Кристин Хармел - Теория блондинок

Мне тут же стало стыдно, что Эмми пришлось в одиночку следить за Алеком, пока я развлекалась на свидании. Я начала было извиняться, но она отмахнулась.

— Знаешь, если не принимать во внимание, что у меня сердце болит за Джил, это все похоже на игру. А вдруг мне когда-нибудь дадут роль сыщика? Мой агент говорит, скоро будет кастинг на детектив с Бредом Питом и Коулом Брэнноном. Могу попробоваться.

Средних лет официантка по имени Мардж принесла нам по чашке кофе, и больше мы ее не беспокоили — сидели молча, рассеянно поглядывая на улицу. Со стороны, наверное, казалось, что у нас не все дома.

Я пыталась не думать о том, как меньше часа назад Мэтт Джеймс нежно целовал меня в «Сорок девять», однако с каждой минутой воспоминание становилось все ярче. В конце концов я не выдержала и решила поделиться с Эмми — все равно мы бездумно пялимся в окно.

— Ко мне сегодня Мэтт заходил.

Эмми кивнула.

— Знаю, он мне говорил, что хочет расспросить тебя про специфику работы.

— Он знает про операцию «Блондинка». И нашел мою анкету на сайте знакомств.

Эмми резко обернулась и в панике посмотрела на меня.

— Харп, клянусь, я ему ни слова не сказала, — проговорила она встревоженно. — Я бы ни за что на свете не проболталась. Откуда он узнал?

— Да знаю, знаю, что не ты, — успокоила я подругу. — Наверное, сам такой умный. Но он… он пригласил меня на свидание.

У Эмми глаза на лоб полезли.

— Что он сделал?

Я передала ей наш разговор, а потом рассказала, как Мэтт заявился в «Сорок девять». Эмми все это время смотрела на меня широко открытыми глазами, но мы не забывали поглядывать на улицу.

— А потом, как раз когда мы с тобой поговорили и я уже собиралась пойти наверх извиниться перед своим спутником, — медленно закончила я, — Мэтт меня поцеловал. В коридоре. Рядом с дамской комнатой.

— Бог мой, — выдохнула Эмми, не сводя с меня изумленных глаз. — Бог ты мой.

— Вот так, — мрачно проговорила я. Глянула в окно, чтобы убедиться, что Алек не выходил. — Причем целуется он здорово. И что теперь делать? Он же мне никто. Это ты с ним снимаешься, в конце-то концов.

— На меня не обращай внимания, — отмахнулась Эмми. — У нас с ним ничего нет. Тебе он, по-моему, больше подходит. Только предупреждаю, говорят, он настоящий бабник.

— А-а, — протянула я, не совсем понимая, почему мне стало так тяжело на сердце.

Конечно, бабник, кто бы сомневался. Иначе как он мог пригласить меня на свидание, а потом заявиться с другой девушкой? Какая же я дура.

— С другой стороны, зачем верить слухам? — заметила Эмми, оглядываясь на окно. — Я, например, ни разу не замечала, чтобы он поступал с женщинами непорядочно. Я даже не вспомню, с кем из наших он встречался. На работе он в отличие от других актеров точно романы не крутит.

Да, есть над чем подумать. Я уже хотела убедить Эмми, что это все ерунда, поскольку Мэтт мне даром не нужен, как в здании напротив открылась дверь.

— Алек! — приглушенным голосом воскликнула Эмми.

— И та девица, которая была с ним вчера.

Он действительно обнимал за плечи рыжую, одежда которой оставляла мало простора для воображения.

Мы с Эмми шлепнули на стол по пятидолларовой банкноте — за выпитый кофе плюс солидные чаевые для официантки — и облачились в маскировку: я — в жуткий колпак пасечника, а Эмми — в роскошный парик. Официантка ошарашенно смотрела нам вслед.

Алек с девицей, которую он по-прежнему обнимал за плечи, шли по Второй авеню, а мы, держась на почтительном расстоянии, следовали за ними по другой стороне улицы. Я не могла отделаться от ощущения, что выглядит Алек в обществе рыжей нелепо (хотя, конечно, не мне с моим головным убором судить). На четырехдюймовых шпильках девица возвышалась над ним на целую голову. Черная мини-юбка почти ничего не прикрывала, и загорелые длинные ноги, втиснутые в дорогущие серебристые «Джимми Чу», были видны во всей красе. Я почувствовала легкий укол зависти — туфли моя слабость. Или сейчас не время?

Они повернули на Третью, мы за ними. Похоже, хвоста они не заметили. Наконец парочка зашла в итальянский ресторан «Белла Тоскана», зажатый между книжным и магазином винтажной одежды. Мы с Эмми подождали, пока они скроются за дверью, и, стоя у витрины, стали решать, что делать дальше.

— Внутрь нельзя, — сказала я, хотя это и так было понятно. — Заметят.

— А отсюда мы их не сфотографируем, — возразила Эмми. — Света мало. Без доказательств Джил нам ни за что не поверит, ведь Алек наверняка будет отпираться.

Да, через темную витрину сложно было разглядеть, что творится в приглушенном свете ресторанного зальчика. К тому же Алек с девицей расположились где-то в самом дальнем конце и их не было видно вообще. Наконец после долгих споров мы решили, что Эмми отправится внутрь с фотоаппаратом и, делая вид, что ищет туалет, быстренько щелкнет несколько кадров, подобравшись как можно ближе к столику. Фотик мы спрячем в сумочке, выставив наружу объектив, так что на нашу охоту никто не обратит внимания.

— Почему я, а не ты? — жалобно протянула Эмми.

Я улыбнулась.

— А потому, Шер, что ты собственными руками напялила на меня этот уродский колпак и фломастерно-розовое платье. Как ты думаешь, кого скорее заметят — меня в этом прикиде или тебя в футболке с джинсами и черном парике? И потом, кто хотел поиграть в сыщиков?

Эмми со вздохом кивнула. Пожелав ей удачи и скрестив пальцы, я смотрела, как она открывает входную дверь «Беллы Тосканы» и длинные черные волосы полощутся за ее спиной.

Секунды сливались в вечность, я, с бешено бьющимся сердцем, не разжимая скрещенных пальцев, стояла у двери, притопывая от нетерпения ногой и поминутно заглядывая внутрь, надеясь разглядеть Эмми. И тут вдруг сработала вспышка, и раздался возмущенный мужской голос. В следующую секунду из ресторанчика в сбившемся набекрень парике выскочила Эмми с перекошенным от волнения лицом.

— Бежим!

Она схватила меня за руку и поволокла за собой в направлении Второй авеню.

— Что такое? Что случилось? — спросила я на бегу — оказывается, даже на шпильках можно развить неплохую скорость.

— Алек меня заметил, — крикнула Эмми через плечо.

Наконец, пробежав два квартала и убедившись, что никто за нами не гонится, мы замедлили темп и, свернув на Пятую улицу, привалились к стене отдышаться.

— Он тебя видел? — переспросила я, отдуваясь.

Эмми кивнула.

— Не вышло из меня сыщика, — угрюмо выдохнула она. — Щелкнула четыре кадра. А потом хотела приблизить, чтобы сделать пятый, и, наверное, случайно включила вспышку. Щелкнула, она и сработала. Алек обернулся, а я стою прямо перед ним. Он меня точно узнал.