Моя чужая жизнь - Кира Фарди

чернота, которая заканчивалась красным пятном и облаками. Лика напрягла мозг, но кроме головной боли из его недр ничего не появилось. Она вздохнула: надо исследовать реальность. Может, что-нибудь и поймет.

С опаской она подошла к зеркалу, стоявшему на ножках у стены: надо же разобраться, почему ее никто не гонит из этого дома. Взглянула и испуганно отпрянула. Резко повернулась: в комнате она была одна. Что за черт? Лика на цыпочках снова приблизилась к зеркалу. На нее смотрело чужое лицо. Красивое, ухоженное, чувствовалось, что эта женщина много времени проводила в дорогих салонах, но чужое.

Лика вгляделась в тонкие черты неизвестного отражения. Синие глаза с темным ободком вокруг радужки были красивы даже без макияжа. Прямой изящный нос, пухлые розовые губы с приподнятыми уголками, отчего казалось, что женщина улыбается, невероятно гладкая кожа – все это великолепие в упор смотрело сейчас на Лику.

Красивое лицо дополняла идеальная фигура. Лика, оглянувшись, (вдруг кто увидит!) сбросила рубашку. Шелковая ткань мягкими складками легла вокруг длинных ног, таких гладких и стройных, что Лика чуть не захлебнулась от зависти. Куда ей до этой красавицы! Нет, маленькая Лика тоже была хорошенькой. Просто то, что она сейчас видела в зеркале, находилось на грани реальности.

«Такими ногами только по подиуму вышагивать», – подумала девушка.

Она резко наклонилась, чтобы поднять рубашку, и почувствовала, как бешено колотится сердце. Ей стало плохо. Она, как рыба, вытащенная из воды, хватала раскрытым ртом воздух и не могла вдохнуть полной грудью. В панике Лика двумя руками оперлась на зеркало – оно неожиданно поехало по паркету. Потеряв равновесие, девушка с грохотом упала навзничь, больно ударившись локтем. Глупейшая ситуация! Голая незнакомка валяется на полу чужой спальни.

Полежав секунду и восстановив дыхание, Лика приподнялась на четвереньки. Она испуганно прислушалась: ей показалось, что вдали раздается топот ног. Девушка лихорадочно стала натягивать рубашку, и запуталась в тонких бретельках. Она перевернула шелковую ткань и уже подняла руки, чтобы проскользнуть головой в ворот декольте, как что-то странное привлекло ее внимание. Лика пригляделась: по центру грудины, между двух идеальных полушарий, от горла до самого живота тянулся длинный тонкий шрам, похожий на белую нить.

Лика так и замерла с поднятыми руками. Она с ужасом смотрела на эту нить, потом встала и приблизилась к зеркалу. Что это? Шов от операции? Какой? Она передернула плечами, представив, как скальпель кромсает это прекрасное тело.

– Вероника Сергеевна, как же так? – в комнату забежала Фрекен Бок.

Лика смущенно обернулась. Видимо, домработница услышала грохот. «Угораздило же меня свалиться!» – с досадой плюнула про себя она.

В голосе Марии Владимировны уже не было назидательных интонаций. Искреннее беспокойство, написанное на лице, сделало его расстроенным.

– Ничего страшного, – тяжело и часто дыша, произнесла Лика: она по-прежнему чувствовала стеснение в груди. – Я просто… запуталась в лямках и… оступилась.

Сказанное далось с трудом. Вдох – слово, вдох – слово. Лика чувствовала, как почти теряет сознание от нехватки кислорода.

– Говорила я Кириллу Андреевичу, убрать это зеркало надо в подвал, а он все отвечает: «Раз Вике нравится, пусть стоит», – ворчала женщина, помогая Лике добраться до постели. – Вы опять забыли принять лекарство? – домработница открыла ящик прикроватной тумбочки, достала пакетик, высыпала на тарелочку, стоявшую тут же, несколько пилюль и протянула Лике стакан воды. – Сказал же вам доктор, что сразу, как проснетесь, надо проглотить капсулы, а вы всегда забываете.

Лика осторожно взяла из рук Марии Владимировны стакан и сунула таблетки в рот. «Это не мое тело, – уговаривала она себя, – пока приму лекарство, а потом посмотрю, что дальше делать».

– Вот расскажу все Кириллу Андреевичу, будете знать, – ворчала домработница, открывая гардеробную комнату и подбирая Лике одежду. Ее голос звучал глухо, и Лика почти не различала слова. – Ваш муж души в вас не чает, пылинки сдувает, а вы…

Девушка закрыла глаза. Сердце постепенно успокаивалось, дышать тоже стало легче. Лика наконец смогла полностью расправить грудь и только сейчас поняла, какое это счастье: просто наслаждаться ровным и легким дыханием. Здоровому человеку проблемы больных кажутся надуманным. Нужно оказаться в немощном теле, чтобы понять истинные чувства.

А еще очень смущала ситуация, а которую она попала. Лика, конечно, читала книги, где героиня оказывается в чужом теле, но это было все из области фантастики, в которую неглупая девушка абсолютно не верила. «Всему есть разумное объяснение», – решила Лика и попыталась сесть в кровати. Это она легко сделала.

– Ой, вам уже лучше? – всполошилась Фрекен Бок. Она подбежала к ней, намереваясь помочь встать, но девушка отодвинула ее руку.

– Вы хотели стол для завтрака накрывать, – напомнила она домработнице. – Мне нравится на веранде.

Та взмахнула руками и побежала из спальни хозяев. Лика наконец осталась одна. Она посмотрела наряды, которые разложила на кровати Фрекен Бок, и выбрала бледно-лиловое легкое платье. Оно было без рукавов, но с красивым отложным воротником, лежавшим на плечах, и кружевным пояском, который Лика обнаружила в кармашке широкой юбки, скрытом в шве. Она надела кружевной бюстгальтер, платье и подошла к зеркалу.

Выглядела девушка просто прелестно. На туалетном столике лежали разные гребни, расчески и массажные щетки. Лика взяла одну. Поднесла ее к глазам и удивленно свела брови: щетка была с натуральной щетиной. Девушка провела ею по роскошным светлым волосам, потом собрала их в хвост, не зная, как предпочитала носить хозяйка тела.

Легко касаясь пальцами, она пробежалась по красивым баночкам и бутылочкам. В красивой подставке в виде царицы Нефертити, державшей в руках пустой сосуд, стояли туши для ресниц и косметические карандаши разных цветов. здесь же лика заметила ручку с пушистым белым перышком на конце.

Идея возникла мгновенно. Лика поискала глазами листочки бумаги, но в пределах видимости их не обнаружила, а лазить по выдвижным шкафчикам и полочкам было неприлично. она сбегала в ванную, оторвала клочок от туалетной бумаги и крупно написала: «Я Лика! И я в чужом теле». Она сложила клочок и сунула в карман платья.

– Так, а где у них можно умыться? – огляделась она.

Соседняя с гардеробной дверь вела прямо в роскошную ванную комнату, отделанную кафелем персикового цвета с нежнейшим рисунком на пару тонов темнее. Потрясенная Лика остановилась у входа, не решаясь сделать шаг. Спасли ситуацию дети.

– Мама, Настя кусается! –