Симона Элькелес - Возвращаясь в рай

- Где отец? - спрашиваю ее.

- Он либо смотрит телевизор в своей комнате, либо спит.

Как же я сразу не догадался.

- Скоро вернусь. - говорю всем, затем поднимаюсь по лестнице перепрыгивая через

ступеньку и стучу в дверь спальни родителей.

- Войдите.

Я открываю дверь и вижу, что отец лежит на большой кровати королевских размеров и

смотрит телевизор. Он выключает его, когда я вхожу в комнату.

- Привет, пап.

- Ты хорошо провел время сегодня вечером? - спрашивает он.

Я думаю о Мэгги и обо мне. Я не знаю, что ждет нас в будущем, но мне хорошо с ней. В

самом деле, я чувствую себя лучше, чем когда-либо.

- Да. Я отлично провел время, спасибо. Слушай, я хотел попросить тебя об одолжении.

Приехал парень, с которым я был в тюрьме в одной камере, - я откашливаюсь, потому что

не знаю как продолжать просить отца об очередном одолжении, - ему нужно место, где

переночевать.

- Надолго? - спрашивает отец.

Я не могу понять его реакцию, поэтому действую осторожно. Я здесь в его милости. Это

его дом. Перед тем, как я уехал из Рая, он сказал мне придерживаться его правил или

уходить. Я ушел, потому что не мог притворяться безупречным сыном, в то время я

несомненно не был таковым.

- Я не знаю. Наверное, на несколько дней.

- У нас есть драгоценности. Твоей маме не понравиться это, Калеб.

- Мамы нет здесь, - я отвечаю ему.

- А как насчет Лии? - Спрашивает отец. - Она такая же ранимая, как и твоя мать.

Скрипит пол, предупреждая нас, что в комнате еще кто-то есть. Это Лия.

- Позволь ему остаться, пап.

- Почему?

- Потому что это правильно поступок. Ему нужна крыша над головой, а у нас она есть.

Она смотрит на меня и дарит мне малозаметную улыбку, словно мы действуем заодно.

- Прекрасно. Он может остаться, - говорит мне он. - Калеб, ты будешь в ответе, если что-

нибудь украдут. Он может остаться здесь только на несколько дней и это все. Несмотря на

то, что ваша мать не может сейчас быть здесь, это наш дом и я должен уважать тот уклад

жизни, который она хотела для него.

- Спасибо, пап. - Я собираюсь обратно вниз, но сначала мне нужно кое-что рассказать. Я

смотрю на Лию, затем на отца. - Я хочу, чтобы вы оба знали, что Мэгги и я собираемся

проводить много времени вместе в ближайшие две недели.

- Я не думаю, что это отличная идея, - вмешивается отец. - Она является причиной того,

что ты оказался в тюрьме, Калеб.

Я смотрю прямо на сестру.

- Мэгги не является причиной того, что я оказался в тюрьме. Правда, Лия?

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - бормочет Лия. Она быстро отступает и исчезает в

глубине коридора.

- О чем ты думаешь, Калеб? - спрашивает отец. - Ты устроишь себе неприятности, путаясь

с Мэгги. Ты разрушаешь свою жизнь.

- Ты все совершенно не так понял, отец. Я пытаюсь наладить ее.

Глава 32.

Мэгги.

Я стираю утром, когда раздается звонок в дверь. Когда я открываю дверь, на крыльце с

дымящейся кружкой в руках стоит Калеб.

- Я сделал тебе кофе, - произносит он, протягивая его мне. - Я забыл, какой тебе нравится,

так что я положил в него немного молока и сахара. Если бы у меня были деньги, я бы

пошел и купил тебе еще пирожное.

- Мне не нужно лакомств. Ты знаешь это.

Я чувствую, как все встало на свои места так прекрасно, и это меня пугает. Я беру чашку и

приглашаю его войти.

- Ты не должен был делать мне кофе.

- Я этого хотел. Кроме того, я полагаю, что мы можем поговорить с твоей мамой, и

сообщить новости о нас ей вместе.

- Она уже на работе, - говорю я ему, и веду его в гостиную, где стоит корзина для белья.

- В воскресенье утром кафе, как правило, забито посетителями.

Я еще не уверена, как моя мама будет реагировать, когда поймет, что Калеб не только

вернулся в Рай, но и что мы теперь вместе. Пара.

Я все еще пытаюсь привыкнуть к тому, что мы решили объявить все официально. Это так

странно, что он здесь, в моем доме, приносит мне кофе просто потому, что он думал, я

хотела бы попить его.

- Все прошло хорошо после того как я ушла? - спрашиваю я и одновременно вытаскиваю

футболки, чтобы сложить. Он тяжело опустился на край дивана, наблюдая за мной.

- Я сказал папе и Лие о нас.

Я прекращаю складывать и готовлюсь к последствиям.

- Что они сказали?

Он пожимает плечами.

- Неважно.

Да, так и есть. Но я знаю, что общение со своей семьей острая тема, поэтому я не

нажимаю дальше. Последнее, что я хочу сделать, это вызвать у него напряжение. Ему

достаточно того, что он просто вернулся в Рай.

- Какие у тебя планы на сегодня?

Я беру кружку и выпиваю теплый, мягкий кофе. У него вкус ванили. Я смотрю на Калеба

через край и жаль, что я не чувствую как тикают часы, и проходит время которое мы

можем провести вместе. Чем больше мы вместе, тем больше мне хочется быть с ним.

- Мне было интересно, хочешь ли ты потусоваться. - говорит он.

- Конечно. Что ты хочешь делать? Я знаю, Ленни и Хулио остаются с тобой, поэтому я

уверена, ты не можешь быть со мной весь день.

- Мы все собираемся в фролфинг. Это диск-гольф.

- Фролфинг? - я никогда не была там раньше. Я даже не уверена, смогу ли я играть с моей

хромотой. - Почему бы тебе и ребятам не пойти поиграть вместе, а мы можем встретиться

после.

Калеб покачал головой.

- Мэг, ты идешь. Это свидание. Мы играем в паре.

- Свидание?

- Да. Приготовься, потому что мы встречаемся на поле в одиннадцать.

- Я никогда не играла. Мы проиграем.

- Я это понял.

Я инстинктивно бросаю в него то, что складываю. УПС. Это пара трусиков, которые он

ловит одной рукой, и держит. Это нейтральная по цвету пара, без каких-либо украшений.

- Скажи, пожалуйста, что это твоей мамы.

- Они мои.

Одна из его бровей поднимается.

- Мэгги, трусики должны быть сексуальными. Эти - нет. Я надеюсь, что у тебя есть такие

любого цвета, чтобы взять их в Испанию.

Я вырываю их обратно, и засовываю на дно корзины.

- Что плохого в моем белье?

- Оно не интересно.

- Оно удобно.

Это заставляет Калеба смеяться.

- Просто будь готова к одиннадцати. Наслаждайся кофе, пока оно не остыло.

Час спустя он вернулся, чтобы забрать меня. Он положил множество дисков в рюкзак. Я

проглатываю мою неуверенность на счет игры, потому что Калеб так решительно

настроен, что мне ничего не остается, как присоединиться к ним.