Он бесит (СИ) - Стужева Инна

Ну, и что мне это дает? Самое лучшее, что можно сейчас предпринять — уйти пока не поздно, но вместо этого я огляделась по сторонам. Приметила велотренажер, подошла и залезла на него. То, что нужно. Меня почти полностью скрывает массивная доска от странного приспособления для прокачки чего-то там, они же видны как на ладони, если чуть вытянуть шею в сторону.

Для вида начала крутить педали на минимальной скорости.

Вот Третьяков что-то ей сказал, и Стужева полезла на тренажер. Чуть не соскочила, так что ему пришлось поддержать ее за талию.

Потом еще раз, они это делают специально?

Вдруг Сергей повернул голову и наши взгляды встретились. А в следующую секунду на его губах появилась усмешка.

Он издевается?

От возмущения закрутила педали сильнее, а между тем они перешли к следующему упражнению, в котором Третьякову снова пришлось ее поддерживать.

С моего места стало плохо видно, я решила переместиться поближе, раз он все равно меня заметил. Кроме того, Анжелка обернулась, проследив за его взглядом и теперь скрываться точно не имело смысла.

Демонстративно направилась к ряду беговых дорожек, несколько из которых на счастье оказались свободными.

— Привет, — кивнула я, проходя мимо них.

— Привет, дорогая, протянула Стужева, — какими судьбами? А мы тут с Сережей занимаемся.

— Ага, я вижу, — кивнула я.

— Ты здесь, а как же обед? — он выгнул бровь.

Сначала не сообразила, о чем он, но тут же вспомнила свои слова, сказанные сегодня утром в запале, что обедаю с Лешей.

Стужева в этот момент положила руку ему на плечо, и я плохо соображала, глядя на это.

— Я неправильно выразилась, это будет ужин.

— Ну, что, Сережа, продолжим тренировку, — между тем промурлыкала Анжелка. Ее лицо светилось от удовольствия и превосходства.

— Да, конечно, — произнес он и осторожно снял с себя ее руку, хоть это слава богу. Хотя ничего не означает, может просто не хочет, чтобы я видела.

— Что ж… Не буду вам мешать. — Я собралась развернуться, чтобы идти куда шла, то есть к беговым дорожкам. Потому что тут мне явно делать нечего.

— Оль, я не могу сейчас отвлекаться, у меня оплаченная тренировка, — вдруг обратился он ко мне вполне человеческим тоном.

— Да, я вижу. И не задерживаю.

От его тона и слов на душе потеплело, но лишь на мгновение.

— Сергей, я тебя жду, — голос Анжелки приобрел повелительные нотки, став на секунду не таким красивым и мелодичным как обычно.

Демонстративно прошла мимо и влезла на беговую дорожку. Еще бы понять, как ее включить.

Нажала какую-то кнопку, ничего не произошло, нажала вторую — безрезультатно. Почувствовала себя полной дурой, хотя сейчас как раз ею и являлась, иначе бы не притащилась сюда. Уже ничего не ожидая, нажала третью и тут дорожка дала резкий разгон, так что я чуть не грохнулась вниз. Чтобы удержаться на ногах, пришлось перейти на интенсивынй бег. Быстро двинула ползунок влево и слава богу скорость уменьшилась до минимальной.

Только я чуть отдышалась, подошел парень, одетый в такую же форму, как у Сергея и с бейджиком на груди.

— Девушка, здравствуйте, меня зовут Андрей, вам помочь? — парень расплылся в улыбке.

— Нет спасибо, я уже разобралась, — я улыбнулась ему, отвлекшись на секунду, но тут же вернув взгляд на них.

Стужева пыталась подтягиваться, но у нее получалось плохо, точнее совсем не получалось. Она попробовала еще пару раз и вдруг соскочила прямо в объятия Сергея. Точнее если бы он не поймал, она бы просто рухнула на пол, а так, повисла на нем максимально близко. Его рука снова на ее спине, вот черт. Ко всему прочему Анжелка нарядилась сегодня в спортивный костюм, обтягивающий ее как вторая кожа и подчеркивающий фигуру в самом выгодном свете, и это неимоверно злило. Третьяков кинул на меня взгляд из-за ее плеча, но не делал попытки отодвинуть ее и отойти.

Поняла, что готова расплакаться, отвела взгляд и уставилась себе под ноги. Еще не хватало, не дождутся.

Сбилась с шага, и, не знаю, как так произошло, оступилась, ногу пронзила резкая боль, и вот уже летела вниз. Все же опозорилась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Приземлилась на пол рядом с все еще работающей дорожкой, сильно ударившись мягким местом и продолжая испытывать адскую боль в лодыжке.

— Что случилось? С вами все в порядке? — тренер с именем Андрей подбежал, выключил дорожку и тут же склонился надо мной, его лицо выглядело озабоченным.

Но не успела я ответить, как его резко отпихнули, и Сергей оказался рядом.

— Нахрена ты сюда полезла? Где болит?

— Нога, вот здесь.

Я указала на лодыжку и едва он дотронулся, застонала.

— Тут болит? А тут? — спросил он, стянув мой кроссовок и продолжая осматривать.

— Ой, — я непроизвольно поморщилась.

— Может, перелом? — сказал Андрей, который вертелся тут же.

— Перелом? — Почувствовала нарастающую панику.

— Думаю, это растяжение, не перелом, — произнес Третьяков, — но пусть врач все же посмотрит. Отнесу тебя в медицинский кабинет.

— Нет, со мной все в порядке.

Я ненавидела себя за неуклюжесть, и что попала в такое глупое положение. Тем более что на нас начали коситься все, кто занимался поблизости. Попыталась встать, но Сергей не дал. А с следующее мгновение я оказалась у него на руках.

— Эй, что ты делаешь, отпусти, — возглас вырвался непроизвольно.

— Давай без истерик.

Путь нам преградила Анжела.

— Что это значит, мое время еще не закончено!

— Экстренный случай, прописан отдельным пунктом в должностной инструкции, можешь ознакомиться на ресепшене, — бросил он ей.

Губы Анжелки побелели от гнева, на меня посмотрела так, словно собиралась убить.

— Да она просто притворяется! — выкрикнула она, — специально подстроила!

Но Сергей лишь молча обогнул ее и понес меня к выходу из зала, под заинтересованные взгляды всех присутствующих.

Я обняла его за шею, носом уткнулась в грудь, и, несмотря на боль, поняла, что это самый счастливый момент за последнее время.

— Насть, позови Татьяну, — бросил Третьяков, когда мы проходили через холл. Далее миновали небольшой коридор, он занес меня в комнату с белыми стенами и осторожно усадил на кушетку. Здесь было прохладно, в нос ударил специфический запах дезинфицирующего раствора, отчего внутри все сжалось и сразу потянуло сбежать. Не хотелось отпускать, а хотелось находиться у него на руках бесконечно, но делать нечего. Сразу почувствовала себя покинутой, резкая пульсирующая боль вернулась.

Тут же в дверях показалась женщина в белом халате.

— Так, что тут у нас? Девушка, не волнуйтесь, сейчас все посмотрим. Сергей, а ты отойди хоть на пару шагов, что встал как приклеенный. Ну-ка.

И она принялась ощупывать мою ногу. При касании рук к лодыжке я непроизвольно морщилась.

— Как вас зовут? — обратилась она ко мне.

— Оля.

— А меня Татьяна Александровна.

— Очень приятно.

— Ну, что ж, самое главное перелома нет, — констатировала Татьяна Александровна через несколько минут, — я вижу небольшое растяжение, сейчас наложим вам, Олечка, повязку, дадим обезболивающее и придется несколько дней посидеть дома, чтобы не нагружать ногу. Все понятно?

— Да, хорошо.

Она отошла к шкафчику с медикаментами и открыла дверцы, Третьяков тем временем вышел из кабинета.

Врач достала моток эластичного бинта, какие-то таблетки.

— Ну вот, сейчас все сделаем, зафиксируем лодыжку и все будет хорошо. А пока выпейте обезболивающее. Станет легче.

Она подошла к кулеру, наполнила водой пластиковый стаканчик и подала мне вместе с таблеткой. Я проглотила пилюлю, даже не прочитав название, и вернула стаканчик.

— Хорошо, а теперь посидите спокойно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она принялась бинтовать, а я молча наблюдать за ее уверенными движениями.

— Ну, вот и все, — сказала она через несколько минут. Теперь главное, держать ногу в покое. Я вызову вам такси, а наш сотрудник поможет до него добраться.

— Не надо такси. — В комнату вошел Третьяков с моей одеждой и рюкзаком в руках, — я отвезу.