Одержимость Беса - Ксения Богда

памяти вспыхивает поездка с незнакомцем, и я закусываю губу, чтобы не заорать. Но не могу сдержать скулеж.

Прикусываю косточку пальца и начинаю оглядываться по сторонам. Кровать, тумбочка, шкаф, ковер. Комната явно нежилая. Слишком холодно и пусто.

– Боже, куда я вляпалась? – шепчу под нос, медленно направляясь к двери.

Прислоняю ухо к прохладной поверхности и слышу по ту сторону двери тишину. Дергаю ручку и горько усмехаюсь…закрыто. Меня запер псих в неизвестном месте, предварительно вырубив. Хорошее окончание двадцатилетия.

Едва эта мысль проникает в сознание, как меня накрывает истерика. Долблю в закрытую дверь.

– Эй! Кто-нибудь, откройте дверь! Выпустите меня!

Срываю голос в надежде, что меня услышат и выпустят из плена. Разбиваю руки в кровь. Только напрасно. Я по-прежнему остаюсь запертой.

Остатки сил покидают меня, и я сползаю на пол.

«Невеста», – медленно доходит очередное воспоминание. Во рту разливается привкус крови, а я даже не замечаю, как рву губу зубами.

– Бред какой-то, – нервный смешок растворяется в помещении.– Это, блин, какой-то бред. Шутка, да?

Из последних сил кричу в никуда. Обхватываю тело руками и устремляю взгляд в окно. Решеток нет, но высокий забор лишает надежды смотаться. Громкий щелчок замка заставляет встрепенуться и подскочить на ноги.

– Проснулась? – до меня доносится хриплый голос похитителя.

Непроизвольно сжимаюсь под его пристальным взглядом. Снова замечаю хищный блеск в глазах и замираю, словно кролик напротив удава. Один неверный шаг – и меня живьем проглотят. Даже не пережуют.

– Кто вы такой и что вам нужно? – голос садится от бесконечных криков и становится похож на голос больного.

Желтые глаза незнакомца берут в плен, не отпускают. Я пытаюсь отвести взгляд, но только и могу возвращаться обратно. Если бы через минуту спросили какие-то детали его внешности, я бы не смогла описать. Но вот глаза навсегда врежутся в память. На дне его взгляда плещется…одержимость. Они горят страшным огнем, заставляя внутренности дрожать и замирать от страха одновременно.

– Я же уже говорил. Ты моя невеста…

– Да что за чушь? – грубо перебиваю его и шарахаюсь, когда он делает шаг в мою сторону.

– Еще раз перебьешь меня, – угрожающе шипит он, – рот заткну. И поверь на слово…понравится только мне.

Он делает еще шаг навстречу мне, и я вжимаюсь в стену. Пока не могу понять, что хочет от меня этот человек, но его габариты отбивают желание с ним спорить.

Внешне он спокоен, собран, но голос пропитан злобой.

Вздрагиваю, когда он останавливается в миллиметре от меня. Взгляд упирается в мощную широченную грудь, которая сейчас медленно вздымается под черной футболкой. Медленно обвожу глазами его тело. Огромный, мощный, устрашающий. Именно такими и должны быть настоящие самцы. Закусываю губу от этой мысли. С удивлением замечаю, что внизу живота разливается жар.

– Давай еще раз. Через несколько дней ты станешь моей женой. Если ты не поняла, кто я такой…Хрен с ним, я представлюсь. Мое имя Гордей, но для тебя я буду личным Бесом. Теперь ты меня услышала, кукла? – объясняет как ребенку, чем неимоверно злит.

– Если мой отец узнает, что ты сотворил, он тебя с асфальтом сравняет, – поднимаюсь на носочки, но даже после этого я ниже ростом.

Гордей стискивает до боли мой подбородок и тянет меня вверх. Приложи он немного силы – и оторвет мне голову. Из глаз брызжут слезы, и я начинаю рвано дышать. Наши вдохи смешиваются, и это осознание шокирует меня. Вцепляюсь в его руку и пытаюсь разжать пальцы, но тщетно! Стальная хватка причиняет боль.

– Твой отец вкурсе, где ты, с кем ты, и он совершенно не против, – Гордей хищно скалится и ослабляет хватку, оттолкнув меня.

– Я тебе не верю, – голос предательски дрожит, сглатываю вязкую слюну, пытаюсь справиться с надвигающимся бедствием.

Не верю! Не хочу верить! Пока не услышу, как мне отец сам об этом говорит.

– Я не выйду за тебя!

В сердцах выкрикиваю в спину мужчине. Он замирает с рукой, занесенной над дверной ручкой. Слегка поворачивает голову, и я вижу только очертания профиля. За разговором даже не заметила, как стало темно…не разобрать ничего.

– У тебя нет выбора, кукла. Или ты выйдешь за меня, или твоя семья сдохнет в бедности. Выбор за тобой, Саша.

Гордей

С трудом сдерживаюсь, чтобы не задушить эту девку. Ненавижу! Вылетаю из спальни с диким желанием разгромить весь дом. Бесит до жути! Злит одни своим видом.

И вид её невинный…овечка нашлась. Рычу от злости. И угораздило ж так встрять.

Я и думать не могу, что можно так ненавидеть и хотеть одну бабу. Как наваждение какое-то…морок.

Трясу головой, чтобы окончательно выбить из головы образ этой недотроги. Невеста, мать его!

Слышу, как в кармане разрывается телефон.

– Да, – не утруждаю себя даже посмотреть, кто меня беспокоит.

Просто пытаюсь не слететь с катушек. Потому что на грани! Все мысли о том, в каких позах я буду драть эту козу. Как жестко я буду наказывать её за грехи отца.

– Привет, Гордей, – и этот голос посылает все мои попытки взять себя в руки к чертям.

– Чем могу?

Была б моя воля, вообще не отвечал бы на звонки этого человека. Но Иванов прочухает, что что-то не так, а для меня это лишняя головная боль. Он не должен понимать до последнего, кто я такой и чем ему грозит родство со мной.

– Как там Сашка?

Взгляд цепляется за стоящую на комоде безделушку. Хватаю ее и запускаю в стену. Напряженные до предела мышцы немного расслабляются. Но в доме не хватит всей мелочевки, чтобы сейчас успокоить моих демонов. Делаю глубокий вдох перед ответом.

Главное, спокойствие. И на моей улице будет праздник…скоро.

– Нормально. Дом смотрит. Немного в шоке, но это пройдет, – слышу, как Иванов собирается что-то еще спросить, но не даю ему сказать слово:– Извини, мне идти надо. Дела, сам понимаешь.

– Да-да, конечно. Увидимся на свадьбе? – заискивающий голос тестя бьет наотмашь, морщусь и толкаю дверь в спальню так, что та с грохотом ударяется о стену.

– Как и договаривались. Надеюсь, вы с Кларой Савельевной не против, что я у вас украл вашу ненаглядную дочь? Сам понимаешь, нам нужно поближе познакомиться, ‑ мой голос звучит ровно, хоть внутри взрывается вулкан.

Ненависть сжирает все внутренности и не дает нормально дышать.

– Я все понимаю, Гордей, и совершенно не против, ‑ успевает проговорить Иванов.

Завершаю разговор и швыряю телефон на кровать.

Запускаю пальцы в волосы, закрываю глаза, и перед ними снова стоит это кукольное лицо с большими глазами. Подавляю рык и падаю