Клянусь тебя ненавидеть - Даша Литовская

прошлой жизни. Дать Дамиру искупить вину, окончательно отпустив меня и оставить наедине с этой дерьмовой жизнью.

- Моё счастье было так близко. - он горько усмехнулся, глядя в пустую стену. - Я всегда буду беречь тебя в глубине души, Эл. Ты мой свет. И вся жизнь без тебя превратилась в кромешный ад. Я виноват. Я так виноват, что сам себя ненавижу. Я лишил тебя нашего счастья, отобрал. Не смог уберечь тебя от самого же себя. Ты столько лет была рядом. А я всё проебал в один день. Когда ты ушла, я думал, что справлюсь. Но так и не смог отпустить. Ты права, в моей жизни полно дерьма. Но мне на всё это давно наплевать. Ничего из этого меня не волнует, так же как и вся жизнь. Я сломался тогда. Два года назад. А когда снова увидел тебя, чуть не сошел с ума. Ты заранее была победителем в любой нашей сделке, Эл. Ведь я преследовал только одну цель - немного побыть с тобой рядом. Я знал, что рано или поздно ты снова уйдешь. Жизнь не спросила у меня разрешения, когда именно раздавить. Просто сделала это. Я заплатил высокую цену за свой поступок. Я не тебя потерял, а себя. Я почти ни черта не помню из той ночи, когда ты сбежала, но это не оправдание. Я даже не знаю, как она оказалась со мной в постели тогда...

Он вскинул на меня мертвый взгляд. Мертвый взгляд цвета потухшей стали.

Со злостью вырвал иглы из рук и встал на ноги. 

Я вижу, как ему больно. Но от чего-то не могу сделать и шага навстречу.

Подходит. Сжимает холодную ладонь своей. Тёплой.

- Если есть еще хотя бы шанс, что я не успел тебе стать чужим...

Я не смогла ничего ответить. Тихо попросила рассказать, что он помнит из той, поломавшей несколько судеб, ночи.

Глава 29

Дамир. Два года назад. Утро, в день побега.

Голова трещит так, будто её бензопилой распилили ровно на восемь частей. Глаза получается продрать с огромным трудом. И тут же приходится закрыть вновь. Тусклый свет гостиной слепит не хуже прожектора.

По всему телу вдруг прошлось резкое жжение. Будто внутри, вместо вен, кто-то вшил горящие нити.

- Дамир.- слышу голос Фархата откуда-то издалека, несмотря на то, что он стоит рядом. Я чувствую это, потому что друг пытается меня растормошить. Но каждое движение отзывается адской болью.

По другую сторону от меня тоже слышится шевеление. И полусонный стон. Женский.

Открываю сухие глаза. Не меньше минуты втыкаю на блондинку, лежащую рядом.

- Твою мать, что здесь вообще происходит? – голос будто просел.

Из нас троих в комнате одет сейчас только Фарахат. Шмотки лежат на полу возле дивана. Друг подбирает их и молча протягивает.

- Какого хера она делает здесь? – откашлявшись и надев брюки, хриплю.

В доме грохочет музыка и это не слабо бьёт по мозгам.

Фархат продолжает молчать. Смотрит на меня исподлобья. Озлобленно и осуждающе.

- Ты ничего не помнишь? – сухо выдает он наконец-то, заставляя меня поднапрячь извилины.

Закрытая сделка. Ресторан. Море виски, шлифованное коньяком. Домой не хотелось. Хотелось продолжить праздник.

Затем бар и снова алкогольные литры, пропускаемые сквозь тело. Ближе к ночи выстояли лишь несколько человек. С ними мы и отправились пропустить партию в пьяный покер.

Дом. Снова коньяк. Или виски. Уже и не вспомнить. Заир и блондинка, извивающаяся у него на коленях. Откуда она вообще взялась? Та самая, которая сейчас лежит у меня под боком.

Чужих баб я еще не трахал. Но, сейчас это мало волнует…

Гораздо больше – Элина. Она спустилась в гостиную. Грустная и потерянная. В последнее время она постоянно такая, и это порядком меня достало. Жена села ко мне на кресло, попыталась обнять, но я отстранился. Заир что-то сказал ей. Плохо помню, что именно.

А потом… Темнота.

Будто сознание кто-то выключил. Щелкнув, стер память под чистовик. Я никогда так не напивался.

Бросил взгляд на гору пустых бутылок возле стола. Сколько я влил в организм вчера?

Даже сквозь дикие ломки, рассудок будто сигналил – мне срочно нужно увидеть жену. Если она узнает, что я проснулся с чужой бабой в одной кровати – никогда не простит. И лучше я скажу ей об этом сам, чем проговорится кто-нибудь из гостей. Которых, судя по голосам с кухни, в доме сейчас не мало.

Голова соображает с большой натяжкой, но я пытаюсь подняться с дивана.

Тело ведет. Пространство перед глазами будто резко сместилось вправо. Я не понимающе выдвинул вперед руки. Пальцы двоятся.

- Блядь, Фархат, отведи меня к Эл. – давлю, понимая, что сам доберусь до второго этажа вряд ли. Лицо прошибает холодный пот, а тело дикий озноб.

- Сядь. – резко отрезал друг и положил тяжелую руку мне на плечо. – Ты вчера столько выжрал, что до сих пор еще пьян. Никуда ты сейчас не дойдешь.

- Поговорить с женой. – язык вдруг немеет, а вспышка сознания гаснет. Падаю на диван и запрокидываю голову назад. Жесткая спинка мебели неожиданно стала мягкой, словно подушка из перьев. Я отключаюсь.

Через два часа всё повторяется вновь.

Яркий свет. Трещащий по швам рассудок.

- Эй, хватит уже диван давить. Гости веселятся, а хозяин нет. Не порядок. – смеется Заир, вошедший в гостиную.

Блондинка облачилась в мою рубашку и теперь сидит в кресле в дальнем углу со скучающим видом.

Я бросил на нее ненавидящий взгляд. «Не она виновата, что ты себя в штанах удержать не смог» - активизировалось создание.

- Я кажется твою бабу трахнул вчера. – сухо произнес, глядя на друга, и усилием воли поднялся.

Заир засмеялся и непонимающе изогнул бровь.

- Её? – кивнул в сторону полуголой девицы. – Ну не забудь заплатить теперь. Это же проститутка. Мне вчера скучно стало, вот я ее и позвал. Но, тебе она явно была нужнее. Весь вечер слюни пускал. Тебе что, жена не дает, дружище?

Он подошел к девушке и обхватив тонкую шею рукой, поднял ее на ноги. Та даже не пискнула. Податливо встала и заглянула мужчине в глаза.

Заир жестом животного, не обладающего интеллектом, дернул две верхних пуговицы рубашки, открывая тощую женскую грудь с бледно-розовыми сосками.

Сжал ее и оскалился.

- Хороша, да?

Отвращение подкатило к горлу.

- Не помню. На