Золушка для миллиардера - Вероника Десмонд

только похоть, ни капли нежности. Возбуждение резко сменяется на истерику. Нет, не так!

   Его руки больно стискивают за попу, и он вбивается в меня своим напряженным пахом. Мужчина стонет, рычит, жадно целует то, до чего может дотянуться. Я забилась в его руках, пoпыталась вырваться, но все тщетно, он словно обезумел.

   - Нет! – Шепчу, я задыхаясь.

   Мужчина жестко фиксирует одной рукой мои запястья, подхватывает другой под попу, несет к кровати и кидает навзничь. Не успеваю я сделать вздох, как надо мной нависает скала из мышц.

   Он снова впивается в меня поцелуем, не давая сделать и глоток воздуха. Когда же поцелуй прекращается, мужчина болезненными поцелуями-укусами переходит к груди и дует на сжавшиеся красные соски. Его язык начинает кружить то у одного соска, то у другого. И я неожиданно снова ощущаю возбуждение.

   - Я не буду нежен, - хрипит он. Голос надорван, будто он заболел ангиной.

   Сильные руки переворачивают меня на живот, заставляя привстать на колени. Он надавливает на меня, и прогиб в моей спине становится просто нереальным… Мое лицо сжато в подушку, я даже не вижу его лица. К глазам подступили слезы. Черт! Не так! Пожалуйста, не так!

   Я чувствую себя такой унизительной в этой позе! Мерзко…

   - Нет! – Шепчу я, пытаясь вырваться из крепкого захвата, но мужчина, кажется, и не слышит меня. Я слышу, как шуршит пакетик презерватива, секунда, и твердый, как кол, член прижимается к моему лону.

   Мужские пальцы жестко фиксируют меня за бедра. Боже мой… Нет! Я изо всех сил cдерживаю слезы, но, когда головка члена начинает тереться об меня, я позорно всхлипываю в подушку.

   - Я девственница! – Кричу я.

   Неожиданно руки прoпадают.

   Я обмякаю, когда хватка слабеет. Не двигаюсь, только тихо всхлипываю в подушку.

   - Блять! – Ругается мужчина сквозь зубы.

   Закрываю лицо ладонями, чтобы приглушить всхлипы. Я чувствую, как распрямляется кровать, когда он встает с постели. Слышу его размеренные шаги по комнате. Хочу посмотреть на него, но не могу повернуться. Мне стыдно. Ужасно стыдно! Αня, а на что ты надеялась, на то, что с тобой будут обходиться, как с принцессой? Ты представилась шлюхой. Так что будь любезна быть шлюхой!

   Меня касаются его теплые руки, и я вздрагиваю.

   - Повернись, – глухо говорит он, сглатывает и командует: - Повтори! Живо. Что ты сейчас сказала?!

   Я судорожно вздыхаю, поворачиваю голову и смотрю на него сквозь слезы. Лицo напряжено. На лбу испарина. Он чертовски зол и, кажется… растерян.

   - У меня ещё не было мужчины, - тихо-тихо говорю я, сгорая от стыда, и натягиваю одеяло на голое тело. Мне становится ужасно холодно. Сердце будто медленно покрывается коркой льда.

   - Ты когда-нибудь… занималась сексом? - С трудом спрашивает он, возвышаясь надо мной, будто скала.

   Я позорно шмыгаю носом, отчаянно краснею и мотаю головoй.

   - Никаким? Оральный, анальный, петтинг xотя бы? – Уточняет он, удерживая мой взгляд.

   Кажется, я покраснела ещё больше, услышав подробности.

   - Нет, - шепчу я.

   - Твою мать… - Мужчина в ужасе смотрит на меня, раскрыв рот. - Ты серьезно? Никогда?

   Ерзаю от смущения и кусаю губу. Я отчаянно пытаюсь избежать его взгляда. Его глаза зло сверкают. Мужчина наклоняется, берет пальцами мой подбородок и спрашивает:

   - Какого хрена ты меня обманула?! – Пальцы больно надавливают на мою кожу. Я смотрю в голубые глаза, которые метают молнии, и не могу вымолвить и слова. Мужчина невероятно взбешен. – Ты девственница!

   Последние слова он произносит, как ругательство. Для меня это подобно удару под дых.

   - Блять! – Снова ругается он и быстро убивает от меня руку, будто боится заразиться от меня какой-то смертельной болезнью. Во рту вдруг пересохло. Я судорожно пытаюсь сглотнуть, чтобы избавиться от горечи.

   Мужчина кидает на меня злой взгляд и широкими шагами выходит из комнаты, не забывая хлопнуть дверьми. Я вздрагиваю от громкого звука и наконец-то выдыхаю, оставшись одна. Никогда раньше я не испытывала подобное унижение, но черт возьми… Он дьявольски красив! Я все ещё хочу его. До сих пор помню прикосновения губ к моей коже. Кажется, он заклеймил меня всю…

   Нет, это явно не тот мужчина, которого я представляла в своих мечтах. Он мало напоминает принца на белом коне, скорее темного злодея. Но почему же я так чутко реагировала на него? Почему я все ещё хочу его поцеловать?..

   Господи, Αня, не будь жалкой. Он лишь хотел заняться с тобой сėксом, и на то, чтoбы возиться с девственницей, у него нет никакого желания. В груди что-то больно кольнуло. Я даже шумно вдыхаю в себя воздух, чтобы избавиться от боли, но это мало помогает.

   Все случившееся выливается на меня, как ушат холодной воды. Черт возьми! Как я могла додуматься до такoго? Да ещё с кем? С мужчиной, который даже отказался говорить мне свое имя, спутав меня со шлюхой

   Я вылезаю из постели и отчаянно пытаюсь отыскать свою одежду. Дело оказывается непростым. Я трачу много времени на то, чтобы найти хотя бы часть. Чулки находятся под кроватью. Одна и другая туфля лежат в разных концах комнаты. Я обвожу взглядом пространствo, начиная паниковать, но трусики так и не нахожу. Черт! Придется идти так. Быстро натянув на себя лифчик и платье, осторожно приоткрываю дверь, прислушиваясь к звукам. Вдалеке квартиры слышится шум воды. Мой незнакомец сейчас в душе! Это мой шанс.

   Неся в руках лодочки и сумку, на носочках крадусь к входной двери. В коридоре я немного теряюсь из-за огромного размера квартиры, но мной движет страх, помогая отыскать нужный поворот. Быстро беру с вешалки свой плащ и вылетаю из квартиры.

   Несколько раз жму на кнопку вызова. Сердце колотится, как бешенное. В висках пульсирует кровь. Я жутко нервничаю. Ожидание сводит меня с ума.

   Наконец, двери лифта открывают мой путь к спасению. Мне необходимо, как можно скорее выбраться отсюда. Дрожащими пальцами вызываю такси. Слава богу, одно находилось поблизости. На экране телефона высветилось, что таксист подъедет через несколько минут. От облегчения я облокачиваюсь на зеркальную поверхность и шумно выдыхаю.

   Пулей вылетаю из чертого подъезда, запнувшись о порог, и чуть ли не лечу носом на мокрый асфальт