Тайная любовь одинокой женщины (СИ) - Ваниль Мила

– Кинк?

– Учи матчасть, двоечник. Извращение для удовольствия, если прими­тивно.

– М-м… А это?

– Это флоггер. А это плеть.

– А можно…

– Вообще, нет. И никогда не проси об этом. Но в порядке исключения… и всего лишь раз…

Ян рассматривал плеть, как ребенок – новую игрушку. Однако держал ее при этом двумя пальцами, как ядовитую змею. Эйра едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Кто бы мог подумать, что новички такие забавные! Или все же дело в том, что этот новичок – Ян?

– Чем ты ее обрабатываешь?

– Антисептиком.

– Потому что я трогал?

– Я всегда обрабатываю перед сессией, так безопаснее.

Звонок в дверь прервал занимательную беседу.

– Все, Шико. Сиди тихо. Дан будет делать вид, что тебя здесь нет. Не здоровайся с ним, не пытайся заговорить. Считай, что это последнее испыта­ние перед поркой. Выдержишь… и увидишь небо в алмазах.

Эйре нравилось работать с Даном. Не только мазохист, но и саб – мяг­кий, услужливый, вежливый, – он идеально вел себя во время сессии, достав­ляя удовольствие госпоже и покладистостью, и чувственностью.

Единственное, что чуть не омрачило их сотрудничество – влюбленность Дана. После первой же сессии он признался в чувствах, чем чуть все не испор­тил. Откровенно говоря, Эйра была решительно настроена прекратить отно­шения, но Дан сумел вовремя понять ошибку и убедил Эйру в том, что подоб­ное никогда не повториться.

Она не задумывалась, продолжает ли Дан любить ее, потому что не ве­рила в любовь. Он вел себя вполне адекватно, они прекрасно взаимодейство­вали во время сессии, а к щекотливой теме больше не возвращались.

– Привет, малыш. Как дела? Как самочувствие?

И кого волнует, что Дан немного старше? Эйра здесь главная. Дан нико­гда не переходил черту, даже отвечая на простые житейские вопросы.

– Добрый день, моя госпожа. Все хорошо.

– Отлично. Раздеться можешь в соседней комнате. Не спеши.

Дан уложился в считанные минуты. Эйра и сама испытывала нетерпе­ние, поэтому погладила Дана по волосам, когда он, полностью обнаженный, опустился перед ней на колени.

– Прекрасно, малыш, – похвалила она.

К слову, Дан лишь краем глаза зацепил Яна, притихшего в своем углу. Вышколенный саб знает, что все внимание – исключительно госпоже. Ян же глазел на Дана так, словно хотел его сожрать. Эйра вдруг поняла, что хочет разгадать причину такого интереса. Ему понравился Дан? Или он ревнует к нему Эйру?

Она велела Дану встать и провела ногтями по его груди, задевая соски. Он шумно выдохнул, дурея от этой изощренной ласки.

– Мой сладкий малыш, – проворковала Эйра. – Я соскучилась.

Все в рамках их игры, но не для Яна. Он дернулся и впился взглядом в Эйру. Она едва заметно качнула головой. Мол, нет, не смей ничего говорить, не смей ни о чем спрашивать. Ян остался на месте и крепко сжал челюсти.

– Я тоже соскучился, госпожа, – выдохнул Дан.

– Тогда начнем.

Эйра подвела его к станку для порки. Дан любил не только боль, но и унижения, поэтому она не щадила его чувства. Поднятый кверху зад и разве­денные в сторону ноги делали его трогательно-беззащитным и, одновременно, уязвимым.

Следующий шаг – анальная пробка с вибратором. Эйра избегала секса, поэтому предпочитала удовлетворять потребности партнера с помощью игру­шек.

Ян, наблюдая за происходящим, превратился в каменное изваяние. На всякий случай Эйра погрозила ему пальцем.

Теперь все внимание – Дану. Она взяла в руки флоггер.

Уже во время разогрева Эйра забыла о Яне. Дан, как обычно, чувственно реагировал на удары, и она чуть ли ни мурчала от удовольствия, продолжая порку. Количество плетей и счет они не оговаривали, Эйра ориентировалась по состоянию Дана. Он легко уходил в сабспейс, потому что умел правильно принимать боль.

Замах. Свист плети, разрезающей воздух. Удар. Пауза.

Снова и снова, в одном ритме.

Эйра разрешала кричать, но Дан предпочитал мужественно шипеть сквозь зубы. Поэтому с ним приходилось разговаривать.

– Дан?

– Да, госпожа.

Голос становился тише, гласные звучали дольше Эйра уверенно отпра­вила Дана в полет. Неудивительно, что он отключился. Все, как обычно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Переведя дыхание, Эйра присела, чтобы расстегнуть ремни. Впереди са­мое сложное – дотащить Дана до кровати.

– Позволь помочь.

Эйра не успела ни удивиться, ни возразить. Ян набросил ей на плечи плед и подхватил на руки.

= 6 =

Ян и не понял, как очутился рядом с Эйрой. Как будто что-то толкнуло его в спину. Вот только что: желание помочь или страх?

И неизвестно, что хуже.

Действо в студии определенно отличалось от того, что происходило в зале. Ян чувствовал связь между Эйрой и ее сабом – доверительную, чувствен­ную, сексуальную. Обнаженный мужчина на коленях перед женщиной… Как ни странно, в этой покорной позе не было слабости. Какой силой надо обла­дать, чтобы вот так, добровольно, склонить голову перед женщиной, держа­щей в руках плеть?

Казалось, воздух рядом с Эйрой и Даном искрит. И Ян понял, что совер­шенно не готов стать свидетелем их сексуальных игрищ. Может, он и мазо­хист, но не вуайерист. Но Эйра велела не двигаться! Значит, если он уйдет, то на порку может не рассчитывать.

К счастью, до нежностей и поцелуев дело не дошло. Эйра взмахнула флоггером – и мысли Яна потекли в ином направлении. Он не подозревал, что хрупкая с виду девушка может быть такой сильной. Когда Ян спрашивал, умеет ли Эйра пороть, он не шутил. Всерьез думал, что она не та, за кого себя выдает.

Но Эйра…

Эйра удивила. В ее движениях не было суеты и показухи. Она не изоб­ражала крутую даму, повелительницу и рабовладелицу. Эйра любила Дана… плетью.

Ничего лишнего. Замах, удар, отдача… шаг в сторону… Замах…

Ян, как завороженный, следил за поркой. И теперь он хотел оказаться на месте Дана. Может, не в такой позе… Точно не в такой! Но…

Он очнулся, когда Эйра отложила плеть и присела, чтобы расстегнуть ремни. Тогда его и торкнуло… Хотелось думать, что из-за того, что Эйра устала. Он видел и пот на ее лице, и как подрагивают ее руки, слышал ее тя­желое дыхание. Она позаботится о Дане, а кто позаботится о ней самой?

Да и смотреть на продолжение сессии, откровенно говоря, не хотелось. Ян догадывался, что произойдет после.

– Шико, ты охренел? – поинтересовалась Эйра севшим голосом, едва очутилась на кровати.

– Я только помогу тебе и уйду, – ответил Ян. – Хочешь воды?

Она кивнула, продолжая таращиться на него, как на невидаль. Бутылоч­ку с водой Ян взял с полки того же стеллажа, где лежал плед. Открутил крыш­ку, подал бутылочку Эйре и подошел к Дану. Он был в сознании, но еще не мог передвигаться без чужой помощи.

Эйра собиралась тащить его на себе?! Воистину, русская женщина… Та, что и коня на скаку остановит, и в горящую избу войдет.

Ян устроил Дана на кровати и отступил, позволяя Эйре склониться над ним.

– Я пойду. Спасибо за урок.

– Так спешишь? – удивилась Эйра. – Ты же предлагал помощь.

– И помог. – Он избегал ее взгляда. Вроде стыдиться нечего, но Ян злился, и ничего не мог с этим поделать. – Остальное без меня.

– А-а… – В ее голосе определенно прозвучало разочарование. – Что ж, иди.

Она как будто сказала, мол, вали, трус. И Ян взорвался, поддавшись эмо­циям.

– Не собираюсь смотреть, как вы тут… совокупляетесь, – прошипел он сквозь зубы. – Я не испугался, мне противно!

Во взгляде Эйры появилась растерянность.

– Э-э… Что?

– Не хочу смотреть, как вы трахаетесь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ян повысил голос… и тут же поморщился. Когда он успел превратиться в истеричку? Пожалуй, происходящее выбило его из колеи сильнее, чем он ожидал.

– И вообще… – произнес он тише. – Я же провалил твое испытание. Зна­чит, ловить мне больше нечего.