Элен Уайт - На пути к счастью

— И тамады не будет? — притворно ужаснулась я, вспоминая одну из свадеб, где тамада напилась и переспала с женихом.

— Не будет. Будет тихая, спокойная свадьба, после чего мы с Алексом улизнем к сынишке, оставив свидетелей на съедение гостям.

— Эй! Я свидетельница! — взмутилась я.

— Черт, теперь ты в курсе моего плана. Но ты же не откажешься в день мой свадьбы быть подружкой невесты? — спросила девушка, состроив умильны глазки.

— Нет, но… — начала я, но меня перебил звонок в дверь.

— Это, наверное, Алекс прибыл нас забирать, — сказала девушка, расправив невидимые складки на платье и глянув на себя в зеркало для уверенности.

— Открывай, — разрешила она, улыбнувшись, а я пошла к двери.

— А чего так рано? — спросила я, распахнув дверь и не глянув в глазок. На пороге стояла Марго в платье до колена изумрудного цвета. Сзади маячил дядя Коля, отец подруги, держа в руках букет и подарочный пакетик.

— Рано? Да это поздно! Коленька, чего ты стоишь? Заходи! Мы едва все не проворонили. Подержи, деточка, — Маргарита Ивановна развила бурную деятельность. Она сунула мне в руки букет из лилий и буквально влетела в комнату маленьким изумрудным ураганом.

— Коленька, ты глянь, какая прелесть! — услышали мы с папой Лекси ее голос и поспешили в комнату, где Маргарита Ивановна уже вытирала остатки своей помады, которая небось 'не оставляет следов', со щеки дочери.

— Мам, вы же должны были на место приехать, — сказала Лекси, выдержав натиск родительницы.

— И пропустили бы самое интересное? — удивленно воскликнула Маргарита Ивановна.

— Ты о чем? — не поняла подруга. — Сейчас приедет Алекс и мы поедем на Палм Бич, где обменяемся клятвами и получим свидетельство о браке. Тихий фуршет и все.

— Это ты так думаешь. И кто тебе сказал, что мы тебя так просто этому заграничному прЫнцу отдадим? Не сильно много ему будет? — задорно сказала мама подруги. Ответить Лекси ничего не успела — послышался звонок в дверь.

— А вот и зятек будущий! Ты сидишь здесь, — сказала Маргарита Ивановна и вышла, оставив нас с Лекси наедине. — Коля, не выпускай их ни под каким предлогом!

— И что теперь? — озадаченно спросила Лекси, сев на край дивана.

— Остается только ждать. Ты же знаешь свою маму, — пожала плечами я, присев рядом.

— Так, а чего мы сидим? — всполошилась невеста, буквально подскочив на месте.

— А что ты предлагаешь? — не поняла я, прикидывая, какая идея могла прийти в голову моей сумасшедшей подруги.

— Как что? Подслушивать!

Сначала слышались какое-то шебуршание, хлопанье двери, а после нескольких секунд тишины мы услышали голос Алекса.

— М-да… По ходу идея подслушать не была столь хорошей, как казалась, — протянула я, выпрямившись.

— Угу, — согласилась Лекси, и мы вновь сели на диван.

— Я постоянно забываю про то, что эти двое общаются на немецком. Пора учить язык великого Гюго, — вздохнула я, сгорая от любопытства.

— Так Гюго же француз?

— Один хрен. Не скажу же я, что хочу учить язык великого немецкого кинематографа. В нем не так слова, как язык.

— Натка! — воскликнула Лекси, округлив глаза.

— А что? У меня, между прочим, этого самого уже несколько месяцев не было! — ответила я, нахмурившись. Не говорить же подруге, что при одном взгляде на одного симпатичного блондина в голове такое множество картинок начинает крутиться!

— Дочь, Алекс с честью прошел все препятствия, поэтому я могу с чистой совестью вручить тебя ему! — торжественно изрекла Марго, распахнув дверь.

— Еще бантиком перевяжи! — проворчала Лекси, но по девушке было видно, что все это лишь для проформы. Глаза невесты лучились радостью, а на губах играла теплая улыбка. Стоило Алексу переступить порог комнаты, как Лекси улыбнулась шире и бросилась на шею любимому.

— Ты самая красивая, любимая! — тихо сказал Алекс, и, легко поцеловав свою без пяти минут жену, заключил ее в свои объятия.

— Быстро Марго сдала позиции, — проворчала я, непонимающе глядя на довольную Маргариту Ивановну.

— А кто тебе сказал, что быстро? — услышала я шепот Мэтта буквально возле своего уха. Странно, я даже не заметила, как он подошел. Передернув плечами, будто от холода, я попыталась скрыть тот табун мурашек, который пробежался по моему телу, даря томительное наслаждение. Невозможное наслаждение от близости запретного плода.

Мэтт выглядел потрясающе — черный костюм с приталенным пиджаком и белоснежная рубашка с черным галстуком. Эта дорогая простота шла блондину, волосы которого были уложены в небрежную прическу.

— Тебе не говорили, что подкрадываться не красиво? — спросила я, прокашлявшись. Мой голос как-то внезапно охрип, а в горле пересохло.

— Не говорили. Да и я не подкрадывался особо — просто стоял рядом, а ты меня так и не заметила, — пожал плечами парень, а в его голосе послышались нотки сожаления, или мне это только показалось?

— Так что ты говорил о Марго? — спросила я, желая перевести тему и глядя на идиллию, воцарившуюся в комнате — Марго о чем-то весело щебетала мужу, а Алекс нежно обнимал будущую супругу.

— Говорил, что она не быстро сдала позиции. Просто как любая женщина она любит две вещи. Знаешь, какие? — подмигнул мне блондин, подходя ближе, что мне вновь стало трудно дышать.

— Мужчин и украшения? — практически не задумываясь, ответила я.

— Ладно, тогда три, — хохотнул Мэтт.

— А третья вещь какая?

— Машины. Она, как любая женщина любит машины, — пояснил парень, пристально глядя мне в глаза, словно пытаясь что-то там разглядеть. Но, ничего не увидев, он пробежался взглядом по мебели, остановившись на окне.

— А я не люблю, — фыркнула я, чтобы хоть как-то прервать молчание.

— А я и не говорю, что ты любая, — ответил Мэтт, тепло глядя в мои глаза. Сейчас его глаза были потрясающего голубого цвета. На миг мне показалось, что это линзы, столь чистым и ярким был цвет, но спустя секунду взгляд похолодел — стоило парню взглянуть мне за спину.

— Так что Марго? — спросила я, уводя Мэтта с опасной темы. Сейчас я, как нельзя ярко, осознавала, что таких прозрачных и непрозрачных намеков я больше не вынесу.