Я люблю тебя, поэтому давай дружить - Кезалия Вердаль

нам что ли идет? — возбужденно спросила блондинка.

— Буон маттино[3]! — бодро поздоровался Юра и сел рядом с Дурианной.

— Так, так, так, Юрий Ю, — хмыкнула Снежана. От нее не ускользнуло, как молодой человек по-хозяйски расположился рядом с ее подругой. — Фанат Тото Кутуньо и сын мафиозного отца.

— Тот самый опасный оппа, — зачем-то самодовольно ляпнул студент. После произнесенного ему стало как-то неудобно, но блондинка уже намотала информацию на ус. — А ты Снежана, та безумная фанатка Дайя Шиппо?

— Правильно Шинпо, — автоматически поправила Снежа. — Но да, наверное, у меня никогда не появится парень. Я всех мужчин сравниваю с ним.

— С вымышленным персонажем из манги? — уточнил шатен с сомнением.

— И что такого? Идеал может быть и из книги или кино.

— Но это все фейк! Те герои намеренно слеплены из ванили и сахара, чтобы запудрить девушкам мозги, — скептически отозвался Ю, будто был сам когда-то обманут таким очаровательным красавчиком.

— Мне нравятся сладкие мальчики. Прямо бы целиком проглотила!

— Снежа, тебе бы лишь пожрать, — хихикнула Дурианна, наматывая на палец темный локон.

“Ага, первый признак романтических игр”, - отметила про себя наблюдательная фанатка дорам.

— Да-да, уверена, их мозги на вкус как мармеладки, а кровь как бабл ти[4], - Сычёва продолжила дурачиться, чтобы поддержать непринужденную беседу.

— Капец ты кровожадная. А тебе, Дури, какие мужчины нравятся?

Юра внимательно посмотрел на девушку. Почему-то ему было важно узнать ее мнение. Два раза в неделю они виделись на парах английского, но не дошли еще до такого уровня общения, чтобы беспалевно задавать подобного рода вопросы. Благодаря блондинке процесс пошел намного веселей.

— А зачем тебе такое знать? — хитро выкрутилась кореянка.

— Ну как, вдруг скоро надо будет сдавать второе сочинение про напарника. А я тут, опа, и уже готово.

Снежана молча наблюдала, как эти двое в открытую флиртуют и не могла сдержать ухмылки.

Несмотря на интерес со стороны некоторых юношей, Дурианна, воспитанная не самой строгой тетей, относилась к чувствам с предельной серьезностью. Мимолетные свидания и беспечные интрижки точно не для нее. С почти сверхъестественной проницательностью она безошибочно распознавала в парнях склонность к легкомысленным связям на одну ночь, и такие ловеласы ее отнюдь не привлекали.

Юра показался ей каким-то особенным, непохожим на других. Его умные глаза часто выдавали, что парень далеко не так прост, как может показаться на первый взгляд. Дурианна внимательно всматривалась в его манеры, стараясь распознать, какой же фрукт скрывался под этой невинной внешностью: сладкий мандарин или горький грейпфрут?

— В таком случае, я люблю мощных брутальных мужиков. Прямо чтобы, ух, понимаешь? Чтобы бородища густая, груди волосатые, маскулинность прямо чтоб по швам трещала. Ну, еще пусть постарше будут, как минимум лет на пять.

— Фига себе. Вроде с виду такая милая, а тут подавай ей бруталити всяких.

Юра невольно отметил, что с растительностью у него беда бедой. Он даже брился всего раз в неделю-две, потому что светлые редкие волоски едва заметны на лице. Отрастить бакенбарды для него равнозначно самостоятельному конструктированию ракеты.

А по поводу возраста… Ему уже поздно раньше рождаться.

Но, судя по хитрому взгляду блонди, скорее всего кореянка блефовала, поэтому Ю немного расслабился.

— Ладно, а ты? — навострила уши Дурианна.

— Что я? — включил дурачка шатен, вновь натянув свою ехидную улыбку.

— Мне ведь тоже вдруг придется сдавать сочинение? Если ты не забыл, мы в одной группе учимся.

— О, — парень наклонился к подруге, заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо и прошептал: — я люблю брюнеток в толстых очках.

Юрий добился желаемого результата: Дури застыла с широко раскрытыми глазами, а затем быстро начала заливаться румянцем. Чтобы скрыть смущение, она схватила термос и сделала большой глоток кофе, но обожгла язык и закашлялась.

— Ладно, увидимся позже, — похлопал он ее по спине и эффектно удалился к своим друзьям.

[1] Да все нормально (корейский)

[2] Крутяк! (корейский)

[3] Доброе утра! (итальянский)

[4] Сладкий чай с добавлением молока и шариков из тапиоки с разными вкусами

Глава 5. Первый курс. Первый семестр

— Ой, Снежана, ты что, похудела? — тётя Алина поставила на стол большую пиалу с твенчжан чиге — корейским супом из мясного бульона с соевой пастой и овощами.

— Правда? — блондинка от такого комплимента аж просияла. — В таком случае, мне еще пельмешки и жареную стеклянную лапшу.

— А ты не лопнешь, деточка? — лукаво спросила Дурианна подругу и заботливо налила ей еще горячего жареного рисового чая.

— Лучше бы сама покушала, а то ничего не ешь почти, — Алина потрепала племянницу по щеке и, услышав колокольчик, поспешно побежала на кухню принимать приготовленные блюда.

Тёте Алине на самом деле всего тридцать пять, и она скорее годилась девчонкам в сестры. Когда родители Дури разошлись пять лет назад, мамина сестра забрала ее к себе.

С родителями Дури виделась, если повезёт, раз в год. Ее мать, писаная красавица с экзотической азиатской внешностью, крайне удачно вышла вновь замуж и пропадала по заграницам. Отец решил вернуться в Корею, чтобы продолжить заниматься исследовательской работой в области геологии.

Последние пару лет до развода родители только и делали, что ругались. Отец безумно ревновал красивую жену, мать постоянно жаловалась на отсутствие денег в доме.

Исход был логически завершенным.

Кореянка даже порадовалась за предков: теперь каждый из них получил то, чего хотел. А она сама — любящую семью в лице взбалмошной молодой тетушки и умение делать соответствующие выводы без розовых очков.

Если родители не забывали, то на день рождения ей зачисляли какие-то деньги с парой строк поздравлений. Алина их за это ненавидела. Даже так: она их ненавидела даже больше, чем сама Дури.

Несмотря на абсолютно несерьёзный взгляд на мир, тётя Алина обладала двумя талантами — нравиться людям и выбирать спелые арбузы. Если второй талант был однозначно полезен в летний сезон, то первый помог ей найти средства и открыть свой ресторан.

Корейский ресторанчик с банальным названием “Кимчи” ютился в одном из дворов московского спального района. Заведение было небольшим, всего на двадцать посадочных мест, но всегда забито гостями и пользовалось популярностью у местных корё-сарам и ценителей пикантной кухни. Простой, но стильный интерьер выдержан в теплых тонах: светлые деревянные панели, мягкое освещение и аккуратные столики. Ничего лишнего, но по-домашнему уютно.

Чтобы тёте было проще, Дури начала помогать ей в ресторане еще с двенадцати лет. Она разносила клиентам банчхан — маленькие порционные закуски вроде маринованной моркови, стручковой фасоли и ферментированных водорослей. Девушка также обходила зал и объясняла посетителям названия и ингредиенты блюд,