Я верну тебя - Элен Ош

не доверять на сто процентов, потому как законно молить Бога, чтобы он не дал нам впасть в искушение; но незаконно избегать тех искушений, которые нас посещают. Все им подвержены. Даже я…

Гонец в комнату входит и замирает у порога. Рослый, но молодой еще.

— Говори!

— Видел твою девочку, Валех-джан, на балконе соседнего дома. Живу я там. Но ушла она, пока пацанов ждал.

— Почему сам не задержал? Что толку от слов твоих?

Руками разводит. А я переносицу двумя пальцами зажимаю. С девчонкой справиться не могут, а я от них каких-то глобальных действий жду.

Стаканом в стену запускаю, поверх головы пацана. Тот вздрагивает, приседая.

— Землю рыть, но найти мне девчонку! — рявкаю так, что у самого в мозгу простреливает.

Все равно вопросы остались, как к ней, так и к предкам ее: почему именно они людям Мара хату сдали? В чем замешаны?

А дочь их, красавица, тоже? Неужто, так лоханулся я? На спор повелся.

— Адрес скажи, где девчонку видел, — спрашиваю.

Ведь у кого-то ночь провела. Домой не вернулась. Проверить надо.

Гонец адрес называет, точный. Вплоть до номера квартиры вычислил. А Матильду упустил.

Но вот адресок мне известен. Как мир-то тесен…

Глава 6

— Только рыпнись, — холодный, приглушенный голос над ухом заставляет замереть, а в спину упирается что-то острое.

Под дулом пистолета я уже была. Буквально, вчера. Сегодня нож? Медленно выдыхаю и коротко киваю, соглашаясь.

Им пофиг, что в зале автовокзала людей полно и камеры кругом. Даже если закричу, нож быстро и мягко, как по маслу, пройдет сквозь ребра, а жизнь проворной струйкой вытечет из меня. Ради чего?

Пока есть шанс бороться, я воспользуюсь им. Ведь для чего-то я нужна им живая?

— Идешь к машине, помня о маме с папой. Да, девочка? — голос продолжает звучать, но острие заменяет ладонь на спине, подталкивая к выходу. — Ты ведь хочешь их увидеть?

— Не трогайте их, пожалуйста! — шепчу в ответ, переступая порог автовокзала вслед за первым мужиком, который мне путь заслонил.

Глазами шныряю по толпе. Лихорадочно соображаю что делать.

В отдалении вижу патрульный наряд. Но пока буду кричать, махать руками, похититель исполнит задуманное. Да и за руку держит крепко, поверх локтя. Не вырваться.

— Будешь послушной девочкой, никто не пострадает. Вперед иди! Быстро и без сюрпризов.

Тут же за угол здания выводит и к парковке направляется. Иду. А что еще прикажете делать?

За жизнь свою страшно, а за родителей еще больше. Они-то в чем виноваты, если дочь вляпалась. Сама кашу заварила…

А похитители славянского типа, не как Валех и его банда. И если сначала мелькнула мысль, что люди Кайсарова меня нашли, чтобы вернуть ему или отцу и ответ держать за то, чего не делала, то теперь я задумалась: а кто меня похитил?

Ответ не заставляет себя ждать. Едва в машину сажусь, за рулем вижу знакомую рожу.

Лично не встречались и представлены не были, но в городе видела, в частности, в нашем районе этот парень околачивался.

Я думала, он живет поблизости или работает, а по сути, следил и вынюхивал. Хреновый, конечно, из него лазутчик, если так на глазах примелькался.

В зеркало заднего вида с ним взглядом встречаюсь. Глаза колючие, светло-серые. Аж до мурашек пробирает! Не выдерживаю. За ресницами скрываюсь.

— Калина, чего стоим? Газу давай! — командует тот, что в спину дышал.

Он на переднее сиденье падает, второй рядом со мной усаживается. Калина-водитель движок заводит и в поток машин вклинивается.

Нет, не люди Кайсарова меня поймали. Конкуренты, скорее всего. Сколько же у него врагов? Мар из этой шайки или то другая ветка, но не менее опасная? Но кому больше на руку смерть Кайсарова-младшего и почему?

Ловлю себя на мысли, что вопросы в основном крутятся вокруг Валеха, а не собственной персоны. Однако, если посудить правильно, одно плавно перетекает в другое: Я наживка!

А зверя, которого ловить собрались на живца — это Кайсаров Валех. Только вот мне оттого ни тепло, ни холодно.

Кто я такая, чтобы Вал пальцем шевельнул ради моего спасения, после того, как отравлен был. Тоже, наверное, считает, что я замешана.

Подставная сучка, а спор с девчонками для отвода глаз. На месте Вала я бы так и подумала. И чтобы сделала? Наверное, ничего.

А вот Кайсаров из принципа бы нашел, чтобы отомстить уже мне. Про оплату же говорил в начале знакомства. О, сколько бы он насчитал мне долга!

И только эта мысль заставляет не расслабляться и верить, что он придет и спасет, только чтобы доказать всем: никто не имеет права прогибать Кайсарова, спорить на него и указывать, что делать. Он — царь и бог нашего города.

Пока я в мыслях витаю, проигрывая шахматные партии, машина из города выезжает. Калина сворачивает с трассы и мчится в неизвестном мне направлении.

Рейсовым автобусом никогда тут не ездила, потому теряюсь в догадках, а паника проворно по телу карабкается, в душу холодом веет.

— Куда вы меня везете? — остатки смелости собираю, на контакт с похитителями иду. — Зачем я вам?

— Помолчи, девочка, — отзывается тот, что рядом с водителем. — Сказал же: послушной будь.

— Я, может, свое эго погладить хочу и выяснить, что во мне ценного? — упрямо твержу и снова холодный серый взгляд в зеркало ловлю.

А тот, что рядом сидит, ко мне всем туловищем поворачивается, голову склоняет и рукой прядь волос подхватывает, пальцами перебирая:

— А есть в ней что-то, особенное! Не зря Кайсаров ее выбрал. Берег для себя! Скажи мне, девочка, в чем твоя фишка?

Тыльной стороной ладони по щеке проводит. Я отклоняюсь с гримасой отвращения. Волосы поправляю. А он ржет, зубы кривые и желтые показывает.

— Петрик, пасть захлопни! — неожиданно голос Калина подает. — Не трогай девчонку! Вал за нее ничего не даст, если грязная будет.

А я только рот открываю от изумления. Однако чистота еще ценится в наше время.

Только вот Петрику это не нравится. Весь путь с меня глаз не сводит, пальцем на колене своем кружочки рисуя…

Глава 7

(Валех)

Посреди двора стою, с торца дома. Голову поднимаю, этажи отсчитывая.

Первый. Второй…

А вот и те самые окна. Выходят с видом на соседнее здание. А не было бы его, так сразу бы на парк глядели. Но это все мелочи.

Главное, что свет в окне. А значит, классуха дома. Мужа нет, в отъезде. Он на постой в разъездах, а баба одна.