Бумеранги. Часть 2 - Варвара Оськина

– Что ты с ней сделал?

– Изнасиловал, там же написано. – Бен махнул газетой. – Тебе подробно описать неупомянутые в письме позы или хватит того, что ей оказалось это не в радость? Нет? Поверь, счета от её психотерапевта были весьма поучительны.

Рид хмыкнул, но Джил видела, насколько ему противно от самого себя. Пальцы так смяли мягкий сигаретный фильтр, что тот превратился в непонятное крошево.

– За что?

– Решила сыграть в недотрогу, но было поздно. Я уже плохо соображал, когда она закрыла лицо руками и отобрала мою единственную иллюзию. Помню только невнятные крики да своё бешенство…

Кинув на пол газету, Бен окончательно смял пальцами ещё непогасший окурок и раздражённо чиркнул зажигалкой. Потом ещё раз, и ещё, пока Джил не выдержала и не схватила с капота полупустую пачку «Мальборо». Вытащив непослушными пальцами сигарету, она сунула ту в руки Рида и отобрала зажигалку, с первого раза высекая ровное пламя.

– Я благодарна, что это не мальчик из церковного хора, – раздражённо выдохнула Джил, а глубоко затянувшийся Бен поперхнулся дымом. – Ты идиот. Почему делу не дали ход?

– Потому что я предложил ей кое-что взамен. Алиша согласилась и не стала писать заявление. Откуда взялось это письмо – понятия не имею. Оно поддельное, потому что Алиша ошибается в каждом слове, а не через одно. Да и прошлое я, конечно же, уничтожил.

Чёрная бровь растерянно поднялась вверх, покуда Джиллиан боролась со жгучим желанием залепить третью пощёчину. За глупость. Так бездарно попасться мог только благороднейший Рид, который и представить не мог, как можно иначе решить эту проблему. Предался фантазиям, и вот! Нонсенс! Джил хотела было презрительно фыркнуть, но вдруг замерла. Бен был лучше неё. Он всего лишь позволил себе помечтать, хоть и потерял связь с реальностью. А вот Джиллиан осознанно грешила так долго и часто, что это Риду впору испытывать гнев и отвращение. Она же сама больше не злилась. Её разочарование застопорилось на полпути, а потом окончательно захлебнулось. Она принимала этого мужчину. Как и он сам вчера на той остановке принял Джил со всеми ошибками, глупостями и гордыней.

И наконец-то осознав всю глубину их общего падения, она подняла руку и осторожно стёрла выступившие из порезов на щеке капельки крови. Никакой дурноты и отвращения. Ничего. Только понимание, что они с Беном до смешного похожи! А затем её руку накрыла большая ладонь, скользнула чуть ниже и, очертив вены на покрасневших запястьях, замерла там, где трепетал пульс.

– Нет, Джил, я не бью свою жену, что бы ты ни думала всё это время, – тихо произнёс Бен. – Ненавижу нас обоих за то, что случилось, но никогда не посмел бы ударить. Бываю груб, могу схватить, чтобы эта ненормальная не выцарапала мне глаза в приступе очередной ревности. Но ничего больше. Мы оба знаем, как сильно ошиблись, и каждый день напоминаем об этом друг другу одним своим видом.

– Не проще ли тогда развестись?

– Ты слышала ответ, – протянул Бен, огладив подушечками пальцев тонкую кожу запястий. А Джил прикрыла глаза.

Рид мог не объяснять. Меркантильность, шантаж и чувство вины оказалось единственным, что смогло положить на лопатки отживший анахронизм чести Рида.

– Я сделаю официальное заявление. Опровергну выдвинутые обвинения, – тем временем договорил он. – Доказать большего они не смогут, потому что дело так и не было заведено. Моих слов будет достаточно.

Джил покачала головой, мягко освободилась и теперь задумчиво покусывала палец, который до сих пор пах антисептиком. Она думала, что теперь делать, и опомнилась лишь от ощущения металлического привкуса крови на языке. Чужой крови. Не её. И сначала даже не поняла, что случилась, только подняла на Рида растерянный, чуть нахмуренный взгляд.

Зато Бен всё понял быстро. В следующий миг он уже дёрнул Джил на себя и немедленно прижался губами к открытой шее. Деликатно задела подбородок щетина, и кожа Джиллиан покрылась мурашками. Без сомнений, они оба сошли с ума, но у своевольного тела ушло не больше секунды, прежде чем оно победило рассудок и прижалось к широкой груди. Джил прикрыла глаза, улыбнулась куда-то в ворот грязной футболки и медленно провела по тяжёлым лакричным прядям, отчаянно вдыхая аромат сигарет, масла и пота.

– Не уверена, что скандал разрешится так просто. Мы зашли слишком далеко, – пробормотала она, пока тёплые губы Бена собирали биение её пульса. – Общественности потребуется что-то посерьёзней пары фраз.

– Значит, поучаствую в паре дурацких передач, – фыркнул Рид, а затем неожиданно отстранился и зачем-то ощупал лоб Джил.

– Ты слишком беспечен! – Она попыталась увернуться от навязчиво скользнувшей по шее руки, но та едва заметно задержалась где-то под челюстью. – Нам придётся сильно постараться, чтобы переключить внимание избирателей на другое. Изнасилование так просто не забывают. Такой скандал – нешуточный удар по твоей репутации и рейтингам.

– М-м-м, – протянул Бен. – Забавно, но прямо сейчас мы создаём новый.

– Бен! – ахнула она и отшатнулась, мгновенно стряхнув с себя любовное наваждение. Но Рид был готов. Он крепко держал добычу и чуть прищурившись смотрел на вырывавшуюся Джил. – Это плохо. Нам нельзя. Перестань, мы действительно не можем. Не имеем права!

Она прервалась, когда пальцы Бена деликатно приподняли её подбородок и чуть повернули. В глаза ударил свет, и Джиллиан сморгнула навернувшиеся слёзы. Какого чёрта?

– А всё же, что у тебя с глазами? – задумчиво спросил Рид, и Джил застыла. – Некоторые капли иногда вызывают тахикардию и характерное покраснение, расширяют зрачки… Твои не реагируют на свет, ты в курсе?

– Не твоё дело!

В этот раз она дёрнулась сильнее, одновременно ударив по удерживавшей в хватке руке. Но её больше никто не держал.

– Опять сбегаешь? – с лёгкой угрозой спросил Бен и задумчиво наклонил голову набок. – Что с тобой происходит, Джил? У тебя жар, аритмия и странный набор остальной симптоматики. Откуда столько страха… агрессии? Я же помню, что ты не такая.

Не такая?! Господи. Она ещё хуже! Джил подняла голову, чтобы сказать это вслух, но наткнулась на пристальный взгляд и испугалась. В её извращённом сознании наркомана резко забился сигнал тревоги, призывая убраться отсюда как можно скорее. Так что Джиллиан отступила на шаг. Потом ещё, и ещё, настороженно глядя на замершего с непроницаемым лицом Бена, а тот не делал попытки остановить. А значит, она только что выдала себя. И тогда Джил приняла единственное казавшееся верным решение – развернулась спиной к молчавшему Риду и стремительно направилась к выходу. Прочь!

– Сбегаешь… – голос Бена был страшен.

– Разберись с репортёрами. Со всем остальным я справляюсь.

– Нет.

– Отлично. Тогда я сама.

– Нет.

Джил остановилась и медленно обернулась.

– Что?

Это смешно! Она хотела было пренебрежительно фыркнуть, но тут их взгляды встретились, и Джил замерла.

– Я запрещаю тебе в это вмешиваться, – почти по слогам произнёс Бен, а она нервно сглотнула, поняв, что ей приказали. Рид действительно требовал и не сомневался,