Строптивая для Миллиардера (СИ) - Даргевич Екатерина
— Апельсиновый сок со льдом, пожалуйста, — попросила я бармена, чувствуя, как от злости дрожат руки.
— С таким решительным видом обычно заказывают текилу. И желательно двойную, — раздался вдруг рядом приятный, с легкой хрипотцой мужской голос.
Я резко повернула голову. На соседнем барном стуле сидел мужчина. Загорелый, светловолосый, с невероятно яркими, смеющимися глазами цвета моря. На нем была белоснежная рубашка с расстегнутым воротом, открывающим крепкую шею, и темно-синие брюки. В его позе читалась абсолютная, почти кошачья расслабленность, которая разительно контрастировала с той тяжелой, подавляющей аурой, что всегда окружала Карпова.
— Сок безопаснее, — буркнула я, забирая у бармена запотевший стакан. — От текилы можно совершить ошибки, о которых потом придется жалеть.
— Ошибки — это самое интересное в жизни, — философски заметил незнакомец, сверкнув обаятельной улыбкой. — Я Марк, кстати. Капитан этого прекрасного судна.
— Оля. Рядовой бухгалтер, — представилась я, невольно отвечая на его улыбку. От Марка исходило такое обезоруживающее спокойствие, что моя внутренняя пружина, натянутая до предела после стычки в павильоне, вдруг немного ослабла.
— Не похожи вы на рядового бухгалтера, Оля. Скорее на сбежавшую принцессу, которой смертельно наскучил этот праздник жизни. — Марк кивнул в сторону разговаривающей толпы. — Хотите покажу место, куда не ступает нога шумных маркетологов и суровых начальников? Капитанский мостик — лучшая обзорная точка на яхте.
Я бросила короткий взгляд на палубу. Карпов по-прежнему стоял там, слушая Алёну. И в этот самый момент, словно почувствовав мой взгляд, он медленно повернул голову. Наши глаза встретились. На долю секунды мне показалось, что воздух между нами заискрил, а его челюсти упрямо сжались.
— С удовольствием, Марк, — громко и отчетливо произнесла я, демонстративно отворачиваясь от босса. — Ведите.
Марк галантно предложил мне локоть, и мы поднялись по узкой винтовой лестнице.
Когда Марк открыл передо мной дверь, я буквально замерла на пороге. После липкой тропической жары и грохочущей музыки на палубе, капитанский мостик этой суперяхты показался мне порталом в совершенно другое измерение. Здесь царила благословенная тишина и приятная, почти хрустальная прохлада от бесшумных скрытых кондиционеров.
Я робко огляделась, чувствуя себя так, словно попала на капитанский мостик космического корабля, а не судна. Никаких привычных деревянных штурвалов из старых фильмов — только гладкие футуристичные панели из темного стекла, россыпь мерцающих сенсоров, идеальная отделка из ценных пород дерева и дурманящий запах дорогой матовой кожи, которой были обтянуты массивные кресла. Каждая деталь, каждый сантиметр этого пространства кричали о запредельном, недосягаемом богатстве Карпова.
Но главное — это вид. Огромные, изогнутые полукругом панорамные окна словно стирали грань между нами и внешним миром. Сквозь это безупречно чистое стекло открывался совершенно сумасшедший, гипнотический пейзаж: бескрайний бирюзовый океан, искрящийся под тропическим солнцем, который сливался на горизонте с небом. От этого ослепительного простора и ощущения полета над водой у меня просто захватило дух, и на какую-то секунду я вообще забыла обо всех своих тревогах.
— Располагайтесь, — Марк указал на удобное кожаное кресло рядом с приборной панелью. — Как вам Мальдивы?
— Прекрасно. Если бы не некоторые… рабочие моменты, — вздохнула я.
Я осторожно опустилась в массивное кресло. Оно оказалось удивительно удобным, словно подстроилось под изгибы моего тела. От гладкой, прохладной кожи пахло дороговизной и новизной — яхта явно была совсем новой. Я откинулась на спинку, чувствуя себя непозволительно уютно в этом коконе чужой роскоши, и сделала спасительный глоток ледяного сока.
Марк понимающе усмехнулся, ловко подкручивая какой-то тумблер на панели.
— Рабочие моменты в виде Виктора Петровича?
Я поперхнулась.
— Это так заметно?
— Скажем так, у Карпова сейчас такой вид, будто он готов торпедировать собственную яхту, — рассмеялся Марк, опираясь бедром о панель управления. — Вы первая девушка на моей памяти, которая предпочла общество скромного капитана вниманию великого и ужасного основателя «Карпов Групп».
— Я просто не участвую в гареме, — фыркнула я, чувствуя, как щеки снова заливает румянец. — Пусть Алёна с ним развлекается. Ей явно больше нужен этот… карьерный рост.
— Алёна — это пустышка, — отмахнулся Марк, бросив на меня удивительно проницательный взгляд. — Вите такие быстро наскучивают. Ему нужна та, кто не побоится бросить вызов. Та, что выставит его за дверь, если он перейдет черту.
Я замерла, едва не выронив стакан. Откуда простой капитан так хорошо знает вкусы нашего миллиардера? Да еще и называет его по имени?
Я хотела задать этот вопрос, но не успела.
Дверь на мостик резко распахнулась, с грохотом ударившись о переборку. В дверном проеме возникла высокая, знакомая фигура.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На пороге стоял Карпов. Вся его показная расслабленность исчезла без следа. Сейчас он напоминал разъяренного хищника, который выследил того, кто посмел посягнуть на его территорию. Темные глаза метали молнии, губы были сжаты в тонкую, жестокую линию, а грудь тяжело вздымалась.
— Какого черта здесь происходит? — его голос прозвучал тихо, но в этой тишине было столько первобытной угрозы, что у меня по спине пробежал мороз.
Я инстинктивно вжалась в кресло, ожидая, что сейчас разразится буря и бедного капитана уволят с волчьим билетом прямо посреди океана. Но Марк… Марк лишь лениво повернулся к вошедшему боссу и лучезарно улыбнулся.
— Экскурсия для самых красивых пассажирок, босс. Показываю устройство радаров. Присоединишься?
Я замерла, не веря своим ушам. Этот капитан точно сумасшедший! Так дерзко улыбаться Карпову?
Виктор сделал несколько тяжелых, чеканных шагов и остановился прямо напротив меня, полностью игнорируя Марка. Он оперся руками о подлокотники моего кресла, нависая надо мной, запертой в ловушке его мощного, горячего тела. Его терпкий аромат мгновенно заполнил всё пространство, вытесняя запах морской соли.
— Тебе не интересны радары, Ольга, — процедил он, глядя мне прямо в губы темным, потяжелевшим взглядом. — И экскурсии тоже.
— Откуда вам знать, что мне интересно, Виктор Петрович? — я изо всех сил старалась, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце бешено колотилось в груди. — Вы были слишком заняты Алёной, чтобы заметить моё отсутствие.
— Ревнуешь? — уголок его губ дрогнул в победной, хищной ухмылке.
— Мечтайте! — я уперлась ладонями в его каменную грудь, пытаясь отодвинуть, но это было всё равно что толкать скалу. Под тонкой тканью рубашки бугрились литые мышцы.
— Марк, — не оборачиваясь и не сдвинувшись ни на миллиметр, бросил Карпов. — Оставь нас.
Я в панике посмотрела на капитана. Пожалуйста, не уходи! Не оставляй меня с ним один на один!
Но Марк, к моему полному изумлению, не бросился выполнять приказ с извинениями. Он скрестил руки на груди и с насмешливым прищуром посмотрел на разъяренного босса.
— Напоминаю, капитан здесь я, — спокойно и с вызовом произнес Марк. — И по морским законам я решаю, кто находится на мостике. А девушка, кажется, не горит желанием оставаться с тобой наедине.
Карпов медленно, очень медленно выпрямился и повернулся к капитану. Воздух на мостике сгустился так, что его можно было резать ножом. Два сильных, уверенных в себе мужчины смотрели друг на друга, словно сойдясь в невидимом поединке. Я затаила дыхание, ожидая взрыва.
— Не доводи меня, — тихо, с убийственной угрозой произнес Карпов. — Ты знаешь, я могу вышвырнуть тебя за борт прямо сейчас.
— Попробуй, — усмехнулся Марк, ни на миллиметр не отступив перед разгневанным миллиардером. — Только кто яхту поведет, ты? С твоим маниакальным контролем мы прямо в первый же риф врежемся.
