Лайза Аппиньянези - Память и желание. Книга 2

Карло уселся в большое продавленное кресло и в основном помалкивал. Но невзирая на его молчание и «демократичный» наряд, сразу чувствовалось, что этот загорелый мужчина из другого мира. Бородатые, бледные Крис и Том сразу стушевались, а Салли и Джуд стали глупо хихикать. Катрин очень нервничала – боялась, что друзья спросят Карло о какой-нибудь книге, которую он не читал, или втянут его в политическую дискуссию. Достаточно будет, если они просто поинтересуются, чем он занимается. Но Негри продержался целый час, ничем себя не скомпрометировав.

Уже у дверей Карло спросил, насмешливо улыбнувшись:

– Ну как, прошел я экзамен?

Катрин смущенно пробормотала в ответ:

– Увидимся в следующий раз – сообщу.

Лишь закрыв за ним дверь, она вспомнила, что Карло уже говорил об «экзамене» – когда она познакомилась с его матерью. Это несколько озадачило девушку, но времени на раздумья не было – Порция увела ее для «конфиденциального разговора».

– Кэт, неужели ты влюблена в этого типа?

Катрин еще сама не разобралась в своих чувствах, поэтому столь точная формулировка заставила ее покраснеть.

– Если это так, – продолжала Порция, – то ты еще дурее, чем я думала. Да этот красавчик соблазняет, наверно, по десять баб каждую неделю. Они сами запрыгивают к нему в постель. Не могу поверить, что ты связалась с таким субъектом! До сих пор ты ведь не желала иметь дело даже с самыми приличными кавалерами!

Дело в том, что во время поездок Катрин в Кембридж подруги неоднократно ссорились из-за ее «чрезмерной разборчивости».

– Он хорошо ко мне относится, – тихо, но упрямо сказала Катрин.

– Хорошо относится! – Порция плюхнулась на кровать и швырнула в подругу подушкой. – Сколько раз я должна повторять тебе, милочка, что ты необычайно хороша собой. Мужчины вроде твоего Карло не имеют обыкновения «хорошо относиться» к красивым женщинам и не претендовать на большее. Смотри, обожжешь ты на нем свои сиськи, не говоря уж о более деликатных органах. Да он – типичный плейбой. Да еще плейбой с гонором. Помнишь, что мы говорили о нем, когда впервые познакомились с его сиятельством у принцессы Мэт?

– Порция, ты совсем его не знаешь, – буркнула Катрин.

– Это верно, я его не знаю. – Порция взглянула на подругу с любопытством. – Ты еще расскажи мне, что рядом с ним у тебя учащается пульс, отчаянно бьется сердце, и что в один прекрасный день он увезет тебя в свой чудесный замок на белоснежном коне. Кэт, держу пари, что ты по-прежнему читаешь сказки. Мы живем в другую эпоху, милочка. Сейчас шестидесятые годы!

Катрин отвернулась. Спорить с Порцией было бесполезно. – Я вам вот что скажу, мисс Жардин. Если бы мне было невтерпеж улечься в койку, я бы начала с Криса или Тима – сначала отработала технику, наточила коготки, а уже потом отважилась бы охотиться на столь крупную дичь, как синьор Негри. Не сомневаюсь, что мальчики относились бы к тебе еще лучше, чем его итальянское сиятельство. – Порция поднялась. – Мне пора на митинг. Хочешь со мной?

Катрин отказалась.

В следующий раз она и Карло встретились в Швейцарии на Рождество. Катрин не знала, что Карло будет у принцессы, и просто упомянула в разговоре о своей предстоящей поездке в замок Валуа. Но когда Матильда сказала ей, что звонил Карло и намеревается заехать в замок, Катрин очень обрадовалась.

Принцесса с годами стала еще наблюдательней и проницательней.

– Кажется, ты часто встречалась с ним, когда была в Италии? – как бы между прочим спросила она, помешивая щипцами угли в камине.

– Да. – Катрин вскочила. – Давайте, я вам помогу. В Лондоне мы с ним тоже встречались, – внезапно добавила она.

Катрин давно уже избавилась от враждебного чувства по отношению к Матильде, возникшего у нее, когда выяснилось, что она и Фиалка – сестры. При первой же встрече Матильда отвела девушку в сторону и долго, с подробностями описывала свой роман с Жакобом. Это был честный, прочувствованный и временами забавный рассказ. Катрин слушала очень внимательно и думала только об одном: как жаль, что Матильда не ее мать. После этого разговора отношения между ними стали еще ближе, а доверие Катрин к Матильде многократно возросло.

Вот почему Катрин, не таясь, поведала принцессе о своих отношениях с Карло.

Та ответила лишь: «Понятно». Помолчала, погладила Катрин по руке. Девушка была благодарна ей за тактичность, за то, что принцесса не стала сразу выносить вердикт.

На следующее утро приехал Карло и, поздоровавшись с хозяйкой замка, увез Катрин высоко в горы, где уже лежал снег. Карло снимал номер в деревенском отеле. Магия Негри, как обычно, сразу же подействовала на Катрин, но в этот раз в Карло чувствовалось нечто новое – глаза его смотрели серьезно, лицо выглядело сосредоточенным. Они мало разговаривали – лишь обменялись парой пустых фраз о ее учебе, о лондонских друзьях. Почти все время Катрин и Карло провели, катаясь на лыжах. Она не сомневалась, что он прекрасный спортсмен, но все же была поражена грациозной стремительностью, с которой Карло проносился по крутым склонам. Катрин все время не сводила с него глаз, за исключением тех моментов, когда приходилось концентрироваться на собственном спуске.

Катание на лыжах доставило ей неизъяснимое наслаждение. Лишь вечером, когда они сидели у камина и, сбросив лыжные костюмы, пили глинтвейн, Катрин вдруг поняла, что в этом горном шале, кроме них, постояльцев нет. Впервые она находилась с ним под одной крышей вдали от посторонних глаз. Должно быть, ему тоже пришло это в голову. Карло быстро взял у нее из руки бокал, раскрыл объятия. Поцелуй потряс ее остротой ощущения и напомнил о римских ночах. Катрин обхватила Карло руками и прижалась к нему. Именно в этот миг он и прошептал ей на ухо:

– Думаю, моя милая, нам было бы неплохо пожениться.

Катрин отодвинулась и заглянула ему в глаза, не уверенная, что правильно расслышала.

Очевидно, он принял ее удивление за нерешительность и тут же разжал объятия.

– Я понимаю, тебе нужно подумать.

Карло нежно посмотрел ей в глаза, осторожно провел пальцами по ее руке, словно она была хрупким и драгоценным предметом.

Катрин смешалась. Оказывается, он хочет на ней жениться! Почему-то эта мысль никогда не приходила ей в голову. Выйти замуж за Карло? Да! Ей хотелось закричать во все горло: да, да, да! Значит, он действительно ее хочет. Не в том смысле, как намекала Порция, а по-настоящему, навсегда.

Катрин вновь обрела дар речи, лишь когда они вернулись в замок Валуа. Выйдя из машины, она обернулась и застенчиво прошептала:

– Да, Карло. Я согласна.

Он бросился к ней, подхватил ее на руки, неловко чмокнул в щеку, как неопытный юнец. Они долго гуляли по зимнему парку.