Порочное влечение - Глория Макова

ними по стране за какой-то панк группой. У мамы тогда глаза на лоб полезли, причитая, что Станислава вся в отца, что она мамин крест и расплата за грехи прошлого. А я впервые посмотрела на поступки сестры не как на шалости, а как на крик о помощи. Мама всегда была занята собой и удачным устройством личной жизни, карьерой, подружками, но не нами… Самое интересное, сколько бы женщина ни сыпала угрозами в адрес сестры, та ни в какую не хотела возвращаться и поступать в институт.

До сих пор помню, как мне стало одиноко без нее, как в душе образовалось постоянное беспокойство и сжирающая пустота. Не рассчитывая особо на успех, просто попросила ее вернуться, сказала, как сильно люблю ее, и как она мне нужна. Стася тут же послушала меня, будто бы только и ждала этих слов, но, думаю, от мамы. Про мои чувства она и так знала… На этом сестра не остановилась: поступила туда, куда не хотела; делала то, что выводит маму — короче, замкнутый круг…

Что же я? Старалась не отсвечивать, привыкнув, что сестра — центр внимания, объект всеобщего раздражения. Пошла на юрфак, чтобы хоть этим мама могла хвастаться перед своими элитными подружками. Я всё старалась делать, как она советовала, но апогеем стало ее желание удачно выдать меня замуж. Рассудив, что Стаська — порченый товар, мама взялась за меня. В этот момент я даже позавидовала сестре. Да если бы Станислава узнала о маминых планах на мой счёт, был бы грандиозный скандал, всё же в обиду мы друг друга никогда не даем.

Я долго боролась и брыкалась, отклоняя мамины кандидатуры на роль жениха, из-за чего выслушивала, что пора жить отдельно, самостоятельно и маме помогать, а не сидеть на ее шее. Тогда-то и познакомилась с Никитой. Действительно случайно, а когда выяснилось, что он из обеспеченной семьи… Мама вцепилась в него, и с этого момента не мы со Станиславой, а он стал ее любимым ребенком… Меня не спросили ни о чем, просто собрали мои вещи и счастливо выселили к Никите.

Нет. Не думайте, что я ничего не испытывала к молодому человеку, он влюблен в меня, нежно и трепетно относится, опять же первый и единственный мой мужчина… Просто его родители абсолютно настроены против меня, домой я вернуться не могу, сестра ломает свою жизнь — она тоже очень занята и… осталась я одна, что ли.

Устав от бессмысленных попыток, поняла, что такси почти доставило меня к месту назначения, и написала гневное сообщение:

“Стаська, ты либо отвечаешь, либо я вызываю пожарных и МЧС!”

Каково же было мое удивление, когда ответ пришел моментально:

“Сонь, всё в порядке. Я после клуба перепила, башка болит, наберу позже”.

Это ни в какие ворота! Только собралась набрать ей, как прилетело ещё одно сообщение:

“Люблю тебя, увидимся вечером!”

Последнее, конечно, смягчило мой гнев, но я железно решила сегодня поговорить с сестрой и какой-то изменить ее жизнь. Хватит. Нагулялась. Характер у нее непростой, поэтому нужно сделать всё аккуратно.

Этот ужин. Будь он неладен. Я бы не пошла. Но, во-первых, сегодня обещала прийти сестра, а во-вторых, единственная моя всегда работающая отговорка улетела в командировку и вернётся только сегодня ночью. Маме об этом известно, так что шансов у меня не было. Они же с Никитой отдельно от меня созваниваются…

Рассчиталась с водителем и уже начала покидать салон, когда телефон мой ожил:

— Да, мам, — захлопывая дверь, проговорила бодро.

— Софи, солнышко, как ты там? — как-то манерно, словно играя на публику, пропела мама.

— Нормально. Приехала на стажировку, я тебе рассказывала, — поднимаясь по лестнице, отчитывалась родительнице.

— Да-да, — хохотнула мама. — “Строй — Инвест” — это не то место, куда берут всех подряд. Тебе очень повезло, — как-то загадочно проговорила она. — Ты видела уже новости?

— Нет, мне немного не до этого, — шепотом отозвалась, уже войдя в просторный холл самой крупной строительной компании в нашем городе. — Потом расскажешь, вечером, кто там женился или развелся. Всё, целую. До вечера.

Не дождавшись маминого ответа, быстро сбросила и, отключив звук на телефоне, убрала его в сумку.

— Доброе утро, — подойдя к стойке, за которой сидели две девушки с внешностью моделей, робко обратилась к одной из них. — Я по поводу стажировки в юридический отдел.

— Доброе, ваши имя и фамилия? — скучающе уточнила девушка, что была ближе ко мне, не отрываясь от монитора.

— Соловьёва София Викторовна, — с готовностью произнесла. Удивительно, что, лишь услышав мою фамилию, дамы синхронно повернулись ко мне и цепко осмотрели с ног до головы. Потеряв интерес к мониторам.

— София Викторовна? — переспросила девушка, а рот ее расплылся в такой широкой улыбке, что я заволновалась за неё. Просто кивнула в ответ. — Проходите, пожалуйста. Вас ожидают. Пятый этаж, кабинет генерального директора. Там одна дверь на этаже, не ошибетесь.

— Генерального? — обалдела я, а внутри началась паника. — Мне в юридический отдел.

— Успеете, — как-то странно ответила девушка. — Ярослав Дмитриевич и Евгений Анатольевич ожидают Вас лично.

Мне захотелось бежать. Как можно дальше. Это меня что же, обычную студентку-практикантку будут собеседовать генеральный директор и владелец компании? Да, ладно, генеральный директор. Но вот Жаров Ярослав Дмитриевич… Если честно, узнав, куда меня пригласили на стажировку, первой мыслью было — отказаться. И именно из-за этого мужчины. Но понимая, что такой шанс выпадает раз в жизни, пришлось согласиться. Хотя ещё в институте, меня поразило, что “Строй — Инвест” впервые брали студентов к себе, и такой джекпот мне… Неужели, Ярослав Дмитриевич, так расщедрился для бывшей соседской дочки, которую видел-то от силы пару раз? А вот я его очень хорошо запомнила…

Всё детство и юность этот мужчина был для меня идеалом, кумиром. Стоило раз его увидеть, и девичье сердце сошло с ума. Я так стыдилась своих мыслей и чувств. Возможно, поэтому у меня не ладилось с парнями. Я постоянно их сравнивала, представляла, как бы поступил в той или иной ситуации Ярослав Дмитриевич. Лично мы знакомы не были, но в моих фантазиях он всегда поступал, как принц из сказок…

Я давно не ребенок. И сейчас мне предстоит подняться на пятый этаж и не подсматривать за отцом несносного Кирилла, а говорить с ним, смотреть на него, быть почти на равных. Кровь прилила к щекам. Ладошки вмиг вспотели.

Рассеянно кивнув, отправилась к лифту. Девушка за стойкой принялась кому-то звонить, видимо, предупреждать о моем прибытии. Благо, в кабине я оказалась одна. Быстро взяв себя в руки, посмотрела