Стелла Камерон - На вершине блаженства

– Теперь группа Пру ни за что не пригласит меня стать председателем комитета.

– Тебе этого так хотелось?

– Думаю, ты понял, что я хотела сказать.

– Полагаешь, что я специально устроил так, чтобы эти ненормальные увидели тебя в моем обществе?

Себастьян еще крепче прижал ее к себе.

– Думай что хочешь. Делай выводы сам, – отрезала она. – Я хочу уйти. Пожалуйста…

– Начнутся ненужные разговоры.

Ферн обернулась. Улыбнувшись, взяла Себастьяна за руку и подвела к группе гостей, обступивших столик, уставленный закусками. Хрустальная люстра, украшенная красными подвесками, бросала розоватые блики на черный лакированный стол и шелковый ковер с черными и золотыми узорами.

– Внимание все! – провозгласила Ферн, хлопая в ладоши. – Поприветствуйте Себастьяна Плато и Блисс Уинтерс.

Раздался недружный хор голосов. Последовали рукопожатия. Мероприятие началось. Сразу же заговорили о продвижении «Раптор вижн» на северо-запад. Уверенные в себе мужчины и женщины с увлечением обсуждали интересующий всех вопрос.

– Вы дочка Морриса? – спросил крупный мужчина с пшеничного цвета волосами. Его слезящиеся глаза пристально смотрели на Блисс. – Мир тесен. Несколько дней назад я беседовал с Моррисом. Меня зовут Уолтер Дефанк.

У Блисс засосало под ложечкой.

– Очень приятно познакомиться, – пробормотала она. Теперь уж папочке непременно доложат, где и с кем бывает его дочь. – Мама только вчера говорила мне о вас. Как вам понравилось в охотничьем клубе? – Пусть знает, что она умеет отплатить той же монетой. И пусть знает: она не заблуждается насчет того, в каких словах он опишет сегодняшнюю встречу ее отцу.

Дефанк хмыкнул, выгреб из вазы, стоявшей на столе, целую горсть орешков и тут же принялся грызть их. Он больше не смотрел на Блисс, казалось, утратив к ней интерес.

– Шампанское? – предложил официант в белом костюме; он держал в руках поднос, уставленный тонкими хрустальными бокалами.

Себастьян взял бокал и протянул его Блисс. Сам же воздержался.

– Прошу прощения, – громко проговорил он. Затем взял Блисс под руку и вывел из комнаты.

– Оранжерея – звучит заманчиво. Откровенно говоря, не ожидал увидеть подобное.

– Похоже, хозяева не испытывают недостатка в средствах. И могут позволить себе все, что пожелают.

– Пожалуй, так, – согласился Себастьян. – Неплохо устроились.

– Я хочу домой.

– Ты уже говорила. Потерпи еще, ладно? Давай побудем еще немного, потом извинимся и сбежим.

– Хочешь убедиться, что нас уже все видели?

– Что ты имеешь в виду?

Но выражение его лица не оставляло никаких сомнений: он прекрасно понял, что имела в виду Блисс. Кто после сегодняшнего приема поверит, что Блисс Уинтерс может выступить против Себастьяна Плато? Даже если бы она захотела помочь Пру и ее группе, никто бы ей уже не поверил. Впрочем, она и не собиралась им помогать.

Себастьян хотел что-то сказать, но передумал – молча направился к двери, выходящей во внутренний дворик под стеклянным куполом. Темное бархатистое небо нависло над стеклянным сводом. Влажный воздух был насыщен ароматами цветов. Горшки с орхидеями, усыпанными раскрывшимися цветками, были расставлены повсюду, даже среди деревьев и кустарников.

– Ого… – усмехнулся Себастьян. – Типичная показуха. Эти люди вечно устраивают демонстрацию.

– Ты многих из них знаешь?

– Да, почти всех.

– Что-то я не вижу голодных художников, нуждающихся в крыше над головой.

Он взял Блисс за руку, в которой она держала бокал, и поднес к ее губам. Она сделала глоток шампанского.

– Ты и двух слов не сказала, не познакомилась ни с кем. Откуда тебе знать, кто есть кто?

– Если в этом доме найдется наряд ценой менее тысячи долларов, я буду крайне удивлена.

Он отпил из ее бокала. Потом окинул долгим взглядом платье Блисс. Шелковая бахрома на подоле, лилии, вышитые серебряной нитью на небрежно накинутом на плечи шарфе.

– Я бы и одна ушла, но уже темно, – сказала Блисс. – Мне нисколько не страшно, но я же не круглая дура.

– Я не отпущу тебя одну. У тебя чудесное платье. Но увы, я думаю лишь о том, как бы снять его с тебя.

Она пристально посмотрела на него.

– Ты так в себе уверен. Себастьян Плато всегда добивается желаемого. Ты действительно так считаешь?

Он изменился в лице.

– Было бы неплохо. Я знаю, чего хочу добиться сейчас. Но давай еще кое с кем поговорим.

– А потом? Что потом, Себастьян?

– Потом я собираюсь увезти тебя отсюда и закончить то, что мы начали прошлой ночью.

Она опустила глаза – вспомнила, какой дурочкой почувствовала себя из-за кольца в его бумажнике. Не просто дурочкой, а расчувствовавшейся дурехой. Да, так и есть. Она дура. Не носил он это кольцо с собой все пятнадцать лет.

– А… Ларри Уилмен, – изобразив улыбку, проговорил Себастьян. – Приветствую тебя, дружище. Как дела?

– Отлично. – Лысоватый гладенький Уилмен похлопал Себастьяна по спине. – Славную пирушку ты устроил в Чикаго в прошлом месяце.

– Рад, что тебе понравилось. Но и у тебя недурно, Ларри.

Уилмен с горделивым видом приподнял тройной подбородок и окинул взглядом свои владения.

– Ты распространил мою заявку по поводу «Нордстрома»?

– Конечно, – ответил Себастьян. – Почему ты считаешь, что они не удовлетворены тем, что у них есть?

– Я так не считаю. Просто никогда не вредно продемонстрировать, что у тебя есть выбор.

– Разумно. Постараюсь подобрать для тебя что-нибудь на этой неделе.

– Уж не забудь, – пробормотал Ларри.

Кивнув Себастьяну, Уилмен направился к рыжеволосой женщине в длинном зеленом платье с глубоким вырезом на спине. Незнакомка была в очках в светлой оправе, ярко-красная помада подчеркивала прозрачность и белизну ее кожи.

– Постой здесь минуточку, – попросил Себастьян. – Мне нужно кое с кем поговорить.

Блисс пригубила из бокала. Она видела, как Себастьян догнал женщину в зеленом, взял ее под руку и повел обратно в дом. Сколько женщин у него было? И сколько их сейчас?

Все больше и больше гостей прохаживалось среди пышной экзотической зелени. Синий попугай хрипло кричал, сидя на своем шесте.

Блисс показалось, что шум голосов затих. Она поняла, что все взгляды обращены на нее, и ей стало очень неуютно. Сначала она поймала на себе взгляд Ларри Уилмена. Он улыбнулся и поднял свой бокал. Блисс кивнула.

Все собравшиеся в этом доме, все эти элегантные мужчины и женщины читали, наверное, про идиотский комитет Пру О’Лири. И все знают, что Блисс как-то связана с Себастьяном. Должно быть, сейчас они гадают: какого рода эта связь?

Блисс подошла к стеклянной стене оранжереи и укрылась за пальмами и горшками с орхидеями. Как только вернется Себастьян, надо уезжать.