Я - осень, а ты май (СИ) - Бельская Анастасия

Неужели я просто такая мечтательница? И напридумывала всего, чего на самом деле и не было никогда?

С тоской допивая остатки кофе, я даю себе слово, что не буду бояться. Я отпускаю этого мужчину — с болью и грустью, но с самыми приятными воспоминаниями о наших выходных вместе. И верю, что мы оба достойны лучшего. По крайней мере он — точно…

Сую в уши наушники, и снова бреду разбирать коробки, потому что нужно еще выбрать, в чем я пойду на корпоратив вечером. Чего-то нарядного не нужно — это мое первое знакомство с коллегами и начальством, и как выглядеть, я пока не представляю. Может, брючный костюм приятного бежевого цвета в клетку? Он всегда помогал мне выглядеть взрослее, особенно с острым каблуком приятно-красных туфель…

Я выкладываю свою одежду, пока в наушниках звучат совершенно не те песни. Слишком больно. Слишком душевно. И совершенно не приводит в порядок и без того расклеенное состояние.

Я глубоко дышу, подпевая, и доставая туфли. Правда ли, полегчало? Или я просто запретила себе грустить о нас, таких похожих и разных, но точно не созданных друг для друга в этой жизни?

— Итак, перед сном молоко, сказка и песня, камни можно позволять поднимать со двора, она не проглотит. Что еще? Купаться по желанию, мы в принципе днем принимали ванну… — наспех перечисляю я улыбчивой Ксении, которую уже тянет за руки Маруся, желая показать свою новую комнатку с игрушками, — если что, звоните мне в любое время, я всегда на связи!

— Хорошо, Анастасия, — девушка смеется, и я с облегчением замечаю, с каким умилением она наблюдает за Машей, — не переживайте, мы справимся!

Я вздыхаю, быстро целую дочку в щечки, и напоследок брызгаюсь любимым «The end» от Barberry. Самый осенний аромат из моей коллекции, и вместе с тем не терпкий, а легкий, носибельный на любое мероприятие. Такси уже ждет — но я все равно задерживаюсь напоследок у зеркала, окидывая себя внимательным взглядом.

Выгляжу… Уверенно. Выпрямленные утюжком волосы доходят до плеч, и я отмечаю, что модно еще чуть-чуть обстричь. Светло-бежевый брючный костюм с узкими брюками и оверсайз пиджаком выгодно подчеркивают хрупкую фигуру, а каблуки великолепно сочетаются с красной помадой.

Стильно и неброско. А вместе с тем женственно и не легкомысленно. Я улыбаюсь зеркалу, довольная тем, что получилось, и бегу к машине, что уже сигналит за воротами.

В ресторане, снятом редакцией, уже многолюдно и шумно. Я слегка удивляюсь количеству народа, но потом осознаю, что многие, кажется, пришли с парами. Что ж, это и понятно — мне кроме Маруси позвать здесь некого, иначе я бы тоже прихватила с собой подругу.

— Анастасия Владимировна! — раздается из-за спины звучный голос, и я слегка вздрагиваю от знакомых ноток, — рад вас наконец увидеть, так сказать, воочию! Боже, на фото в резюме вы выглядели… Хм. Покрупнее.

Я поворачиваюсь на каблуках, и посылаю вежливую улыбку пожилому мужчине в очках. Кажется, это и есть мой новый начальник, тот самый, с кем я проходила собеседование по телефону — Александр Дмитриевич. Хм, а главный редактор выглядит вполне приятно.

— Стопталась немного, пока добралась, — осторожно отвечаю, и начальство хохочет, откинув наверх голову, — приятно, наконец, познакомиться вживую.

— И мне, и мне, наша маленькая фея, — он галантно сжимает мою руку, и немного наклоняется в поклоне, — надеюсь, вы привнесете гармонию в наш почти мужской коллектив, дорогая. И сможете справиться с довольно нервной обстановкой временами.

— Я сделаю все, что в моих силах, — улыбаюсь я ответ, и как-то ощущаю, что между нами вдруг зародились теплые, почти родственные чувства. — Я очень благодарна вам за возможность поработать здесь…

— Не стоит, — он машет рукой, затем откуда-то достает бокал с шампанским и протягивает его мне, — пейте, ешьте, развлекайтесь — ваш первый рабочий день будет только в понедельник. Чуть позже я познакомлю вас с главами других отделов, а пока…

Он снова рукой ныряет в толпу, и за плечо вытягивает передо мной высокую, полноватую женщину. Та удивленно жует бутерброд, держа его над тарелкой — да так и замирает с открытым ртом напротив меня.

— Кхм?

— Анастасия, знакомьтесь — Аллочка, тьфу ты, Алла Игоревна, единственная за исключением вас женщина в редакции. Также она будет работать в вашем отделе — небольшом, и пока состоящим из трех человек, но…

— Мы обговаривали все условия, я помню, — улыбчиво перебиваю я, и протягиваю руку Аллочке, — приятно познакомиться.

— Ха! То есть, и мне тоже, — вполне дружелюбно улыбается толстушка, и жмет мою ладонь свободной рукой, — наконец-то будет, у кого просить прокладки…

— Алла Игоревна, Анастасия Владимировна является вашим непосредственным руководителем, так что потрудитесь…

— Все в порядке, — смеюсь в ладонь и беспардонности и прямоты Аллочки, и машу ей рукой в сторону стола с закусками, — с удовольствием поделюсь в случае необходимости. Александр Дмитриевич, мы можем идти?

Тот чуть ли не с радостью машет нам рукой, и я уже откусываю от какого-то симпатичного десерта, слушая сплетни Аллочки про работу. Наконец-то где-то в этот момент получается глубоко вдохнуть — и впервые за два месяца мне легче, а шампанское приятно кружит голову в этой толпе незнакомых, но уже каких-то в будущем «моих» людей…

— Разрешите, — слышу четкое сбоку, и сердце уходит куда-то в живот, глухо и болезненно ударяя в последний раз о ребра.

Как будто во сне я поворачиваю деревянную шею на звук голоса в толпе, который узнала бы из тысячи. И как раз в этот момент мужчина, чей профиль для меня выучен до каждого миллиметра, вдруг тоже резко оборачивает голову — и наши взгляды пересекаются в жужжащей, смеющейся толпе.

Максим.

Собственной персоной, с прожигающим до самых внутренностей взглядом.

А мои собственные застилаются неподавляемой болью, когда я замечаю, как его рука покоится на талии незнакомой блондинки.

-----------------------------

*У Насти в наушниках играет песня «На каблучках» Мари Краймбрери

Глава 5

Когда ты в моей рубашке

На голое тело и в гольфах

Я умираю от счастья

Я хочу сжечь все другое

Максим

Меня будто кто-то толкает в затылок, заставляя дернуться, и резко развернуть шею.

Что. За. Нахуй.

В первые секунды в голове вдруг становится так тихо и пусто, будто кто-то понизил до минималок внешний шум. Остаемся лишь мы — я и карие глаза напротив, кажущиеся нереально огромными на аккуратном личике.

Затем в голову лезет откровенный бред. Ну с какого хуя я вдруг начинаю просчитывать варианты встречи сестры-близнеца Настены на этой тусовке?! С хера ли вообще допускаю мысли об этом — если девушка в паре метров застыла с неестественной, будто вклеенной улыбкой на губах, явно узнавая и также теряясь от ступора?!

Может, это оттого, что я не хочу ее тут видеть?

Или, скорее, до черта не хочу, чтобы она увидела сейчас меня?

Я не успеваю опомниться, как кто-то нечаянно толкает меня плечом, заставляя разорвать наш зрительный контакт. Тут же все звуки лавиной обрушиваются со всех сторон, а самый громкий из них — голос Киры, что уже обвила руками мою ладонь.

— Максим?

Она что-то спрашивала, и явно ждет ответа, а еще кто-то окрикивает меня справа, вынуждая давить улыбку и приветствие, и все это дико злит, и отвлекает. Я снова поворачиваю голову туда, где только что видел Настю, но сейчас там лишь пустое место, а от хрупкой девушки и след простыл.