Барбара Макмаон - На конкурсе невест

— А вы выглядите не так уж дурно. Все в вашу пользу. Но вот Кит в своем репертуаре. Надеюсь, вы тоже не одобряете его шуточек.

— Так вы и есть Ренни Морган! — Марк протянул руку. Он не мог оторваться от этой красоты. Ее кожа притягивала, и больше всего на свете ему хотелось прижать к себе эту девушку и не отпускать от себя ни на шаг. Марк сделал над собой усилие и отошел, по-прежнему рассматривая комнату. Он пытался скрыть свое внезапное волнение. — Здесь очень мило.

— Если вы тот, кем я вас представляю, то вы так не думаете.

Марк поднял глаза, чтобы снова удивиться — она была босая!

Ренни заметила этот взгляд и посчитала нужным объясниться. Она не носит обувь и держит ее в задней комнате только на случай выхода к покупателям. И чтобы не замерзнуть.

— А еще чтобы не выглядеть как бездомная бродяга на улице.

Марк понимал, что ее необычное поведение и одежда волнуют его. Волнуют как мужчину.

— Я пришел по поводу нашего дела. Того, о котором мы с вами разговаривали вчера вечером. — Он сопротивлялся этому образу, который так дразнил его.

— Очень мило с вашей стороны приехать в такую жару сюда с другого конца города, а не прислать поверенного, который мне так надоел. Однако мне непонятно, какого из сказанных мной НЕТ вы не поняли?

— Того, которое относилось ко мне. — Марк почувствовал раздражение. — Есть два пути. Либо вы предоставляете мне свою помощь, либо я присылаю нового управляющего, и ваше дело будет закрыто. Вот и все.

А что ему еще оставалось делать?

Марк не был филантропом. И его будущее зависело от того, насколько он тверд и последователен. Но сейчас он колебался. Впервые.

Конечно, она хорошенькая. Но он знал многих красивых женщин и с некоторыми даже имел тесные отношения. Ничем ей не поможешь, хоть она и кузина Кита. Это всего лишь бизнес. Простой бизнес.

Марк видел цель и шел к ней своим путем.

— Все предельно ясно, — сказала она, помолчав.

Марк привык к молчанию, когда дело касалось бизнеса. Это необходимо, чтобы подумать. Но у Ренни нет выбора.

— Наш контракт еще не расторгнут, — продолжала она. — Я могу нанять самого хорошего адвоката. Мы так не сдадимся.

— Вы что, объявляете мне войну? — Марк опешил.

— Это не я так решила. Вы вынуждаете меня.

— Но мы можем вернуться к нашей сделке. Вы вводите меня в здешний цветник, а я оставляю вас в покое.

— Это слова. Мне нужны гарантии.

— Если я нахожу жену, то дарю вам этот магазин.

— Вы бы лучше подумали о подарке для невесты.

— Решайтесь, Ренни. Выбор за вами.

— Дайте мне подумать.

Она отошла к окну и остановилась, задумчиво глядя на улицу. Задумался и Марк, с удивлением глядя на женщину. Кит определенно что-то ей о нем сказал. Интересно, что именно?

— Я не могу гарантировать вам невесту, — начала Ренни. — Я могу обещать, что познакомлю вас с теми, кто, по моему мнению, отвечает вашим требованиям. Но мне нужно узнать и вас — что вы из себя представляете.

— То есть?

— Даже и не знаю. Не думала об этом. Давайте встретимся сегодня у меня и обговорим детали. Думаю, что магазин не лучшее место для этого. И потом, здесь нам будут мешать. Я подумаю, о чем вас спросить, что я должна о вас знать. Никогда прежде этим не занималась, так что не обессудьте.

— А как насчет вашей ассистентки? — вставил Марк, боясь, что ее монолог никогда не кончится.

— Ева? Нет. Исключено. Она замужем уже три года, и могу сказать, довольно счастливо.

Ренни разглядывала Марка так, словно собиралась его продать, — и его это задело.

— Мне нужна не просто женщина, не охотничий трофей. Мне нужна мать мох детей.

— Элегантная, утонченная и стройная...

— Она должна быть из хорошей семьи.

— Звучит так, как будто это часть вашего бизнеса.

— Это, конечно, не приобретение облигаций и не игра на бирже, но, в какой-то мере, партнерство, долгое партнерство в совместной жизни.

— Это говорит о многом. Мне кажется, что вы ищете себе робота.

— Зачем же так? Я ищу себе жену.

— Хорошо. Сегодня вечером обсудим это и потом, учитывая ваши пожелания, оценим мои возможности и совместим их со списком потенциальных невест. Вас порадует, если я скажу, что знаю, хотя и немного, женщин, которые соответствуют вашим требованиям. Ко всему прочему они любят тратить деньги на себя. И не любят тратить силы на такую ерунду, как чувства, как любовь. Они будут вам хорошим дополнением.

— Ренни, вас к телефону. Это Джоанна Пембрук.

— Извините, но я должна ответить. Дела. Вы должны понять.

— Я понимаю. И подожду.

Ренни хотела сказать, что ждать не надо, но сдержалась и вышла. В комнату вошла Ева и осталась с Марком.

— Она просто неугомонная. Поначалу я с ней боролась, но потом решила, что бесполезно. — Ева улыбнулась.

— Она одевается как-то необычно.

Марк прикусил язык: не следует говорить плохо о хозяйке. Конечно, он знал, что одежда в бизнесе играет не последнюю роль. Это открытие он сделал давно. Одежда диктует человеку стиль его поведения. Дорогой костюм придает чувство уверенности, богатства и успеха. Он сам так начинал, именно с этих, казалось бы, мелочей.

— Вы работаете на Ренни уже два года?

— С самого начала ее бизнеса. Я искала для себя что-то необычное, и Ренни полностью отвечает моим запросам. — Ева опять улыбнулась.

— Дела идут хорошо?

— Вам лучше обсудить это с Ренни. Это не в моей компетенции.

— Да, уж наверное. — Он прошелся вдоль висевших платьев. — И сколько стоит вот это?

— Тысячу двести долларов.

— За одно платье? Которое наденут только раз? — Он покачал головой, сомневаясь. Что же, этот бизнес может приносить большие деньги. — Почему оно здесь? Как сюда попало?

— У одной покупательницы сорвалась свадьба, она и отказалась. Вот сейчас нам надо его продать.

— Она не заплатила вам за него ни копейки?

— Только предварительный взнос. Потому-то Ренни и выставила его на входе, чтобы кто-нибудь зашел, увидел его и просто влюбился.

Любовь. В том-то и дело. Ренни настолько размыто представляет себе бизнес вообще, что поставила в его основу такое ненадежное чувство, как любовь.

— Извините, что задержалась. Нужно было поговорить с покупательницей. Ее свадьба через три недели, а она в отъезде. Хотела спросить, все ли готово. Так что там еще у нас? У меня куча дел.

Ренни стояла в дверях. Почему же так далеко? Марк мог бы поднять ее на руки и перенести через прилавок.

Она была невысока. Едва доставала ему до плеча. У нее такие красивые губы...

Больше всего Марк хотел бы увидеть в ее глазах те блеск и веселость, какие он видел в первый раз полчаса назад.

— Мы же решили, — продолжала она, — что сегодня вечером мы обсудим все проблемы. Восемь часов вас устроит?