Александра Кэрью - Лето, книжка и любовь!

— А ты будешь делать массаж? — спросила она, думая о синяках Элоди, которые стали ее навязчивой идеей. — Знаешь, мне не дает покоя то, что ты рассказала о бывшей любовнице Ника Дэлейни.

— Ты познакомилась с ним? — перебила ее Хлоя. — Пичс мне сказала.

— Да, он помог мне с компьютером. Он выглядит приятным человеком.

— Я бы не доверяла ему, — настаивала Хлоя.

— Но я подумала, — продолжала Лия, — если она была вся в синяках, она бы не стала делать массаж, это же так болезненно.

— Ты встречаешься с ним? — спросила Хлоя с изменившимся лицом.

— Нет, — Лия стыдливо отвернулась и пожалела, что затеяла этот разговор.

— Встречаешься, понятно. Лия, будь осторожна, ради бога!

— Знаю, знаю. Спасибо. Просто трудно сопоставить твой рассказ с этим человеком, вот и все.

— Он жуткий, — задрожала Хлоя. — У вас еще ничего не было? Или уже?

— Хлоя! — Лия сделала вид, что шокирована.

— Будь осторожна с ним. У него страшный темперамент. Я знаю, видела синяки.

— Ты уверена? Может, она упала?

— Нет, — сказала Хлоя определенно. — Не падала она. Он схватил и избил ее. Она пришла ко мне, плача и прося помощи. Люди часто говорят со мной о таких вещах. Она была запугана. Слушай, я знаю, что у тебя были проблемы с Беном, но не влюбляйся сейчас. Не в Ника, пожалуйста.

— А если он изменился? — спросила Лия без особой надежды, чувствуя себя полной идиоткой.

— Не изменился, — рассмеялась Хлоя. — Он начал терапию, где-то в Каннах, но это не помогло.

— Не знаю, чему верить, — сказала Лия. — Со мной он так мил, так нежен, заботлив. Трудно поверить.

— И Элоди так говорила.

Лия вздохнула. Она надеялась, что Хлоя развеет ее сомнения, но этот разговор ее расстроил.

— Какая она была, Элоди?

— Лет тридцати пяти, привлекательная. С длинными темными волосами, стильная. Она была дизайнером интерьеров, много раз ездила в Марокко и Индию.

— Ты знаешь, как они познакомились?

— Без подробностей. Это было через два года после смерти его жены. Мне кажется, их познакомили друзья.

— Она занималась его домом, правда?

— Да, кажется. Я не видела, но там должно быть красиво. Ты туда переезжаешь? — Хлоя посмотрела на нее. — Лия, ты сошла с ума.

— Его там не будет. Он просто предложил пожить там две недели. А потом я вернусь в розовый коттедж.

— Слушай, я не хочу вмешиваться. Но держись подальше от него.

Лия неуверенно засмеялась. Было уже поздно.

— А как Белла? — спросила она, делая себе еще больнее.

— Собиралась вернуться в сентябре, когда возобновятся работы в доме. Она будет жить здесь, пока не сможет переехать. И мне кажется, что звонил Бен, он хочет приехать на одну-две недели, если у Пичс не будет других гостей.

— Хорошо. — Лия была убита.

Зазвонил телефон, и Хлоя ушла, оставив недопитый кофе на столе. Лия взяла телефон.

— Ты еще не переехала? — спросил бархатный голос.

— Пока нет, завтра, — ответила она, затаив дыхание. — Откуда ты звонишь?

— Из отеля в Манхэттене.

— Сейчас так рано, — она взглянула на часы.

— Не мог уснуть. Думал о тебе, как ты спишь в моей кровати.

— Это не так, — она неловко засмеялась. — Упаковываю все на кухне.

— Мне бы хотелось быть с тобой, помочь, — сказал он мягко, и у нее подогнулись колени.

— Мне тоже, — ответила она, понимая, что это правда, несмотря на все предостережения Хлои.

Он стал рассказывать ей о своих деловых встречах и ресторанах. Она подумала, что могла бы слушать его голос целыми днями. Она хотела быть сейчас с ним и хотела услышать, что во всем была виновата Элоди и что в деревне распускали слухи о нем, и чтобы он был таким добрым и любящим, каким казался, а не монстром, которого она в нем опасалась.

В каждом их разговоре был спрятан ее страх, и она изо всех сил надеялась, что найдет в его роскошном доме тот знак, который до сих пор безуспешно искала.

Глава 37

Она переехала в выходные, и пакеты и коробки с ее вещами расположились в красивом доме, оставленном Элоди. Большую часть вещей она отдала на хранение Пичс. Перед отъездом они вместе поменяли простыни, и Лия убрала ванную и кухню.

— Не могу сказать, как мне стыдно просить вас об этом, — не переставала говорить Пичс. — Больше такого не случится, обещаю. И я все приведу в порядок к вашему приезду. И со следующего месяца скину десять процентов с арендной платы.

— Отлично, — ответила Лия, думая, что десять процентов не покроют причиненных ей неудобств. — У меня к вам просьба. Позвоните мне, если придет почта. Я жду посылку.

— Конечно, дорогая, — Пичс улыбнулась. — Если я не буду слишком занята с группой, я даже принесу ее вам.

Лия положила вещи в машину и поехала к дому Ника, где ее встретил рабочий, который чистил бассейн. Ник предупредил, что будут приходить он и горничная. Рабочего звали Бернар, он приходил дважды в неделю заниматься бассейном и садом. Она представилась и подумала, что теперь вся округа будет знать, что у Ника живет красивая блондинка англичанка.

Он сказал, чтобы она спала в его комнате, и она распаковала свою одежду и повесила ее в его шкаф. Потом она разложила в ванной свои вещи, заполнив пустые полки своими самыми лучшими баночками, жасминовым маслом, лавандовой и розовой пенами для ванны и ромашковым шампунем.

Не желая вторгаться в кабинет Ника, она расположила ноутбук в столовой. Она выходила на западную часть сада, и свет заливал ее днем. Вечером она поужинала под оливковым деревом, наблюдая, как быстро надвигается темнота. Через пару месяцев день должен был стать по-зимнему коротким. Она прожила здесь полный цикл во многих смыслах, и особенно эмоционально. Она пожалела о том ощущении благословения, которое испытала, приехав сюда, и пожелала, чтобы оно возвратилось.

Ночью она нырнула в постель Ника и почитала перед сном. Она уже проверила ящики прикроватного столика в поисках знаков. Но он не хранил фотографий, и она нашла только несколько монет и клочки бумаги. Потом она погасила свет и постаралась уснуть, прислушиваясь, не повернется ли ключ в замке и не послышатся ли его шаги на лестнице. И она не знала, будет ли это волнующим или устрашающим.

Через несколько дней позвонила Пичс.

— Принесли вашу посылку, дорогая. Я могу занести ее вам днем. У меня свободное время после обеда, мои ученики уехали за покупками в Ниццу.

Она пришла после обеда с пакетом, в котором, как поняла Лия, была кассета. Лия положила пакет на обеденный стол, думая, что бы почувствовала Пичс, если бы знала, что было внутри.