Измена. Я не прощу (СИ) - Шарм Кира

— Перестань называть меня Милка! Ты же знаешь…

— Ты от этого бесишься и у тебя появляется румянец. А еще… Еще у тебя сразу становятся вкусными губы… Такими вкусными…

— Рус!

Хлопаю обеими руками по его груди, но когда его такое останавливало? Особенно теперь, когда этой грудью можно стены пробивать, такие мышцы нарастил!

Руслан только улыбается, качает головой и смеется.

И нахально потирается своими губами о мои.

Чуть втягивает их и закатывает глаза.

— Чистый мед. Как тебе удается, а, Милка?

— Перестань. Не называй меня так. И вообще…

— И вообще нам пора!

Подхватывает меня на руки, прижимая к себе все так же крепко, как котенка.

— Я в больничной одежде. Мне хотя бы переодеться нужно. И принять душ еще.

— Дома переоденешься. Мне кажется, тут каждая секунда как год. Может, тебе все равно, но я постареть успею, пока ты себя в порядок будешь приводить. А я хочу быть молодым и красивым, между прочим. И еще долго. А то меня девушки любить перестанут. Такие, как ты. Слааадкие!

— Ты невозможный, ты в курсе?

Он заставляет меня даже улыбнуться. На миг забыть о том, что теперь я одна. И что моя последняя мечта тоже пошла прахом.

Особенно когда смотрю в эти насмешливые искорки в его глазах. Они становятся почти черными, и в них будто россыпь маленьких огоньков.

— Мне давно такого не говорили. Безнаказанно.

Рус наклоняется к моей шее и с шумом вдыхает воздух. Рядом с кожей, где бьется венка.

А я…

Я почему-то цепляюсь за его шею еще сильнее.

Вдруг начинает кружиться голова. И дикая слабость накатывает.

— У тебя на это эксклюзивное право, Розанова. Но не обольщайся. Совсем безнаказанной ты не останешься.

Чуть прикусывает кожу на моей шее и трется слегка отросшей щетиной.

Я зажмуриваюсь. Это щекотно, и… Приятно.

— Идем, малыш. А то повалю сейчас тебя обратно на постель. Неудобно получится, если кто-то из персонала войдет.

— Твоя взяла. Идем. Но это был шантаж.

— Потому что с тобой просто нельзя иначе, — ухмыляется, а я закатываю глаза.

Рус выносит меня из здания больницы, и я понимаю, что на воздухе мне становится намного легче. Или это от того, что так ярко светит солнце. А, может, он просто умеет отвлечь от тяжелых мыслей.

Открывает дверь своей машины и бережно укладывает меня на заднее сидение.

— Я на минуту. Нужно еще несколько вопросов выяснить с доктором.

— А…

— Не волнуйся, Мила. Все анализы обязательно проведут повторно. Мы должны быть уверены, что в этот раз в клинике не ошиблись.

— Спасибо.

Выдыхаю. Он Будто читает мои мысли. И я ему за это благодарна.

Руслан отходит, и как-то сразу вдруг становится холодно.

Усаживаюсь на сидении, поджимая ноги под себя и обхватив плечи руками.

Может быть, оно и к лучшему. Конечно, я бы любила своего ребенка. Всегда. Но, быть может, и хорошо, что я не беременна от Егора. Иначе пришлось бы с ним общаться. Лишать ребенка отца нельзя, каким бы он ни был.

Раньше я об этом совсем не думала.

А теперь представила, как бы это могло быть. Егор бы приезжал, чтобы забрать нашего ребенка на выходные? Или на несколько часов? Вместе с Лялей, своей новой женой? Еще и мама бы набивалась с малышом пообщаться.

Это было бы слишком. Тем более, гены тоже никто не отменял! А меньше всего мне хотелось бы, чтобы подлая сущность Егора передалась нашему сыну или дочке!

Сердце резко ударяет в грудь, когда во двор клиники с визгом влетает машина.

Я прекрасно узнаю ее. Это тот самый внедорожник, который совсем недавно купил Егор. Пока он стоял у нас в гараже. Дожидался какого-то особенного случая.

Быстро падаю на сидение, чтобы меня не заметили.

Машина резко тормозит и из нее буквально вылетает мой… бывший муж.

Следом за ним из машины медленно выходит Ляля.

Я смотрю на них, и даже глазам больно.

Как он наклоняется над ней. Как приобнимает и бережно ведет к двери клиники.

— Мила? Все в порядке?

Вздрагиваю от голоса Руслана.

Он прослеживает за моим взглядом и с такой силой сжимает челюсти, что они хрустят.

— Да, Руслан. Все хорошо. Поехали.

Мне хотелось бы, чтобы мы остались незамеченными.

Но Егор вдруг резко поворачивает голову, и мы встречаемся глазами. Меня начинает колотить, я вся покрываюсь холодным потом.

— Едем быстрее. Пожалуйста, Руслан.

— Ты больше не должна его бояться, Мила. Ты моя жена. И под моей защитой.

— Пожалуйста. Давай просто уедем.

Егор уже направляется к нам, и я вижу, что Руслан готов в ним встретиться. Вижу, как сверкают его глаза и сжимаются кулаки. Как вздуваются вены на шее.

— Пожалуйста, Рус. Я хочу оказаться подальше отсюда. И от них. Как можно скорее.

— Хорошо.

Рус наконец кивает, но так и не отводит тяжелого взгляда от парочки, на которую я стараюсь не смотреть. Усаживается за руль и машина срывается с места, пока он бормочет себе под нос самые отборные ругательства.

— Ничего. Мы встретимся с этим мерзавцем завтра. Правда, там будет слишком много людей, чтобы я смог поговорить с ним так, как он заслуживает.

— Завтра? А что будет завтра?

— Совет директоров, на котором будет решаться вопрос твоих замороженных акций и наложенного ареста на твои салоны, Мила. Кир уже подал иск в суд. Это что-то вроде предсудебных переговоров.

— Ты ничего мне не сказал.

Я… Не готова. Черт, я совершенно не готова встретиться с ними лицом к лицу! И о чем-то говорить! Если даже то, что я просто их увидела, выбило меня из колеи!

— Не волнуйся. Я и Кир будем с тобой. И тебе не придется ничего говорить, нужно только твое присутствие. Завтра вряд ли что-то решиться, но нам нужно озвучить свои требования и выслушать, что они нам скажут. Не бойся, Мила. Я же сказал. Я с тобой. Все будет хорошо.

Глава 29

Не дожидаюсь, пока Рус придет забирать меня из ванной.

Закутываюсь в его огромный махровый халат. Почему-то в нем мне уютнее. А еще так я как будто чувствую защиту Руслана.

Замечаю, что он работает у себя в кабинете через приоткрытую дверь, пока иду в свою спальню.

— Тебе идет.

Рус как чувствует меня. Поднимает голову и впивается таким взглядом, от которого мурашки по коже.

— Я буду рад, если ты будешь надевать именно мой халат, пока мы дома.

Я только пожимаю плечами, переминаясь босыми ногами.

— Мила, там еду доставили. Поешь без меня. Я буду работать. Очень много всего накопилось.

Киваю, хоть чувствую, что совершенно не хочу есть.

— Надо, Мила. Не заставляй меня, пожалуйста, кормить тебя насильно, — Руслан как будто читает мои мысли.

Вздыхаю и поворачиваюсь на носках обратно. В кухню.

Пахнет и правда довольно аппетитно.

Стейк из лосося на гриле и салат. Даже моя любимая выпечка с тонким слоем теста и огромным слоем мака. И кофе с молоком. Руслан даже разложил приборы!

Улыбаюсь и понимаю, что как минимум теперь должна съесть все. После такой заботы!

Правда, просто механически ковыряюсь вилкой в тарелках с едой. Снова накатывает апатия. Ничего не хочется.

Из меня как будто вынули что-то важное. Какую-то очень мощную батарейку, на которой я держалась. И теперь я чувствую себя просто оболочкой. Без всяких целей.

Мою посуду вместо того, чтобы отправить ее в посудомойку.

Возвращаюсь в свою комнату и падаю на постель.

Просто лежу и смотрю в потолок, потеряв счет времени.

— Мила.

Вздрагиваю, когда слышу над собой голос Руслана. Снова совсем не заметила, как он вошел.

— Поднимайся. Сделай прическу и надень что-то нарядное. Мы выходим через полчаса.

— Опять какое-то важное мероприятие, на котором тебе обязательно мелькнуть со своей женой?

— Очень важное, Мила. Собирайся.

— У нас же завтра важная встреча. Совет директоров, и…

— Мы ненадолго. Полчаса тебе хватит?

— Ты так и будешь надо мной стоять?