Оверсайз. Приятки с моллионером (СИ) - Максимовская Инга

- Я ничего не брала у него, ну вот честно. Ба, ну ты же знаешь меня. Просто адрес перепутала, а он руки распускать начал. Ну я его перцовкой. Но за это же не убивают?

- Детка, порой и за меньший косяк можно башки лишиться,- хмыкнула Ба, тряхнув седыми кудряшками, как соседский пуделек. - Вали давай, скоро гомодрилы очнутся, им доза в твоем дротике, что легкий солнечный удар. На вот...

В руках божьего одуванчика появилась связка ключей.

- Адрес на брелоке, «смотры нэ пэрэпутай» - голосом Лелика хмыкнула чокнутая старушка. Подготовилась, блин.- Облезлый твой там, кстати. Ты ж не думала, что я этого уродца блохастого в свой будуар пущу.

- Ты и меня не хотела впускать? – задохнулась я от догадки.

- Самокат возьми в гараже. Вернешь потом. Сломаешь – убью. Он скоростной у меня. Фиг бы я тебе его дала в обычной ситуации. Но тут и мне могут в лоб закатать, так что перо в зад и дорога в кочках,- игнорируя мой вопрос, пожелала «любящая» бабуля и бодро зашагала к подъезду, не оглядываясь.

Я перескочила через,  лежащего в уличной пыли, олигарха и засеменила к сараю, который Ба гордо называет гаражом. Несчастный Арнольдыч, кажется, сейчас был похож на счастливого дворового пса. Пускал слюни и улыбался своим богатейским наркоснам. Везунчик, ничего его сейчас не колышет. Не то что меня. В одном ба права – надо рвать когти  и как можно скорее. Я теперь вне закона. В бегах. Черт, аж прямо гордость берет. Моя идиотская жизнь стала еще более никчемной. Умею, так сказать, практикую.

- Эй, стой зараза,- услышала я, уже выводя блестящий новенький самокат со  двора. Права была бабуля, дружки у Арнольдыча ну чисто хунвейбины. Бессмертные воины тьмы. Надо зарядить пару дротиков чем то покрепче.

 Я не стала ждать, когда похожие на гризли мужики, все еще шатающиеся от собачьего транквилизатора, приблизятся ко мне на расстояние броска. Со всей силы оттолкнулась ногой от земли, вцепилась в ручки бабулиной гордости и...

Никогда, слышите, никогда больше. Я неслась с выпученными глазами и клокочущим в горле воплем явно торопясь на встречу с апостолом Петром. Почему – то по оживленной дороге, слушая бодрый мат и проклятия в мой адрес. Адское транспортное средство,  летело со скоростью среднестатистического болида и никак не хотело тормозить. Как же это Ба не объяснила мне, как управлять этим бесовым механизмом? Я вцепилась в ручки намертво, не обращая внимания на сумасшедший писк борткомпьютера. А ведь всего один раз оттолкнулась от земли ногой. Только Ба могла купить себе оружие массового поражения с невинным названием самокат. Бедный Кошмарус, он сдохнет с голоду, если меня размажет по асфальту. А это случится и очень скоро, если не произойдет какого нибудь чуда. Интересно, что бы сказала на это Вангелия Светлая, мать ее за ногу?  

Никогда не жди чудес, если не уверен в том, что действительно хочешь пережить катарсис. И потом, чудеса ведь разные бывают. Мое – пришло в виде мотоцикла – огромного, хромированного, который оседлало существо, наряженное в черный балахон и шлем с рогами на голове. А чему я удивляюсь? Это же мое чудо, у меня только такое и могло приключиться. Я и не сразу заметила, перегородивший мне путь байк, потому что уже не смотрела по сторонам, просто закрыла глаза понимая, что выжить в схватке с самокатом мне не светит.

Удар был такой силы, что меня из кроссовок выбило. Я почувствовала, что лечу, кувыркаясь в воздухе, как цирковое шимпанзе, размахивая босыми ступнями. Успела попрощаться с жизнью, порадоваться, что смерть будет быстрой и может даже безболезненной, если я сразу шею сверну. В противном случае она будет мучительной, ибо Ба обещала убить меня за сломанный самокат, а это пострашнее пыток средневековой инквизиции.

- Эй, ты как, живая? – тихий голос надо мной прозвучал, как ружейный залп. Странно, но боли не было, только легко саднил мной многострадальный зад. Я открыла глаза.

Глава 4

Этот голос я уже слышала, вот только где – совершенно вылетело из головы. Я уставилась на рогатого ангела смерти в развевающемся плаще, пытаясь вспомнить где ж я так нагрешила, что меня сразу транзитом решили низвергнуть в пекло, минуя чистилище.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Чего? Плохо, да? Может скорую. Эй, у тебя глаза по жизни выпученные или это от травмы они так из орбит вылезли? – приятный голосок ангела смерти привел меня в сознание. Я моргнула и сфокусировала наконец взгляд на конопатой физиономии обрамленной, похожим на таз, шлемом из которого торчали вполне себе крупные рога. Интересно, жнецы все такие хитромордые и симпатичные? Или просто мне так «повезло».

- Ты кто? – прохрипела я, завозилась на асфальте, как перевернувшийся на спину жук.

- Ваня в пальто, — хмыкнула незнакомка очешуенно знакомым голосом и дернула меня за руку так, что в плече хрустнуло.- Вставай, давай. Только полиции нам не хватало. Люди вон собираться начинают.  

- Ты парень что ли? – спросила я тупо.- Ваня вроде мужское имя.

- Господи. Тебе что, вторичные половые признаки показать? Слушай, я рада, что ты жива и даже физически, вроде, здорова. Бак то у тебя, похоже, врожденно свистит, судя по тому, как ты решила самоубиться. Так что, давай. Адьес мучачос. Некогда мне тут с тобой трепаться.

- Эй, а самокат? – мне совсем не хотелось одной оставаться.

- Гаплык твоему самокату,- хмыкнула нахалка и меня осенило, где я слышала этот наглый, писклявый, противный голос. Глянула на то, что осталось от бабулиной собственности. Всхлипнула, представив, как Ба сделает из меня такую же загогулину, как та, что валяется чуть поодаль.

- Вангелия Светлая? – моему рыку бы мог позавидовать среднестатистический горный лев. Все мои беды из – за этой паразитки. Нет. Ну не все, конечно, каждый сам кузнец своего счастья. Но эта шарлатанка приложила свою чертову магическую лапку к моим злоключениям. Надо же, сказала, что меня счастье за углом ждет, а я и уши развесила.

- Ух ты, народ знает своих героев,- хмыкнула чертова ведьма,- фото или автограф? И то и другое могу. Слушай, давай только это. Позже,- вдруг сдавленно прохрипела чертова Светлая, уставившись мне за спину. Я обернулась и едва не застонала от ужаса.

- Мне пора,- вякнула я, очень жалея сейчас, что кроссовки так и не удосужилась обуть. Босиком то не набегаешься. А судя по зверским мордам нукеров Арнольдыча, несущихся в нашу сторону,  спринт мне предстоит с препятствиями.  

- А, так это за тобой,- облегченно выдохнула рогатая прорицательница и как мне показалось, повеселела.- Прыгай, потом расскажешь, почему эти милые, добродушные ребята так желают угостить тебя петушком на палочке, что не жалеют дорогущих говнодавов и копыт, спрятанных под кожей невинно убиенных животных.

Уговаривать меня не пришлось. Я заскочила в седло мотоцикла, вцепилась в талию Вангелии, чтоб ее черти драли, и заорала «Валим»

- Эй, стой, чертова идиотка,- услышала я голос, от которого у меня по всему телу толпой пронеслись мурашки.- Просто скажи, куда дела...

 Мотоцикл взревел мотором, как хор адских демонов. Крик мажора потонул в этом звуке, и я не дослушала что там предложил этот маньяк. Опять какие-нибудь враки.

Самокат – детская забава в сравнении с тем, что я пережила, согласившись сесть в седло мотоцикла этой конопатой бестии. Я уже даже не орала, не могла. Остатки воздуха вырывались из легких рваными хрипами. Что я делала? Молилась. Всем богам, не зная ни одной молитвы. Пальцы давно я уже не чувствовала. Их так и парализовало где – то в районе талии призрачной гонщицы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

« А ведь могла сдохнуть красиво. От рук красавца с голосом ангела. Может даже в его объятиях. И имя у него красивое - Герман» - мелькнула предательская мыслишка.  

- Эй, имя Герман, что означает? – заорала я, пытаясь перекричать звук реактивной метлы,  ведьмы Вангелии, который вдруг резко смолк. Байк встал на месте, как вкопанный. Я огляделась по сторонам, и не узнала пейзаж. Точнее, в таких районах нашего прекрасного города мне бывать не доводилось никогда. Не считайте меня, только, зазнайкой и снобкой. Просто так вышло. Папа мой был очень известным скульптором, мама никогда не работала. А Ба. Ну это отдельная история.