Не моя девочка (СИ) - Каретникова Ксения

— Потерпи минут десять. Потом подойди к Саиту и скажи, что хочешь немного отдохнуть в своей комнате, что позже снова присоединишься к его празднику.

— Зачем?

— Так надо, Бэлла, — с нежной улыбкой кивает он.

Я беру бокал шампанского и выжидаю десять минут. Потом подхожу к Саиту и слово в слово произношу то, что велел сказать Артем. Саит кивает.

Мы медленно идём с Артемом к выходу. У лестницы Артем останавливается, прислушиваеся. А затем ведет меня к противоположной стене, по узкому коридору.

Заходим в первую дверь по левой стене. Это туалет. Артем вдруг достает из кармана ключ и открывает им дверь справа.

Подсобка. Очень похожая на ту, в которой я жила в ресторане Йонаса. Только моя побольше была и без окна.

Вот к окну Артем как раз и подходит. Медленно и даже беззвучно открывает его, встаёт на какой-то деревянный ящик и выглядывает на улицу. А затем подтягивается на руках и полностью вылезает наружу.

— Теперь ты, — говорит он мне, протягивая руки.

При помощи Артема я тоже быстро оказываюсь на улице.

На улице ещё светло. И тихо. Словно никого здесь и нет.

— Что мы делаем? — шепотом спрашиваю я.

— Убегаем.

— Зачем?

— Потом расскажу. Снимай обувь.

Я послушно разуваюсь, беру туфли в одну руку, а другую мою руку уже крепко сжимает ладонь Артема.

Мы бежим к забору. Здесь он не из камня, как возде центрального входа. Здесь сетка, довольно высокая, выше меня.

Артем садится на корточки, отгибает забор от земли и велит мне пролезть. Я протискиваюсь, ползя спиной по земле. Затем Артем, не без моей помощи.

Вдруг замечаю сумку. Мою сумку, с которой я приехала. Она лежит здесь, с этой стороны забора, на траве.

Хочу ее открыть, чтобы переодеться, но Артем не позволяет, вешает сумку на плечо и, схватив меня за руку, бежит по лесу.

Я ничего не понимаю, послушно бегу рядом. А ступням периодически больно, черт знает на что я там наступаю босыми ногами.

А ещё я ничего не вижу, как Артем вообще ориентируется? Кошусь на него и замечаю в другой руке Артема телефон с открытой картой. Навигатор! Мы двигаемся по нему, вдоль дороги по которой мы ехали по лесу в сторону замка Саита.

— Долго нам ещё? — уже тяжело дыша, спрашиваю я.

— Еще столько же.

— А почему мы бежим? За нами кто-то гонется?

— Черт знает. Но лучше перебдеть.

Не спорю, даже второе дыхание в себе открываю, а затем и третье, когда слышу шум проезжающих где-то впереди машин.

Наконец лес заканчивается, мы оказываемся на пригорке, внизу дорога. Артем останавливается, ложится на землю и прижимает меня к себе. Лежу, чувствуя жар от Артема, выравниваю свое дыхание. Я сейчас не боюсь, мне не страшно. Рядом с Артем я чувствую себя в безопасности.

Минут через пять прямо напротив съезда к замку Садекова останавливается машина. Чёрная, отечественная. Водитель опускает окно.

Артем приглядывается, а затем звонит по телефону. Я даже отсюда слышу, как в машине играет сигнал мобильника.

— Пойдем, — сбрасывая звонок, говорит Артём и поднимается. Тащит меня за собой.

Мы спускаемся с пригорка и бежим к машине. Артем открывает заднюю дверь, пускает меня первой и тут же садится рядом. Как только захлопывается дверь, водитель давит на газ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Привет, Бой, — произносит мужчина, подмигивая Артему через зеркало заднего вида. Узнаю его, хоть и видела один раз, да ещё тогда он был в соломенной шляпе. — Все нормально?

— Вроде да, — кивает Артем. — Знакомься, Бэлла, это мой шеф, Семён Валерьевич.

— Очень приятно, — киваю я. И здесь замечаю, что так и держу туфли в своей руке. И платье, что удивительно, не порвалось и не испортилось от такого экстремального марш-броска. Перевожу взгляд на Артема и спрашиваю: — Теперь ты расскажешь, что произошло?

Глава 32

Артем

После того, как я рассказываю все Бэлле — на ней нет лица. Видимо трудно ей поверить, что Йонас так с ней поступил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Что со мной хотел сделать — ладно. Видимо почувствовал или понял. А может узнал про нас?

Но даже это не оправдывает того, что он Бэллу подарил. Как вещь, как куклу.

Вот и вся любовь, твою мать!

Бэлла сейчас в шоке. Я в гневе.

Как мне хочется собственными руками его придушить!

— Куда мы едем? — спрашивает Бэлла, уставившись в окно.

— К моей маме, — отвечаю, — отсидимся там, пока все не закончится.

— А закончится ли? — вздыхает Бэлла и резко на меня смотрит.

Её оливковые глаза блестят от зарождающихся слез. Кажется вот-вот — и девушка заплачет.

— Закончится, — отвечает за меня Валерьевич, — помимо того, что нам рассказал Артем, у нас ещё кое-что появилось на Лейтовича. Мы взяли Барона с поличным. За распостранение оружия ответить придётся.

Но Бэлла словно этого не слышит. Отстраненно спрашивает:

— А мой телефон, ты не брал?

— Нет, я его оставил в комнате в доме Саита.

Бэлла хмурится. А затем снова к окну отворачивается.

А мы между тем уже в Дмитров въезжаем. Дом мамы в пригороде находится, чтоб до него добраться, нам придётся полгорода проехать.

Проезжаем часть центра, сворачиваем в спальные районы.

— На следующем перекрёстке будет дом… — вдруг говорит Бэлла задумчиво. — Я там жила с тёткой и её мужем.

Валерьевич останавливается на светофоре и смотрит на меня через зеркало.

— Хочешь зайти?

Бэлла хмурится, поправляет волосы у шеи и пристально смотрит на приближающийся дом.

— Хочу, — неожиданно и резко отвечает она.

Я одним взглядом прошу шефа остановится.

Что Валерьевич и делает. Заезжает во двор и тормозит у единственного подъезда.

— Только не долго, — не оборачиваясь, просит шеф.

Бэлла надевает туфли, поправляет волосы и платье. Я успеваю за это время выйти и открыть ей дверь. Девушка смотрит на меня снизу вверх, затем нежно улыбается и, выйдя из машины, начинает меня обнимать. И целует.

То ли так благодарит, то ли поддержки просит…

Мы идем к подъезду, его дверь Бэлла с силой дёргает на себя и она открывается, хотя домофон стоит. Видно, что старый, не меняли.

— Не думала, что я сюда вернусь, — произносит Бэлла, по ступенькам поднимаясь.

Второй этаж, третий.

Бэлла останавливается у опшарпанной, дермантиновой двери. И, не задумываясь, давит на кнопку звонка.

Дверь нам открывает мужчина лет пятидесяти. Хотя, ему может и меньше. Видно по лицу, что мужик бухает. Даже хлеще чем мой Петрович.

Он смотрит на Бэллу, сщурившись, а затем округляет глаза и с удивлением произносит беззубым ртом:

— Изка, ты, что ли?

— Я, — отвечает она.

— Надо же, а я думал, что больше не увидимся, — он как будто бы рад. — Проходи.

Мы заходим в квартиру. В грязную. Здесь пахнет чем-то тухлым и сигаретами.

— Какая ты стала, Изабелла, прынцесса прям, — подмечает мужик, закрывая за нами дверь.

— Где тетка? — немного брезгливо спрашивает Бэлла.

— Там померла. Уже полгода как. Угу. Один я остался, — мужчина корчит лицо, словно собирается заплакать. А Бэлла на стены смотрит. По одной таракан ползёт. — А ты чего пришла? — резко меняет настроение её дядя и настороженно смотрит. — Квартиру забрать хочешь?

— Ты в наследство вступил?

— Вступил.

— Ну и доживай тут себе спокойно. Мне ничего не надо.

Мужик улыбаться начинает.

— Тогда зачем явилась спустя столько лет? За вещами своими? Так их нет. Разве что только… — он сомневается говорить или нет, но все же заканчивает: — Паспорт, но вряд ли старый тебе нужен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А он сохранился? — удивляется Бэлла.

— Сохранился. Угу. Я нашёл его недавно, когда Аленушкины документы искал, — мужчина предлагает жестом за ним следовать. Мы заходим в полупустую комнату. — А когда тот мужик приходил, паспорт мы не нашли. Он вот тут, между полками застрял, — он достает документ, показывает.