Сьюзен Андерсон - Не уходи, любимая

Но так и должно быть. Дейзи отвернулась от зеркала.

Она это она – обыкновенная женщина, внешность которой можно назвать среднестатистической. Но она не чувствует по этому поводу никакой неловкости, и уж тем более не видит смысла что-либо менять в себе. Ни к чему, да и поздно.

Дейзи снова глубоко вздохнула. Ну и пусть! Она будет наслаждаться вниманием Ника, пока он предлагает ей это.

А когда он в следующий раз скажет, что любит ее, она сделает то, что делает сейчас: стиснет зубы и не даст вырваться наружу своим признаниям. Она ни за что не скажет, что тоже любит его.

Глава 19

Дейзи буквально подпрыгнула на месте, когда сразу после обеда в дверь неожиданно позвонили. Она не слышала, чтобы кто-то поднимался по внешней лестнице, и это был нехороший признак. Лестница была очень скрипучей, и надо сильно постараться, чтобы пройти по ней неслышно.

Сделав Нику знак рукой, чтобы он оставался на месте, Дейзи взяла пистолет и тихонько подкралась к двери, прижалась к стене и спросила:

– Кто там?

– Цветочник, мэм. Я привез заказ.

Как же!

– Оставьте его на площадке.

– Не могу, мэм. Мне нужна подпись.

Прекрасно! У нее что, по его мнению, совсем куриные мозги?

– Секундочку. – Дейзи бесшумно отперла замок и молча отошла от двери за угол. Видя, что Ник наблюдает за происходящим, сидя на кушетке, она прошептала:

– Уйди с линии огня.

– Ох, Дейз…

– Пожалуйста, хотя бы сейчас не спорь со мной.

Ник пожал плечами, но все-таки встал и спрятался вместе с ней за угол. Высунув голову из-за стены, Дейзи громко сказала:

– Можете войти. – И сразу же скрылась, чтобы вошедший ее не видел.

Дверь распахнулась с такой силой, что едва не ударилась о стену, поэтому Дейзи уже приготовилась услышать пальбу, но все было тихо. А потом тот же голос неуверенно позвал:

– Мэм!

Дейзи оттолкнулась от стены и выскочила в коридор, полуприсев на корточки и обеими руками вытянув вперед пистолет. Перед ней стоял хрупкий молодой человек в белой футболке и темных брюках. В руках у него была коробка с цветочной композицией из коралловых роз и маленьких маргариток.

Увидев направленный на него пистолет, парень побелел как полотно. Он поднял руки вверх, и букет полетел на пол.

– Господи, девушка, не стреляйте в меня!

– Вы действительно привезли цветы, – растерянно произнесла Дейзи и опустила оружие. – Извините. Я подумала… – Она осеклась, глядя на вытаращенные, полные ужаса глаза посыльного. – Впрочем, вам наверняка все равно, что я подумала. Еще раз извините. – И тут ее все-таки взяло любопытство:

– А кому цветы?

Ник слегка отстранил ее и, присев на корточки рядом с коробкой, принялся поправлять цветы. Удивительно, как не разбилась ваза, в которой они стояли! Ник встал, достал из кармана бумажник, вынул оттуда крупную купюру и протянул ее посыльному.

– Офицер полиции, – пробормотал невнятно Ник. – За это и цветы получает.

Дейзи скривилась, но ничего не сказала по поводу этого возмутительного вранья. Она молча наблюдала за тем, как Ник расписывается у молодого человека в квитанции и провожает его к выходу.

– Да-а-а… – повернулся он к Дейзи, закрыв за парнем дверь. – Любопытно было наблюдать за всем этим, Дейзи вспыхнула:

– Я ожидала бандитов. Не могла же я предположить, что одна из твоих подружек пришлет тебе цветы.

– Цветы не мне, куколка. На карточке написано: «Дейзи Паркер».

– Как? – искренне удивилась Дейзи. – Дай посмотреть. Это ошибка какая-то. Мне в жизни никто цветы не присылал.

Ник наклонился, чтобы поднять коробку с пола, но в недоумении замер на полпути:

– Шутишь! Наверняка ты от кого-нибудь когда-нибудь получала букеты.

– Ну, однажды мама прислала мне очень симпатичный весенний букетик по случаю окончания академии. И Бенни с ребятами подарили охапку тюльпанов и нарциссов, когда я по традиции пригласила их на ужин. И все. Знаешь, я никогда не получала цветов от поклонника или кого-то в этом роде. Я не создана для этого.

– Да? Но, наверное, ты все-таки создана для этого больше, чем думаешь, потому что на карточке твое имя.

Ник встал перед Дейзи и вручил ей цветы. Едва сдерживаясь, чтобы не выхватить у него букет, Дейзи с деланным безразличием приняла коробку. Однако долго играть холодность она не смогла. Бутоны ярко-коралловых роз в окружении мелких миниатюрных маргариток с желтыми серединками притягивали Дейзи как песни сирен, и она аккуратно вынула тонкую изящно изогнутую вазу матового стекла из мягкой коробки. С благоговейным трепетом глядя на цветы, она воскликнула:

– Боже, Ник, ты видел когда-нибудь такую красоту?! И это для меня!

Дейзи опустила лицо в гущу цветов, вдыхая незатейливый запах маргариток и папоротника и изысканный аромат роз, и вдруг увидела среди стеблей маленький белый конвертик. Распечатав его, она обнаружила там открытку.

– «Моей дорогой Дейзи», – начала она читать вслух. – О! – Дейзи метнула взгляд на Ника, потом снова на открытку. Сердце ее забилось быстрее.

– Прочитай все, что там написано.

С пылающими щеками она продолжила:

– «Однажды я закрыл глаза на очевидное, но…» – Дейзи замолчала, не в силах проглотить комок в горле.

– «Но больше не хочу этого делать, – продолжил за нее Ник. Он взял ее обеими руками за плечи и не отрываясь посмотрел ей в глаза. – Я весь твой, душой и телом. С любовью, Ник».

– Ox! – Дейзи почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, и еще больше смутилась.

– Это правда! – твердо произнес Ник. – Девять лет назад я повел себя как последний подлец, но теперь я больше не хочу бежать от собственных чувств. Я люблю тебя.

– Я люблю эти цветы, – Прошептала она в ответ.

– Ты любишь не только цветы.

Дейзи судорожно сглотнула.

– Да. Еще я люблю фотографию, которую ты сделал.

Ник слегка тряхнул ее за плечи.

– Ты любишь меня.

– Нет, – поспешно возразила Дейзи, но все же не смогла поднять на Ника глаза и делала вид, что рассматривает букет.

– Нет, любишь. – Стиснув ее плечи сильнее, Ник наклонился, пытаясь заглянуть ей в лицо. – Ты любишь меня, Блондиночка. Признайся.

Эти слова заставили Дейзи поднять голову.

– Не буду я ни в чем признаваться.

– Ты любишь меня. – И Ник нежно поцеловал ее, а когда снова взглянул ей в глаза, то увидел, как поволока томности подернула их. – Ты любишь меня, – настаивай Ник. – Скажи это вслух.

– Может быть, и люблю, – неуверенно произнесла Дейзи, но тут же вскинула голову вверх. – Но не принимай это слишком всерьез, Колтрейн, потому что если я и люблю" тебя, то всего чуть-чуть.