия, Довлатов. Может ушла она с Митькой по своей воле. Завтра все и скажет тебе…

Григорич хохотнул, но я взглянул на него так, что тренер проглотил смешки.

Я еще раз набрал Нику, но она снова не ответила.

– Мне нужно к Грифу, – сразу потребовал я.

– Ага, а к черту не надо? До него добраться будет легче.

– Я уже знаю путь до кабинета.

Не переодеваясь, я пошел к двери, намереваясь увидеться с Женей и попросить помощи. Вряд ли он будет счастлив узнать, что Митя перешел границы в его заведении. А если я ошибся, и Ника просто ушла, то… То и слава богу.

– Дима, стой. Нет сегодня Гифа. Ты же сам видел – пустой его сектор.

– Я должен с кем-то поговорить.

– Ты паникуешь на пустом месте, парень. Здесь таких не любят. Вали домой, лечи морду и забудь…

– Про мою девушку, которую черт знает куда утащил безмозглый кретин слоновьих размеров? Вот уж вряд ли. Миша, кажется, был в ложе.

– Пожалеешь… – только и бросил мне в спину Григорич.

К сожалению, он оказался прав. Если Гриф общался со мной на равных, то Миша просто сделал знак и меня выкинули его амбалы-помощники. А я даже сопротивляться не мог. Как распластался на полу в коридоре, так и лежал. Чуть не ревел от беспомощности и страха. Ника так и не брала трубку. Нигде в зале или у раздевалок ее тоже не было.

Меня осенило вспышкой. Марат.

Проклятый Марат Казаев привел меня сюда. Он дружит с Грифом и часто самые сложные вопросы можно решить банальным