Близнецы - Пенелопа Уорд

ехала в Симмонский колледж. Сначала я подумала, что он красивый, чуткий и артистичный парень. Нейту можно было сказать что угодно, и он искренне слушал. С ним было так легко… в первое время. Я не привыкла к парням, которые сочувствуют и которые, казалось, искренне интересовались тем, что я предлагала. Первые месяцы нашего романа были просто волшебными. Нейт, на свой манер, знакомил меня с Бостоном, хотя я здесь и выросла, показывая мне все музеи и водя на концерты. Нейт преподавал гитару в музыкальном колледже Беркли. Мы сблизились еще и на почве того, что оба были приемными детьми. В конце концов мы переехали в квартиру недалеко от парка Фенуэй. Именно тогда я узнала, что Нейт алкоголик. Чуткий парень, которого я встретила, медленно превратился в человека, которого я больше не знала. Вначале он умело скрывал от меня свою пагубную зависимость, но в концу уже не мог.

— Что он тебе сказал? – спросила я.

Соня не знала Нейта, когда мы встречались. Я познакомилась с ней после того, как мы расстались, но Соня сталкивалась с ним несколько раз. Каким-то образом он разузнал мой новый адрес и приходил сюда, но меня дома не было.

— Он просто сказал, чтобы ты позвонила ему.

 Соня протянула мне визитку, которую дал ей Нейт. Это был новый номер мобильного телефона на визитной карточке музыкального колледжа Беркли.

Я уставилась на визитку.

— Хм. Он выглядел нормально?

— Ага, я имею в виду, он выглядел хорошо, может быть, немного грустно. Он также сказал тебе, что сожалеет о том, как все получилось.

 Соня нахмурилась.

— Думаю, лучше оставить все как есть, не так ли? — спросила я.

— Да. Не хочу, чтобы тебе когда-нибудь снова пришлось пройти через это.

Соня не сказала, через что именно я прошла, ведь мы обе и так знали.

Однажды вечером Нейт пришел домой вдрызг пьяным. Увидев два пустых бокала для вина, он обвинил меня в романе с моим другом Дэнни. Дэнни - гей, но Нейт всегда настаивал, что он бисексуал и заинтересован во мне. Он говорил, что Дэнни притворялся геем, чтобы быть рядом со мной. Дэнни и я действительно проводили вместе много времени, и поэтому я точно знала, что он не притворяется. Когда в тот вечер я продолжала отрицать обвинения Нейта, он так сильно ударил меня по щеке, что у меня остался синяк, который продержался больше месяца. Это переполнило чашу моего терпения, и я съехала через неделю, оставаясь у разных друзей, включая Дэнни, пока не нашла место и не встретила Соню, которая также помогла мне устроиться на работу к Максу, так как уже работала там на полставки, учась в медучилище.

Быть официанткой в закусочной - это конечно не то, какой я себе представляла свою жизнь к почти тридцати годам. Но мне посчастливилось иметь там хороших друзей и место, где я могла бы выждать, пока обдумаю следующий шаг. Из родных у меня осталась лишь сестра мамы – тетя Рини, которая живет в Нью-Йорке, поэтому мои друзья, такие как Соня и Дэнни, были для меня очень важны.

Моя мать, Марго Абрахам, умерла от рака чуть больше года назад. Мама никогда не была замужем, но очень хотела ребенка, поэтому в сорок два года пошла в агентство по усыновлению, и после трех лет ожидания удочерила новорожденную девочку - меня.

Мама, работая в мэрии города, скопила много денег, поэтому у меня есть небольшие сбережения. Но я не хочу их трогать и тем более тратить на дорогой колледж. После школы я закончила муниципальный колледж и получила степень по гуманитарным наукам. Потом я работала то тут, то там, пока не определилась, что хочу посвятить жизнь обучению детей с ограниченными физическими и умственными способностями. Но после смерти мамы я решила, что до тех пор, пока не смогу накопить достаточно денег и сосредоточиться на учебе, в аспирантуру не идти.

— Мы идем куда-нибудь сегодня вечером? — спросила Соня.

Она была непоседлива и выходила практически каждый вечер куда-нибудь, даже если просто выпить кофе в Норт Энде. Я домоседка, и была рада оставаться дома и смотреть фильмы почти все вечера.

— Ты что-то придумала? — спросила я, хорошо зная, что, наверно, все равно останусь дома.

— Я думаю позвонить Тому и узнать, не хочет ли он встретиться с нами где-нибудь и, может, купить немного канноли в кондитерской Майка. Они божественны.

Соня любила сладости, а Том был парнем, в которого она влюбилась недавно. Он жил по соседству. Они встретились, пока он выгуливал собаку, а Соня выносила мусор, обменялись номерами и однажды встретились за кофе.

— Тебе следует пойти, но, думаю, я останусь дома. — сказала я, снимая бежевые угги.

— Ну смотри сама, детка. Ты же не собираешься звонить Нейту, пока меня не будет, а? — Соня подняла бровь.

— Конечно, нет.

 По правде говоря, я не была так уверена в этом. Я не собиралась возвращаться к нему, но мне было любопытно, как у него дела. Когда я съехала из нашей квартиры, он был очень расстроен и звонил мне каждый день в течение двух недель. Я, конечно, понимала: то, что он сделал, непростительно, но я также знаю, что, если бы он не был пьян, этого бы не случилось. Нейт никогда не поднимал на меня руку, будучи трезвым. Мне просто не понравилось, как мы расстались, фактически я бросила его, и теперь борюсь с чувством вины.

— Хорошо, я приму душ, — сказала Соня и вышла из комнаты.

Я рухнула на огромный зеленый диван, закрыла глаза и подумала о голубоглазом красавце и запахе его одеколона. Мне было интересно, кто он, как его зовут и что он делает сейчас.

Глава 4

Седрик

Остаток недели пролетел незаметно. Я съездил по делам в наш Нью-Йоркский офис, вернулся, и в пятницу вечером встретился с Карин за ужином. В итальянском ресторане, который она выбрала, было темно и шумно, и мне просто хотелось свалить к черту отсюда и поехать домой.

— Ты кажешься каким-то отстраненным сегодня вечером. Все в порядке? — спросила меня Карин, расправляя салфетку и внимательно изучая меню напитков.

— Просто была напряженная неделя, детка. Все отлично.

По правде говоря, необходимость снова увидеть Эллисон разъедала меня, и с каждым днем становилось только хуже.

— Чем ты хочешь заняться в эти выходные? – спросила Карин, прежде чем ее прервала официантка, которая пришла принять наш заказ.

— Я возьму «Маргариту». А ты, Седрик?

— Хм… драфтовый «Сэм Адамс». Спасибо.

Я надеялся, что пиво притупит беспокойство, которое одолевало меня всю неделю, но, наверное, лучше бы мне подошло что-то покрепче.