Послевкусие наших ошибок (СИ) - Хельга Франц

мужчина. Он всегда подчёркивал, что я для него единственная, самая нежная, самая любимая и незаменимая.

Сейчас это кажется издевательством и насмешкой.

Незаменимых людей не бывает. Ведь так говорят? И я не исключение.

И что теперь? Будешь рыдать и жалеть себя? Как малолетка, сопли накручивать на кулак?

Не в том ты возрасте, Настёна, чтобы позволять себе такое!

У тебя за спиной трое детей. И никакой мужчина не заслуживает того, чтобы предать их и себя.

Будет тяжело, бесспорно. Сложно снова поверить в себя, когда столько лет полагался во всём на мужчину.

Но ты же боец, Настя! О твоём таланте шептались за спиной. Тебе прочили великое будущее. Ещё ничего не потеряно.

И не важно, что те же языки завистливо делали ставки на то, через сколько недель или месяцев тебя бросит молодой банкир. И чёрт с ними, что они в конечном счёте оказались правы. Ошиблись со сроками. Но…

Всё же сглазили…

Это уже неважно. Сейчас надо достать себя из руин, в которые так резко превратилась твоя жизнь. И подумать о детях. Для них это будет потрясением.

Грудь распирает от молока. Достаю из кармана свой телефон. Пятнадцать пропущенных от «Любимого» и два от «Мамули». А ещё время подходит ко второму дневному сну Ярика, а значит ещё одному кормлению.

И я, наконец, расставив для себя приоритеты вызываю через приложение такси и возвращаюсь с полной уверенностью и желанием пережить всё плохое и идти дальше… без мужа.

Достаю из внутреннего кармана наушники, вставляя в уши. Подключаю по блютузу к телефону. Нахожу в своём плей-листе трек, так созвучный с моим настроением. Закрываю глаза и просто позволяю словам песни проникнуть до самой своей сути… до самых тонких и нежных струн в груди…

«…Пусть врут, что крепчаем от новых предательств,

Подбитый изменой не ждет доказательств.

Кто крыльев лишился — боится влюбляться,

Но должен над страхом потери подняться.

Подняться…

Нас бьют, мы — летаем от боли все выше,

Крыло расправляя над собственной крышей.

Нас бьют, мы — летаем, смеемся и плачем,

Внизу оставляя свои неудачи…»*

______________

*(Муз.) Наргиз — «Нас бьют, мы летаем».

Глава 4

Вхожу в дом, сразу попадая в вихрь детской радости, впечатлений и вопросов.

— Мам, привет! — Пролетает истребителем с расправленными руками Кирюха.

— Мамуля! А ты где была? — Любопытствует Ника.

— Я уезжала по делам. У вас всё хорошо?

— А мы сегодня в парк не поехали. Тебя ждали. Во дворе в снежки поиграли только. — Выговаривает наш старшенький.

— Кир, сегодня не получится с парком. В другой раз, ладно?

— Жаль. Но ладно.

Дима с хохочущим Яриком на шее пытливо рассматривает меня со стороны гостиной, пока я снимаю зимние ботинки и куртку.

И я в эту секунду отчётливо осознаю, что реализовать то, на что я решилась на набережной, будет сложно. Одно дело наедине с собой принять решение, и совсем другое — высказать это прямо в лицо Димке.

А ещё объяснить детям…

А он совсем не похож, на желающего собрать вещи и отправиться на все четыре стороны мужчину.

Подхожу к мужу и забираю тянущего ко мне ручки малыша.

— Мам, поиграем в мемори? — Канючит Ника.

Приобнимаю свою красавицу свободной рукой, целую в макушку.

— Прости, моя зайка, надо сначала Ярика укачать. Поиграй пока с папой и Киром.

— Я с тобой хочу!

— Давай я уложу малыша и вернусь к тебе. Договорились?

— Ты быстленько?

— Я постараюсь быстро-быстро.

Иду с младшим в спальню. Укладываю на нашу кровать, прикладывая к груди.

Прижимаю к себе тельце малыша, вдыхая родной молочный аромат своего ребёнка. Глубоко дышу, успокаиваясь от знакомого и привычного запаха.

И снова в родных стенах на меня сваливается весь трагизм ситуации…

Как малыши переживут наше расставание? Ничего хорошего в ближайшем будущем нас не ждёт.

И я уже ненавижу мужа за всё, что он с нами сделал.

На глаза наворачиваются слёзы, которых, мне казалось, уже не осталось.

Зарываюсь в копну кудряшек малыша и жадно дышу своим «успокоительным».

Как только Ярик засыпает и перестаёт сосать грудь, перекладываю его в кроватку. На автомате включаю видеоняню, забираю с собой и спешу к дочке.

Она играет со своим любимым котиком Басиком, переодевая его в разные одёжки и изображая маму.

Дима с Кириллом собирают новую модель джипа из конструктора Лего.

Идиллия. Обычный семейный вечер.

Лишь между нами с мужем ледяная стена отчуждения и боли.

И дети периодически на нас посматривают с непонимающим выражением лица. Никогда ещё между их мамой и папой не было такого прохладного общения.

Атмосфера такая ледяная, что впору бежать на Северный полюс… там потеплее будет.

Мне хочется их прижать к себе и успокоить, но лишь достаю с полки мемори и зову Нику на мягкий коврик у ёлки.

Пока играем с дочкой, мою спину прожигает напряжённый взгляд мужа. Мы не обменялись с моего возвращения ни единым словом. Он так и не спросил, где была я. Я так и не поинтересовалась, зачем звонил он.

Всё, как всегда. И в то же время уже совсем по-другому…

— Папа по тебе скучал. — Сдаёт с головой мужа дочь. — Всё смотлел в окно и звонил-звонил. А ты не отвечала.

Замираю. Мне кажется моя спина сейчас вспыхнет, так между нами накаляется воздух от напряжения.

Резкий переход из холода в жар заставляют мой мозг соображать быстро и отыскать правдоподобное объяснение для дочери.

— Я была занята.

— Чем?

— Ммм… Мне нужно было решить один вопрос. Не могла отвлечься на звонок. Твоя очередь. Какие карточки будешь переворачивать?

Стараюсь отвлечь свою любопытную красавицу, и радуюсь, когда это легко получается.

— О! Албуз.

— У нас уже попадался арбуз. Помнишь где он был?

— Вот!

— Умничка!

Дима за вечер делает несколько попыток поговорить, но я, как страус, пряча голову в песок, сразу же обращаюсь к детям, переключая внимание на них. И как только укладываю их спать, сбегаю в спальню.

Не могу. Не готова.

А может я просто трусиха? Пусть. Побуду ею ещё немного, давая себе время собраться с силами.

Ночью муж приходит в нашу комнату, но я снова претворяюсь, что уже сплю.

Он ложится рядом. Поверх одеяла. Обеспечивая мне ещё одну бессонную ночь.

Следующий день также проходит в играх и общении преимущественно с детьми, за исключением моментов, когда я скрываюсь на кухне, чтобы приготовить всем поесть.

На прогулку отправляю их одних с отцом во двор лепить снеговика. А сама исподтишка наблюдаю через окно, пытаясь обмануть