Елена Веснина - Преодоление преград

— Да что ты ее слушаешь, Витя? Девочка совершенно потеряла совесть! После того, что она сделала, у нее еще хватило наглости явиться к нам в дом! — возмущенно сказала Таисия.

— Подожди, Тая. Давай выслушаем человека, — предложил Буравин.

Таисия настаивала на своем:

— Да что ее слушать? Я ее вообще не хотела пускать. И на вашем месте, голубушка, я бы постеснялась показываться на глаза человеку, которого сами же помогли разорить!

Людочка гневно воскликнула, задыхаясь от возмущения:

— Как вам не стыдно так говорить! Ведь вы сами заварили всю эту кашу! Это вы придумали этот план!

— Какой план? — мрачно спросил Буравин. Таисия взвилась:

— Витя, не слушай ее!

— Тая, помолчи. Я слушаю вас, Люда.

Таисия была вынуждена замолчать. Она со страхом и ненавистью смотрела на Людочку.

— Вы должны знать, Виктор Гаврилович, что это ваша жена уговорила Самойлова лишить вас всего. Борис Алексеевич долго не соглашался, сомневался, он не хотел мстить вам таким образом, но Таисия Андреевна… — Люда повернулась к Таисии и, собравшись с духом, выпалила: — Она убедила его. Потому что хотела отомстить вам за вашу любовь к Полине.

Буравин гневно повернулся к Таисии:

— Это правда, Тая?

Таисия поняла, что потеряла Буравина навсегда.

Буравин молча взял Людочку под руку и направился к входной двери. За ними из гостиной выбежала и Таисия:

— Витя, постой! Куда ты?

Буравин так же молча подошел к двери и открыл ее.

— Я тебя никуда не пущу! — Таисия стала у двери, загораживая Буравину дорогу.

— Уйди, Таисия. Я больше не собираюсь разговаривать с тобой ни о чем, — холодно сказал он.

— Витя, умоляю, выслушай меня! — Таисия схватила Буравина за руку, кивая на Людочку. — Она все придумала! Я никакого участия в твоем разорении не принимала!

Людочка смотрела на нее с неприязнью.

— Это все Самойлов. А она с ним заодно, у них интрижка, она замуж за него хочет! — горячо уверяла Таисия. Буравин брезгливо вырвал руку, но Таисия не унималась: — А теперь, когда Самойлов дал ей от ворот поворот, она решила ему отомстить: тебе все рассказать. А меня-то зачем приплела, секретутка? Не верь этой вертихвостке, Витя! Она все врет!

— Прекрати, Таисия! Не смей оскорблять Люду! У меня гораздо больше оснований верить ей, а не тебе, — с этими словами Буравин отодвинул Таисию от двери. — И впредь держи себя в руках. Умей проигрывать достойно.

Буравин ушел с Людочкой, хлопнув дверью. Таисия разрыдалась.

Буравин привез Люду к следователю. Зайдя в кабинет, он сказал: . — Здравствуй, Григорий Тимофеевич. Можно к тебе?

— Здравствуй, Виктор Гаврилович. Хорошо, что пришел, облегчил мне задачу, — улыбнулся следователь.

Буравин удивленно посмотрел на него и следователь пояснил:

— Я должен перед тобой извиниться. Мы нашли настоящих похитителей Леши. Это смотритель маяка с сыновьями.

— Вы их задержали? — поинтересовался Буравин. Следователь развел руками:

— К сожалению, нет. Сыновья погибли во время погони, Михаил жив, но успел скрыться. Мы его обязательно найдем. В любом случае, вся эта странная история с наветом на тебя закончилась.

Буравин кивнул, и они пожали друг другу руки.

— А я пришел к тебе по поводу другой странной истории, — начал свой рассказ Буравин. — Как ты помнишь, Самойлов обвинял меня в похищении Леши. Якобы именно так я мстил Борису за мое разорение.

Следователь кивнул, и Виктор продолжил:

— Самойлов перерегистрировал фирму и обнулил счета, пользуясь моей генеральной доверенностью.

— На ней действительно стоит твоя подлинная подпись, — сказал следователь.

Буравин заявил:

— А у меня появился свидетель, который подтвердит, что Самойлов все-таки сфальсифицировал документы. Следовательно, перевел средства на свою новую фирму совершенно незаконно.

Буравин повернулся к Людочке. Людочка молча кивнула, подтверждая слова Буравина.

Уже через четверть часа Людочка сидела за столом в кабинете следователя и писала заявление.

Дописав, она отдала бумагу следователю:

— Вот, я написала, как все было.

Следователь взял заявление, прочитал его, качая головой: »

— Не ожидал такого от Бориса, мы столько лет с ним дружим…

— Но теперь ты дашь ход этому делу? — настойчиво спросил Буравин.

Следователь развел руками:

— Теперь я должен это сделать. Если все подтвердится, я не посмотрю, что Борис — мой друг. Раз поступил подло — будет отвечать.

— Я написала чистую правду, — твердо сказала Людочка.

— А вы готовы подтвердить свои показания Самойлову? В лицо? — уточнил следователь. Людочка медлила, раздумывая. Буравин напряженно смотрел на нее. Наконец Людочка утвердительно кивнула.

— Тогда я прямо сейчас устрою вам очную ставку с Самойловым. Чего тянуть? — поднялся следователь, и Люда напряглась, понимая, что встреча будет не из легких. Буравин поддержал ее:

— Ничего не бойся. Все будет нормально. Следователь подошел к столу и снял трубку телефона.

Зинаида, расстроенная, сидела за столом, грустно подперев рукой щеку. Открылась дверь и вошла Маша, она была потеряна и подавлена. Баба Зина испуганно посмотрела на нее:

— Ты… что так рано, Машенька?

— Я не смогла помочь Леше… — чуть слышно произнесла Маша. Зинаида поняла ее по-своему, она изменилась в лице и всплеснула руками:

— О, Господи! Неужели… все? Вот горе-то людям… Бедный мальчик!

Маша села напротив нее.

— Ты о чем подумала, бабуль? Жив Леша, жив.

— Фу, напугала… — схватилась Зинаида за сердце. — А что ж ты тогда такая… несчастная? И почему не с ним?

— Потому что бесполезно. Я ничем не могу ему помочь, — грустно сказала Маша.

— У тебя же всегда получалось, — удивленно взглянула на нее бабушка.

— Да. Лешу я чувствовала лучше всех. Даже на расстоянии могла помочь, поддержать… а теперь… — Маша тяжело вздохнула. — Я хотела снять боль, но ему стало только хуже.

— Погоди, выходит, у тебя ничего не получилось? — поняла Зинаида.

Ничего. Я как выжатый лимон, бабуля. Совершенно пустая. Я чувствую, что у меня не осталось больше той силы, — понуро пояснила Маша.

— То есть… ты считаешь, что потеряла эту свою способность к целительству? Ты больше не можешь лечить? — выспрашивала Зинаида настойчиво.

Маша горько покачала головой:

— Нет, не могу. Наверное, это потому, что я работала в салоне за деньги. Ведь чувствовала, что это не к добру. Говорят же, что Божий дар продавать нельзя.

Зинаида неожиданно с облегчением вздохнула и улыбнулась:

— Выходит, иногда можно, Машенька! Фу, прямо гора с плеч! Это не дар у тебя пропал, это заклятие с тебя спало, Машенька!