Элизабет Беннет - Душою и телом

– Касси, я уже сейчас мог бы тебе сказать, что там получилось, но пощажу, пожалуй, твои очаровательные ушки, – ехидно засмеялся Гарви, помогая Касси, Шейле и Кэлу выгрузить из машины аппаратуру для звукозаписи.

На ленче, в окружении множества шикарно разодетых леди, сенатор чувствовал себя гораздо увереннее, нежели в школе. Неловкость испытывала, как успела заметить Касси, Шейла. Если Касси, одетая в шелковый бежевый костюм Миранды, вполне вписалась в эту толпу, то бедная Шейла в своих узких черных джинсах и водолазке резко выделялась среди элегантных светских дам.

– О, Господи, вазы для омовения рук! – хмыкнула Шейла, усаживаясь рядом с Касси за маленький, стоявший в углу огромной овальной гостиной столик, единственный, на котором красовалась табличка «Пресса».

Застекленные створчатые французские двери, соединявшие эту комнату со столовой и другой гостиной, были открыты, так чтобы все присутствовавшие могли видеть сенатора, сидевшего за главным столом, стоявшим у причудливого камина восемнадцатого века. Старинная французская мебель была сдвинута, восточные ковры лежали свернутыми. И только висевшие на стенах картины, многие из которых являлись малоизвестными работами знаменитых мастеров, были представлены на всеобщее обозрение. Просторная, шикарная комната все же уступала гостиным в доме Даринов, а гости, как две капли воды похожие на друзей Миранды, не произвели на Касси никакого впечатления.

– А что ты имеешь против ваз для полоскания рук? – спросила Касси, опуская пальцы в теплую с запахом лимона воду и наблюдая в то же время за гостями. Официанты в белых костюмах разносили конвертики из семги с икрой и муссом из креветок. – Да ведь они уже давно вышли из моды.

– С каких это пор ты стала экспертом по данному вопросу?

– Я специально им интересовалась, – ответила Шейла, принимаясь за семгу. – Знаешь, существуют разные газеты со множеством рубрик, где пишут о светских приемах и тому подобной ерунде. Кстати, видимо, твою сестру и Хааса сближала любовь к подобным торжествам. – И добавила шепотом: – Я не хочу на тебя давить, Касси, но надеюсь, что ты все же скажешь мне в один прекрасный день, на кой черт мы все это затеяли. Гарви прав. Ничего хорошего из этого выйти не может. Единственное что я усекла, так это то, что предсмертное письмо Миранды разоблачало трех известных людей. И, конечно, не нужно быть излишне проницательной, чтобы догадаться, что один из них…

– Тише, – оборвала Касси подругу. – Вон идет грозная нянька нашего многоуважаемого сенатора.

Джеффри Меллон подошел к их столику.

– Ну, как дела? – спросил он, фальшиво улыбаясь. – Я вижу, вы наладили неплохой контакт с Ритой, – вы прямо-таки не отстаете от нашего графика.

– Я помню свое обещание, – ответила Касси, стараясь улыбнуться ему в ответ.

– Ну и прекрасно! А сенатор вот попросил меня пригласить вас лично на мероприятие, которое не предусмотрено официальной программой. В его доме в Бруклине состоится встреча с теми, кто собирается отдать за него свой голос на выборах. Это будет в субботу вечером. Но учтите, мероприятие это неофициальное, и никаких съемок там быть не может. – Тут он устремил свой взгляд на какого-то знакомого, которому помахал рукой, а затем удалился.

– Ну и паразит! Даже приглашение из его уст звучит как угроза, – заметил Кэл.

Речь сенатора на этом обеде оказалась еще более бессодержательной, чем в школе, но здесь, на Парк-авеню, она была встречена громом аплодисментов. А вопросы были как нельзя более льстивые: «Ах, Энтони, говорят, что ты можешь стать вице-президентом? Это правда?»

– Не стоит пока говорить об этом, моя дорогая, – отвечал он, краснея и довольно улыбаясь. – Не все сразу. Пока помогите мне вновь оказаться в сенате, а там будет видно.

Но обед, наконец, закончился, и в три часа Касси, Шейла и Кэл отправились на студию.

Просмотрев отснятый материал, они убедились, что Гарви был абсолютно прав: все это была какая-то никому не нужная чепуха.

– Мак с нас шкуру спустит, – с грустью сказал Фредди. – Может, уволиться, раньше чем он это увидит? Или начать хлопотать о пенсии?

– Не думаю, чтобы кому-нибудь дали пенсию в тридцать два года, а уж тем более такому здоровяку, как ты, – усмехнулась Касси. – Ладно, ребята, успокойтесь, не так уж все и плохо. Тут мы кое-что подрежем, потом вставим кадры шестидесятых годов, и все это вместе будет…

– Дерьмо, – закончил за нее Гарви.

– По-моему, Гарви прав, – вздохнув, сказала Шейла, когда все разошлись и они с Касси остались вдвоем. Касси молча наклеивала аннотации на видеокассеты. – Да я не виню, тебя, пойми, – добавила Шейла, решив, что Касси обиделась. – Я виновата не меньше, чем ты, и отвечать перед Маком будем вместе. И поэтому, коли уж мы с тобой «повязаны», может, ты скажешь мне, наконец, во имя чего мы все это делаем?

– Я не совсем тебя понимаю.

– Послушай, Касси…

– Ну, хорошо, я скажу тебе честно: я боюсь, если ты все узнаешь, это причинит тебе боль, а я не хочу…

– Но, Касси, я уже не маленькая девочка, а ты мне не мать. И нечего меня жалеть. Если хочешь, чтобы я и дальше тебе помогала, то давай выкладывай все начистоту.

– Хорошо, – сказала Касси, и словно гора у нее свалилась с плеч. – Только не здесь. Давай найдем местечко поспокойнее. Но предупреждаю, тебя ждет разочарование.

– Я привыкла к этому с рождения, – весело ответила Шейла и, погасив свет, вышла вслед за Касси в коридор.

25

–Я просто отказываюсь понимать! Зачем Вэнсу перечислять деньги Хаасу тайно? Если тот импонирует ему как политический деятель, то почему Магнус не давал ему деньги на предвыборную кампанию в открытую?

– Вот эти документы подтверждают то, что Вэнс переводил ему деньги на тайные счета. Сомнений тут быть не может, – ответила Касси. – Но какие бы отношения между ними ни были, я уверена, что это никак не связано с политикой.

– А что же это? Вымогательство?

– Может быть, и так, – кивнула Касси, – но ты посмотри только. – Она сдвигала курсором текст на экране компьютера. – Миранда прослеживает здесь взаимосвязь между этими тайными перечислениями денег и различными правительственными разрешениями, которые получал Магнус. Вот погляди, в тысяча девятьсот семьдесят девятом году Магнус получил право на покупку телекомпании в Джорджии, и вскоре после этого он перечисляет на счет Хааса десять тысяч долларов.

– Значит, взятка.

– Да, я думаю, что так, – согласилась Касси. – И Джесон тоже принимал во всем этом участие. Я уверена: то, что он получил разрешение на строительство через месяц после того, как перевел деньги, не может быть случайностью.