Одержимость (СИ) - Магницкая Доминика

Плевать. Скорее всего, ему ничего неизвестно. Просто забрал ребенка и отвез по указанному адресу. Вряд ли бы я смогла узнать что-то полезное.

— Как ты? У тебя нигде не болит?

Я стала осматривать Алису, подняла кофту, с ужасом ожидая каких-нибудь следов, но их не было. Да и дочка сама по себе выглядела абсолютно нормально.

— Почему ты так переживаешь? Мы же еще вчера виделись. Я проснулась сегодня в незнакомом месте, начала волноваться, ни тебя, ни папы не было рядом, но потом ко мне подошел какой-то мужчина. Он сказал, что к вечеру я уже буду дома.

— К тебе хорошо обращались?

— Я все время была одна. Принесли еду, включили мультики, а потом забрали и повели к такси. Где папа? Я так соскучилась по вам!

Как сказать маленькому ребенку правду? Это невозможно. Снова ложь? Похоже, что мой бесконечный бег по кругу еще не скоро закончится.

— Милая, у меня для тебя хорошая новость. Совсем скоро ты сможешь увидеться с Ромой!

— Правда? Здорово! Он приедет к нам?

Хорошо, что детей можно так легко отвлечь, иначе мне снова пришлось бы выдумывать глобальную ложь.

— Я еще не знаю точно, но мы обязательно с ним встретимся.

Мы с дочкой прошли в дом. Алиса рассказывала сюжет очередного мультика, я на скорую руку приготовила обед, после чего мы сели кушать. Мне так не хватало времени с ней, в последние дни постоянно приходилось уходить и оставлять дочку одну.

Только в такие моменты понимаешь, почему любовь бывает разная. Любовь женщины к мужчине никогда не станет настолько сильной и крепкой, как к собственному ребенку. Бывают и исключения, но по-настоящему я поняла, что такое любовь, лишь с появлением Алисы.

Увы, у нас не получилось провести друг с другом много времени. Надрывно зазвонил мой телефон. Увидев на экране имя Александра, я тут же ответила:

— Что-то случилось?

— Я получил ваши файлы. Их уже просмотрел мой человек в полиции, не беспокойтесь, совсем скоро Романа выпустят. Нам безумно повезло, что в бумагах, которые вы нашли, указывалась крайне важная информация. Удивительно, в этот раз Марк не так перестраховался — с его стороны было крайне неосторожным договариваться с людьми и заключать контракт на огромные деньги с целью того, чтобы те исчезли из России. Они уже числились в качестве погибших, так что последние обвинения скоро будут сняты. Разве можно судить человека за убийство тех, кто все еще жив, причем прекрасно отдыхает под чужими паспортами?

Я облегченно вздохнула:

— Спасибо вам огромное. Если бы не вы…боюсь представить, через что мне бы пришлось пройти. А когда Рома сможет…

Я взглянула на Алису. Та увлеченно смотрела телевизор, поэтому я отошла на несколько шагов и тихо спросила:

— Когда он сможет выйти оттуда?

— Думаю, что в течение часа он уже будет свободен. Не переживайте.

— Какое счастье слышать подобное от вас!

— Подождите…Ангелин, буду честен, не знаю, как вам это сказать, но…

— Не томите, я уже устала бояться. Что такое?

— Марка скоро отпустят. Через пару часов он будет на свободе.

— Что?

Я не сдержалась и закричала. Алиса подняла голову, взволнованно глядя на меня. Я кивнула ей, показывая, что все в порядке, и пошла в кабинет, не в силах вести подобный разговор рядом с дочерью.

Спросила снова:

— Как это возможно?

— Я не ожидал, что у него настолько хорошие связи. Поручились особые люди, адвокат Марка внес залог.

— Им вообще плевать на закон?

— Если говорить откровенно, то реально действующего закона о насилии у нас нет. Сейчас побои в домашних условиях чаще всего относят к административному правонарушению, крайне редко дают уголовное, особенно с учетом того, что все происходило в доме Марка, на его территории. Также хорошая репутация вашего мужа и связи сыграли свою роль.

— Тогда почему вы заставили меня поверить в то, что Марка посадят?

— Потому что иначе вы бы не стали мне помогать.

— То есть его посадят, только когда он окончательно меня убьет?

— Ангелин, успокойтесь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вас защитить.

Пустые слова. Мне вспомнилась фраза Марка, которую он произнес на следующий день после той жуткой ночи:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Я хочу, чтобы ты это помнила, потому что в следующий раз, когда ты потеряешь сознание, я не оставлю тебя в покое».

— Я не могу успокоиться. Черт возьми!

— Я чувствую себя виноватым перед вами. Позвольте рассказать еще кое-что. Вряд ли это поможет делу, но так у вас хотя бы будет информация, которой можно воспользоваться против Марка.

И он рассказал. Поднял жуткую, темную историю и сообщил то, что я даже в своей голове боялась представить.

Монстр. Настоящее чудовище. Как мне защищать себя, если с деньгами и связями Марка это практически невозможно?

Больше нет смысла бежать. Он все равно найдет, заставит вернуться и ударит снова.

Пока Алиса была увлечена мультиком, я поднялась наверх и оделась. Черные джинсы, майка, объемная кофта сверху. В последний раз вернулась в кабинет, чтобы взять одну вещь.

Сердце стучало как бешеное, но в остальном я была хладнокровной. Меня никто не защитит. Я бы могла попытаться сбежать в другую страну, но с дочерью это будет слишком сложно, а без нее я никуда не поеду. К тому же я прекрасно знаю, чем бы закончилась эта история.

Достаточно попыток, чтобы сделать выводы и решиться на самый последний шаг.

Я положила то, что взяла в кабинете, во внутренний карман огромной кофты и начала обуваться. Оставалось решить лишь один вопрос — кому доверить Алису, пока я буду отсутствовать. В этом городе у меня нет никого…никого, кроме…

Сквозь открытое окно в прихожей я услышала шум мотора. Со страхом посмотрела, боясь увидеть Марка. К счастью, не он. Но мужчина, стоящий рядом с такси, тоже не был тем, кого бы я сейчас хотела здесь увидеть. Слишком опасно.

Я крикнула Алисе:

— Выйду на минутку, не теряй меня.

С замирающим сердцем вышла из дома, плотно закрыв за собой дверь. На меня смотрел Рома. Мне так и хотелось прикоснуться ладонью к его щеке, ощутить кожей грубость щетины, вдохнуть знакомый запах и утонуть в тепле дорогих рук.

Но я боялась сделать лишнее движение. Мне было до жути страшно, что он оттолкнет меня и начнет требовать ответы, потому что снова время слишком ограничивало нас, не давало возможности насладиться моментом.

Однако мужчина сам приблизился ко мне и крепко обнял. Он помнил о моих ранах и придерживал бережно, окутывая своим теплом. Что же тебе пришлось пережить из-за меня?

В глаза Ромы была тоска и боль. Они же навеки поселились и в моем сердце. Однажды дав себе шанс попробовать заново, я не была готова отказаться от этого, и своим эгоизмом подвергала мужчину еще большей опасности. Мне ли не знать, насколько Марк скор на расправу.

Я на мгновение позволила себе прикрыть глаза и утонуть в теплом моменте комфорта и доверия, а затем отстранилась.

— Как ты нашел меня?

— Ваш адрес очень легко достать в интернете.

— Но зачем ты приехал?

Рома вгляделся в мое лицо, заметил тревогу и спросил:

— Разве ты не сказала, что все закончено?

— Я попрошу тебя об этом в последний раз. Обещаю. Забери Алису куда-нибудь, не задавай мне никаких вопросов. Больше я никому не могу ее доверить, я должна быть уверена, что она в безопасности.

Мужчина прикоснулся ладонью к моей щеке, мягко провел по коже и попросил:

— Обещай, что с тобой все будет хорошо.

У меня нет права давать таких обещаний. Я столько раз планировала свои действия, а в итоге вечно все происходило совершенно по-другому. Однако я понимала, что он не уйдет, пока не услышит мой ответ.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я обещаю, что со мной ничего не случится. Твое такси все еще здесь, я быстро одену Алису и приду, хорошо?

— Конечно.

Я вернулась в дом, взяла одежду потеплее и спустилась к малышке.

— Алис, сейчас ты пойдешь гулять, а потом я тебя заберу, хорошо, родная?

— А с кем я пойду?