Ширл Хенке - Беспутный и желанный (Клятва верности)

Поначалу Ребекка обрадовалась при мысли, что носит в себе ребенка от Рори, но радость сменилась ужасом, когда она подумала, что ей придется объяснять родителям причины скоропалительной свадьбы. Гневные тирады матери она еще могла как-то пережить, но только не скорбное молчание отца, с которым, как Ребекка была уверена, он выслушает признание дочери.

Первые недели она ощущала незримую поддержку Рори. Хоть он и отсутствовал, но все же воспоминания о счастливых мгновениях были свежи в ее памяти и словно бы защищали от всего дурного. Но поездка в Денвер туда и обратно не могла занять больше двух недель, если, конечно, там не случилось с ним что-нибудь страшное.

Вспоминая жуткую картину кулачного боя, которая так поразила ее своей грубой жестокостью в день, когда она впервые увидела Рори, Ребекка представила, как должна быть опасна схватка с мировым чемпионом. Ведь она была свидетельницей лишь заурядной любительской стычки с местным тупым увальнем, а в Денвере Рори противостоял закаленный профессиональный боец. Он, должно быть, вовсе не человек, а исполин – с чудовищными мускулами и огромными кулаками. И вот он надвигается на Рори…

Страшные видения преследовали ее по ночам и не отпускали днем. Ей представлялся Рори, лежащий на ринге, избитый и окровавленный. Его прекрасное стройное тело корчится в муках, а лицо изуродовано до неузнаваемости. Ребекка должна была узнать, что произошло с ним.

Собрав все мужество, она решила в это утро отправиться в конюшню и расспросить обо всем мистера Дженсона. Уйти из дома и добраться до конюшни оказалось не таким уж трудным предприятием, как представлялось Ребекке. Доркас послала ее в галантерейную лавку за катушкой ниток.

Когда она вбежала в прохладное сумрачное помещение, где располагались стойла, то первым делом ей бросилась в глаза знакомая личность. Юный низкорослый паренек с худеньким тонким лицом поднимал на вилах на удивление громадные охапки сена и разносил их по стойлам. Она узнала Морта Логана. Его семья хоть и считалась беднейшей среди белого населения Уэлсвилла и была всеми презираема, Ребекке этот трудолюбивый и всегда такой одинокий мальчик был симпатичен.

– Доброе утро, Морт. Здесь мистер Дженсон?

Мальчуган неловко стянул с головы потертую шляпу и с готовностью ответил:

– Да, мэм. Он с той стороны конюшни, в ближнем загоне.

Она поблагодарила его и направилась через широкое помещение к противоположным воротам. Мальчик следил за ней с любопытством. Ребекка едва удержалась, чтобы не посмотреть на лесенку, ведущую в мансарду Рори, где она так бесстыдно отдалась ему в одну из ночей. Как только она задаст вопрос мистеру Дженсону о его работнике, тот сразу поймет, что ее связывают с ирландцем близкие отношения.

Она молила Бога, чтобы босс Рори оказался достаточно благороден и не выдал никому ее тайны. Бью Дженсон не посещал церковь ее отца, да и никакую другую в Уэлсвилле, но он был порядочным человеком и пользовался уважением. Лишь некоторые горожане косились на него за то, что он тренировал лошадей для скачек на денежные призы, и к тому же был выходцем из Алабамы и единственным в городе избирателем, упрямо голосовавшим за демократов. Элита Уэлсвилла поддерживала северян-республиканцев, а беднота вообще не голосовала.

При виде спешащей к нему Ребекки Синклер Дженсон – массивный мужчина с бульдожьей внешностью, смутился, а его багровое лицо еще сильнее покраснело. Значит, ради вот этой молодой кобылки Рори выдержал все побои и отдал все силы на ринге? Малышка преподобного Эфраима… Кто бы мог подумать?

Он снял шляпу и почтительно поклонился.

– Утро доброе, мисс Синклер! Что привело вас в мою конюшню?

Взгляд его умных глаз был изучающим, но не злым. «Он знает!» – сразу же подумала она. Набравшись мужества, Ребекка ответила на его приветствие и тут же без обиняков задала вопрос:

– Вы сопровождали мистера Мадигана в Денвер несколько недель тому назад?

– Да, мэм. – Он понимал мучительную неловкость, которую сейчас ощущает девушка, стоящая перед ним. Ее святоши-родители никогда не позволили бы своей дочери и близко подойти к конюшне, где нашел работу и приют презираемый ими ирландец. Девушка поступает так на свой страх и риск. Дженсон отнесся к ней с уважением.

– Вы должны гордиться знакомством с Рори Мадиганом. Малыш одержал победу в бою, который, не сомневаюсь, войдет в историю. Можете мне поверить – это был поединок истинных рыцарей.

– Но с тех пор прошло уже больше месяца. Он не говорил вам, когда вернется? Ведь он может потерять работу у вас…

– Он уже не нуждается в этой работе. Парень завоевал приз в пять тысяч долларов и столько же выиграл в тотализатор. Его дружок Блэки Драго поставил за Рори тысячу, а получил один к шести.

– Кто этот мистер Драго? – спросила Ребекка, уже заранее страшась того, что ей ответят.

Бью покраснел еще больше, вдруг осознав, что планы Рори в отношении этой трогательной доверчивой малышки могли измениться.

– Блэки Драго – влиятельная персона в Денвере. Известный уважаемый человек, – смущенно проговорил Джексон. – Он принадлежит к спортивному миру… в некотором смысле…

– В том смысле, что занимается салунами, азартными играми и прочим. Я вас правильно поняла, мистер Джексон?

– Да, мэм. – Джексон вспомнил, как липла к Рори рыжеволосая Джуния Киллиан. – Блэки знает Рори с детства. Они земляки. Дело в том, что, хоть Рори и выиграл бой, его здорово побили…

Ребекка побледнела, и Дженсон тут же поспешил добавить:

– Не пугайтесь, ничего серьезного. Просто Рори решил пожить у Блэки и подлечиться малость. Он хотел вернуться в Уэлсвилл не только с мошной денег, но и красавцем пуще прежнего. Он говорил, что все расскажет вам в письме.

– Я не получала никакого письма! – Ее собственный голос показался ей далеким и едва слышным. Как будто эти слова произнесла не она, а кто-то другой.

Очнулась она на скамеечке в тени. Бью Джексон неловко пытался обвязать ей голову влажным полотенцем.

– Мисс Синклер, с вами все в порядке? Вы упали в обморок прямо на меня и чуть не сбили с ног. Со мной тоже чуть не случился обморок, впервые в жизни. – Джонсон попытался под шуткой скрыть свою растерянность.

Ее ридикюль и шляпка валялись в пыли, волосы растрепались. Должно быть, выглядит она ужасно. Что подумал о ней мистер Дженсон?

– Мне уже лучше. Извините меня. Могу я попросить вас, мистер Дженсон, об одной милости? Не говорите никому, что я наводила справки о Рори Мадигане.

– Я родился в Алабаме, мэм, а там умеют держать слово, – произнес он торжественно, помогая ей встать. – Вы действительно в порядке? Может, вас отвезти домой на тележке?