Беременная для двух боссов - Кира Лафф

о делах компании? – заканчиваю её мысль я.

Мне становится тошно. Я, вдруг, понимаю, что во всей истории Вики и Макса не было и намёка на любовь с её стороны. Чистый прагматизм.

- Да, - кивает она.

- Но ты столько раз могла во всём признаться, Вика, - непонимающе смотрю на неё я. – Мы с Максом помогли бы тебе…

- Я знаю, - девушка прикрывает глаза.

- Тогда почему же ты этого не сделала? – спрашиваю, а сам даже не знаю, хочу ли узнать правду, или нет.

- Сосновский обещал, что вернёт моему отцу компанию и…

- И заплатит тебе денег, - заканчиваю её мысль я.

Вика молчит. Конечно, видимо, ей нечего сказать в своё оправдание.

- Что было дальше? – отрешённо спрашиваю я.

- А дальше… - её глаза наполняются слезами. – Дальше я встретила тебя…

Внутри ничего не дрогает от её слов. Сам удивляюсь собственному равнодушию.

- Я полюбила тебя, Эд, - продолжает настаивать она. – Знала, что не должна отвлекаться на тебя… должна сфокусироваться на Максе и своём задании, но…

- Странно ты меня любила, Вика, - не могу сдержаться от замечания я. – Настолько любила, что трахалась с другим, а потом чуть не убила меня своей липовой смертью! Чёрт! Ты знаешь, что я с собой хотел покончить?!

Руки Вики начинают дрожать. Одинокая слеза скатывается из края глаза.

- Прости, Эд… - тихо шепчет она. – Сосновский… после аварии он забрал меня прямо из больницы… держал у себя, пока я была беременна! Когда он узнал, что это не ребёнок Макса, он был просто в бешенстве!

- Но потом вы, всё же, договорились? – зло усмехаюсь я.

- У меня не было выбора… - шепчет она одними губами.

- Выбор есть всегда, Вика, - жёстко отвечаю я. – Заводи машину!

Максим

Дверца пассажирского сидения захлопывается, и машина выезжает за ворота.

Оторопело смотрю ей в след.

Кажется, я потерял её. Безвозвратно потерял своего Ангела.

Камеры назойливых папарацци продолжают щёлкать вспышками прямо перед моим кровоточащим после драки носом.

От завтрашних сенсационных фото в таблоидах меня уже ничего не спасёт... Да и предпринимать хоть что-то для того, чтобы унять шумиху, мне сейчас совсем не хочется.

Чувствуя внутри отвратительное опустошение, я круто разворачиваюсь и, не глядя на Эда, направляюсь в сторону дома.

Это конец.

Подсознательно я понял, что всё идёт именно к такому финалу ещё в Барселоне. Ангелина рано или поздно должна была узнать правду... Это было абсолютно неизбежно.

Но я, будто ненормальный, продолжал убеждать себя, что найду какой-нибудь выход.

Я привёз её в свой дом. Заточил в золотую клетку, пытаясь сохранить хотя бы иллюзию того, что поезд наших с Ангелом отношений не несётся в бездну на всех парах.

Идиот. Я грёбанный идиот.

Мне так нравился розовый пузырь самообмана, в котором мы с Линой провели последние дни, что теперь, когда он лопнул, я ощущаю полное бессилие перед обстоятельствами, что взяли взяли в тиски.

- Меня не для кого нет! - рявкаю на начальника охраны, ждущего возле кабинета.

Он понятливо кивает и оставляет меня одного.

Беру из бара бутылку чего покрепче и падаю в кресло.

Не хочется ничего.

Даже дышать не хочется...

Если бы у меня только был шанс повернуть время вспять.

Не предлагать Эду тот глупый спор...

Чёрт. К чему человеку все деньги мира, если власть, которую они дают, не способна избавить от ошибок прошлого?

Ох, как бы я хотел всё исправить! Но, увы, это невозможно...

Обжигающая жидкость в бокале постепенно притупляет боль.

Мой язык катает по рту не только её горечь, но и имя той, что перевернула мою жизнь с ног на голову.

Ангел... мой чистый Ангел...

Как я мог так долго врать самому себе? Пытался избавиться от наваждения... от сумасшедшей привязанности. Надел маску привычного цинизма и сам не заметил, насколько глубоко её крючок успел проникнуть в сердце.

И теперь она рванула его и выдрала с корнем.

Пустота в душе не даёт трезво мыслить. Лёгкие всё будто колючей проволокой стянуто - не вдохнуть.

Не знаю, сколько времени я сижу вот так, глядя перед собой в пустоту.

За окном становится совсем темно. Телефон разрывается от звонков, но я, замечая очередной неизвестный номер, просто игнорирую его.

Постепенно голова начинает наполняться туманом. Я ищу забытья на дне бутылки, и вскоре, оно там меня находит...

Распахиваю глаза от резкого стука в дверь.

Я лежу лицом на столе. Изо рта просто отвратительно пахнет бухлом.

- Что! - рявкаю я на охранника, несмело заглядывающего в дверь.

- Босс, тут к вам этот ломится... которого вы велели на свадьбу не пускать...

- А вы таки сделали, да?! - ору на него я. - Уволю всех на хер! Простое поручение не смогли выполнить!

Пока я изливаю негодование, дверь распахивается шире, и в кабинете появляется... Эд.

У меня при виде его аж челюсти сводит от ненависти!

Козлина!

- Пришёл продолжить начатое?

Пошатываясь, встаю. Луна озаряет комнату своим неярким светом. Интересно, сколько я был в отключке?

- Нам надо поговорить, - лицо Эда всё в ссадинах после нашей драки. Однако он выглядит не на шутку взволнованным. Чёрт, да что за хрень?

- Оставь нас, - не глядя на подчинённого, говорю я.

Тому два раза повторять не надо - он быстро кивает и спешит закрыть ща собой дверь.

- Что? - я опираюсь спиной о стену. Перед глазами всё вращается. Если Эд решит сейчас опять помериться силой, не уверен, что смогу противостоять