Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

— Всего, — Гашников с явной неохотой попрощался, но уже ногой в коридоре, обернулся: — Ты бы мне телефончик агентства сбросил.

У меня в душе похолодело. Гашников в курсе, что я нанимал шлюх? Вот прямо серпом по яйцам. Не то чтобы я этого страшился. Я взрослый мужчина и имел права трахать, кого желаю за так или за деньги, если мне это нравится, но вопрос в другом — если известно о найме, могли вычислить и Антонину, а значит подобраться ко мне через подкуп девчонок.

Твою ж мать! Теперь и секс что ли отменять?!

— Зачем? — прищурился я. Не идиота изображал, хотел по интонации его голоса попробовать считать насколько много известно о моей личной жизни и о его планах на мой счёт.

— У меня вечно проблемы с кадрами, набор сотрудников через разные учебные заведения и знакомства, и как показывает практика, по блату выходят такие некомпетентные кадры, что работа сыплется. А ты смотрю помощников находишь каким-то волшебным макаром. Одна краше другой, да и с мозгами вроде… Мне бойко отвечала, на удивление.

— Да, вроде сообразительная, — ссориться не желал, поэтому выдерживал нейтральную ноту.

— Вот и буду благодарен, если дашь агентство по найму сотрудников, с которым работаешь!

Мне полегчало. Он не об Антонине, а о другом агентстве по трудоустройству.

— Я не в курсе, — попытался с темы съехать, но поймав холодный взгляд Гашникова, решил чуть ублажить его прихоти: — Вадим этим вопрос занимался, я его спрошу и потом вам пришлю номер.

На том распрощались. Я некоторое время смотрел на пустой проём коридора. Из задумчивости выдернул телефонный звонок. Чтобы к себе не идти в кабинет, я взял трубку со стола секретаря:

— Слушаю…

Кристина

Цех оказался местом необычным. И очень вонючим. Стоило войти, как в нос тут же ударил резкий химический запах, который смутно что-то напоминал, а что именно я никак не могла понять. Среднее между ацетоном, клеем-моментом и самой смертью. Ксю этого будто и не заметила, спокойненько пошла вглубь шумного зала, даже не нацепив противогаза.

— Это что? — я прокашлялась.

— Сольвент, скоро привыкнешь, — улыбнулась девушка и поманила пальцем.

— От этого точно не будет рака лёгких? — не хотела казаться паникёршей, но о безопасности рабочего места хотелось узнать подробней.

— Не-а, — рассмеялась Ксю, и стала представлять меня всем подряд мужчинам, имена которых почти сразу смешались в общую массу.

Когда дошли до того самого Анатолия, кабинет которого источал тот самый мерзкий запах, у меня уже голова кружилась. Как тут могла находиться эта фея производства Ксюша — загадка.

— Здорова, Ксюха-Два-Уха, — крякнул симпатичный бородатый брюнет, свойски подмигнув нам. У него был короткий ёжик, красивые тёмные глаза и футболка облепленная по всему периметру смешными наклейками всех мастей. — Че, мож пленку повыбираешь, коль пришла, — предложил он, кивая на разложенный на столе рулон цветной глянцевой пленки с ровненькими рядами чёрных и сиреневых надписей.

— Стоп! Это что? На «Аудюху»? — взвизгнула она, ошарашенно глядя на пленку.

— Ну, — кивнул с готовностью брюнет.

— Толя-я-я-я!!! — На вопли Ксении сбежались все.

И в этот момент прояснилось, что это и есть «Толя, ты че опять с профилями намутил???» и «Что за жопный цвет, нам же башку Игоревич открутит!!!». Потом речь брюнета, которого, как выяснилось, звали Егором, откуда я узнала, что «Бляха, Толя, мы тридцать метров уже выбрали!» и «Наймите уже ему настройщика на принтер, че начальство-то жмётся?».

В общем судя по масштабу трагедии ситуация вышла из-под контроля, а Саня, тот, кто обладатель “криворукой команды”, вообще взял больничный.

— Вот, падла, — процедила Ксения зло, — полюбас знал, что у нас Толя вместо бордового сиреневый печатает, — прошипела в телефон и подбоченясь окинула взглядом цех.

— Че делать буэм? — поинтересовался Егор, отковыривая пленку от гладкой подложки, чтобы приклеить её Толе на лоб. Это понял и сам Толя, да только худющий, тщедушный очкарик тщетно отмахивался, так в итоге и не достигнув особого успеха.

— Че, че, — перевела дух Ксения, — Кристину Анджеевну учить выбирать пленку, — она окинула меня взглядом. — Согласна?

Что такое «выбирать пленку», я понятия не имела, но судя по куче рулонов с «выбранной плёнкой», что стояла у стеночки теперь уже совсем не нужная, это было очень долгое и «веселое» занятие.

Что я вынесла из этого дня, когда в половине седьмого притащила свою задницу обратно в приемную?

1. Тридцать метров это много, даже если работают все «пары рук» что есть в офисе и цехе из «свободных», включая дядю Витю охранника.

2. Выбирать «оракал», отрывая лишние куски заранее нарезанного на Поттере верхнего слоя пленки — жутко увлекательно только первые три метра, потом хочется все смять и выбросить к чертям собачьим.

3. Ботильоны — удобнее лодочек.

4. Вся одежда неизбежно становится обклеенной кусками материала, а то и волосы в придачу!

5. Сольвент — это капец.

6. ЦЕХ — это очень весело, а «Сектор Газа» через полтора часика начинает неслабо качать.

Я узнала за день больше, чем была готова узнать вообще, да и стоило бы. Потому что у цеха отдела рекламы и дизайнеров — страсти похлеще, чем в Вероне, а Саша и Ксюша, вроде как Ромео и Джульетта. При этом Ксюша как бы на позиции Князя мирит Цех и дизайн, но готова ругать и одних и других. Санта-Барбара одним словом.

Уф…

Когда вошла в приёмную, где наткнулась на Роман Игоревич, сидящего за моим столом и перебирающего какие-то бумажки, помахала:

— Здрасти, — вроде даже прошептала, выдавив улыбку. А потом мне совсем поплохело: в глазах помутнело и накрыла темнота.

Глава 18

Роман

Кристина так и не вернулась и я решил, что она из цеха сразу поехала домой, так что спокойно занял её стол, перебирая папки и ища документы за прошлый год. Бесцельное на самом деле занятие, чисто для того, чтобы отвлечься. Перебирая бумажку за бумажкой, старался перестать думать об инциденте произошедшем в этой самой приёмной, и о сказанных мною словах.

Услышав стук каблуков, не понял в чём дело. Свет уже всюду погас и потому когда открылась дверь и фигуру Кристины обрисовала густая чёрная тень, я поразился, как хорошо узнаю это тело. Не сомневался, что передо мной Кравчик. И волосы, и рост, и изгибы под тонким платьем — всё чертовски знакомо, даже слишком.

— Крис…

Но она не ответила, как будто не услышала меня. А потом сделала шаг в комнату, что-то пробормотала, ладошкой махнув, и осела на пол. Совсем бледная, вся в кусках наклеек. Несколько я смотрел в темноту, не врубаясь, что за нелепица произошла, а потом подорвался с места.

— Кристина! Эй, — осторожно похлопал по щекам. Девушка с мычанием мотнула головой, словно я — навязчивая муха, ещё и рукой попыталась отмахнуться.

— Так, если сейчас же не встанешь, чтобы приготовить мне чай — отвезу в больницу! А там будут ставить уколы… Внутримышечно! — припечатал веским аргументом.

Кравчик снова помотала головой, но глаза не открыла.

Я замялся:

— Это что, только с Леркой работает? — чертыхнулся в сердцах, а потом меня осенило:

— Бл*, Цех. Кристина Анждеевна, — тяжко вздохнул, подхватывая девушку на руки, — какого хрена Вы там торчали пять часов? — ворчал больше для себя, чем выговаривал секретарше, но негодовал неспроста. Для человека не привыкшего к работе в производственном цеху, это удар не только по нервной системе, но и здоровью. Убить Ксюху! И того мало! Я же просил только экскурсию провести, а не травить нового помощника. В итоге так боялся, что Кравчик снова попадётся на глаза Гашикову, что и рад был её отсутствию.

Чёрт! Сошлю Ксению на неделю в цех, будет пленки колупать и за автоматом сидеть.

— Крис, Крис, — уже аккуратно уложив на диван, вместо очередного похлопывания по щеке, огладил абрис лица.