Елена Колина - Хорошее настроение (сборник)

– Мать моя была очень красивая – так говорили. Все мои братья были уже взрослые, когда их отец умер, и вдруг – я. Она забеременела от какого-то приезжего. Деда ей не дал делать аборт, сказал – ты роди, я ребенка заберу. Она и родила, а сама умерла, в родах прямо…

Ну, деда дал мне свое отчество, но это ладно. Но он еще и назвал меня в честь бабушки! Нет, ну ты скажи, почему меня должны звать Прасковья Никитична?! Тем более я свою бабушку даже никогда не видела…

Ну, я росла с дедом. Деда, он все сам себя винил, что велел ей рожать, что, если бы он не велел ей рожать, она бы не умерла… что это была с его стороны ошибка… То есть выходит, что я – ошибка. Вроде это решение было деда, но ответственность получалась не только на нем, но и на мне – я же родилась… Я и сама тоже иногда думала – я ошибка. Я деду спросила – я ошибка, да?..

Ну, и деда после этого все время приговаривал – вот видишь, как правильно мы поступили, что не сделали аборт, ты у меня такая умница, а могли бы аборт сделать… Но я-то знаю – это он так говорил, потому что все же сомневался, что правильно сделал.

Ну, а я ведь нашла его, этого приезжего, который мой отец… у деды отрыла открытку с его адресом – Ленинград, Московский проспект, дом 135, квартира… Я ему написала письмо, послала свою фотографию, и он мне очень быстро ответил. Написал: «Ты очень красивая девочка, но это какая-то ошибка».

Получалось, мне нужно было всем доказать, что я – не ошибка. Ну, я и старалась знаешь как! Чтобы быть лучше всех. Я училась в седьмой школе, самой большой в городе, на две тысячи человек. Я лучше всех училась, на всех олимпиадах побеждала, и общественной работой занималась, и в спорте тоже, и мальчишки все в меня влюблялись… Я не только в нашей школе, я во всем городе была самая лучшая!

Я всего добивалась, чего хотела. Машину научилась водить! Автодело было у мальчишек, а у девчонок кулинария, но я добилась через РОНО, чтобы мне разрешили. В школе добилась, чтобы в столовке не воровали. Придумала – не доесть макароны и химическим карандашом подписать недоеденные макаронины изнутри. А на следующий день нашла две подписанные макаронины у себя в тарелке. Скандал был, комиссию вызывали. Потом уже боялись, лучше стали кормить. А то ведь я в основном в школе ела… А все ребята вечером еще дома ели, что мама сготовит… Отцов у нас у многих не было, но уж мать-то была у всех.

Ну, мне, конечно, не хватало женского воспитания, но у меня сябровка была, подружка, – и нормально. Она мне говорила: «Горбушку не ешь, а то у тебя будет грудь большая»… Я не ела. Видишь, какая у меня грудь маленькая? Мой размер 75 В.

Андрей серьезно кивнул, и мы засмеялись. Это было… ох, ну какое же это было потрясающее новое ощущение – вот так обо всем разговаривать. С любимым человеком. Совсем не так, как с Максом, он-то разговаривает и изучает меня, как стрекозу на булавке.

– А по воскресеньям деда звал меня, сажал на колени и говорил – давай мы с тобой помечтаем. Говорил – ты такая умница, будешь жить в большом городе, учиться в университете… Говорил – я в войну брал города, и ты возьмешь город… Вроде все так и вышло, но этот ваш Ленинград, он мне сразу показался чужой. Я ходила по улицам и как будто шепотом его спрашивала: «Слушай, чего ты от меня хочешь?» – а он мне отвечал: «А почему на ты?» Может, мне все-таки лучше было бы в Москву поехать? Как ты думаешь?.. Ты меня любишь?

– А твои братья? Они так и живут в Белоруссии? – спросил Андрей.

– А… да нет. Кто где. Макс думает, я деньги коплю на старость, а я младшему брату в Минске квартиру купила, а двум средним в Калининграде, а самый старший, он дома, в Волковыске остался, – так мы ему дедов дом перестроили, только уже ремонт нужен, я уже на новую крышу деньги дала… Я им всем деньги посылаю, подарки… Пусть радуются, что я родилась, что я не ошибка…

Ох, ну, наверное, я так сильно все это в себе взболтала, так наплакалась и навспоминалась, что со мной произошло это очень странное…

У нас была любовь, и я совсем забыла, что мне надо думать о том, что у меня никогда не бывает оргазма и что вот сейчас я опять, как всегда, упаду вниз у самой вершины… Я просто забыла обо всем этом думать – и вдруг это было! Было, было, было, это наконец-то было!!!

Мой психотерапевт Dr Lerner говорил, что у меня не бывает оргазма, потому что я superachiever, то есть я всегда хочу больше, чем у меня есть в данный момент. Так вот – фига! Фига тебе, Dr Lerner! Вот же, вот!!! Это был – взрыв, восторг, и я выдохнула: «Ой, мамочки»… Господи, как же это вдруг вышло?..

– Ты всегда что-то говоришь по-английски, а сейчас по-русски, – сказал Андрей.

– Ага. Помнишь? Женщины, когда рожают, кричат на родном языке? – сказала я. – Наверное, оргазм тоже всегда на родном языке. Я сказала: «Ой, мамочки».

Ну, вот так. Я его люблю, а он… он меня полюбит. Потому что я ему рассказала про себя все.

Нас учили проводить переговоры по гарвардской методике, где один из главных пунктов состоит в том, что с партнером нужно быть откровенным. Если ты показываешь партнеру, что доверяешь ему, он тоже начинает тебе доверять.

Ну, у нас с Андреем точно так и вышло. Я рассказала ему про себя самое стыдное, мой самый большой секрет. Как бы показала, что он мой близкий человек, но ведь и я от этого стала ему ближе. Я не специально ему все про себя рассказала, но получился двусторонний процесс, как переговоры. В общем, это сложно и понятно только юристам… Я думаю, я знаю – теперь он меня полюбит.

Я привыкла думать практически, а не долго и нудно рассуждать, как Максим, и я тут же поняла, что мне теперь нужно делать. Мне нужно снять квартиру. Одно дело – самой звонить и ездить в отель, когда Андрей свободен, а совсем другое, когда он всегда сможет заехать ко мне после работы. Я не скажу Андрею, что это квартира в рент, – он может тогда решить, что я слишком уж проявляю инициативу и вообще. Просто сниму квартиру рядом с его офисом, где-нибудь на соседней улице, и скажу… что-нибудь совру, и все.

Он меня полюбит. Я думаю, он меня уже почти любит. А что, разве я не достойна, чтобы меня любили?!

Глава 7

Даша

21 ноября, среда 

– Разве она достойна, чтобы ее любили?! – взволнованно кричала в трубку Ольга. – Нет, сейчас! Нет, прямо сейчас, ответь мне!

– А можно потом? – спросила я. – Максим ждет меня внизу, мы идем…

– Подожди, это же очень важный разговор. Ну, скажи – Флер достойна такой любви? Что значит «какая Флер»? Флер Форсайт. По-твоему, она достойна, чтобы ее любили два таких замечательных человека, Майкл и Джон? Она такая жесткая, безразличная к людям эгоистка!

Ольга живет в своем мире, и вместе с ней там живут персонажи разных книг.