Последний поцелуй (ЛП) - Клэр Джессика

– Конечно, раб, но позже.

– Хорошо.

Я веду Наоми по извилистым, узким и соединённым мостами дорогам и переулкам, покрытым брусчаткой, пока мы не добираемся до Понте делле Тетта. Там только дверь из чёрного металла, возможно железа, и нет окна. Над нами слышится жужжание камеры слежения, которая направлена на наши лица. Маски на наших лицах скрывают нас. Я достаю медальон, который купил у Гийома, и показываю его в камеру. По звуку становится понятно, что дверь отключена.

Открыв дверь, жестом приглашаю Наоми войти. Дверь позади нас закрывается. Впереди я вижу тонкие стены из стекла или оргстекла, которые разделяются на две части, а за ними виднеется проход. Промежуточный отсек, где нас будут обыскивать по отдельности. Двери в отсек открываются, и я направляю Наоми направо, а сам иду налево.

– Я буду с другой стороны стены, услышу тебя и приду на помощь, если ты позовёшь.

Она резко кивает и шагает вперёд. Чёрный занавес внутри опускается чьей-то невидимой рукой, скрывая её от моего взгляда. Если они найдут ножи в фаллоимитаторе, ударят ли её ими, прежде чем смогу попасть к ней.

Я быстро вхожу в собственную смотровую. Человек, одетый в чёрную кожу с головы до ног, закрывает занавес позади меня.

– Руки вверх, – приказывает он.

Мне видны только его рот, нос и глаза. Я поднимаю руки, и он обыскивает меня. Удовлетворившись, что при мне нет оружия или ножа, он приказывает мне пройти через металлоискатель. Я оставил всё в номере, даже пояс. Металлический детектор молчит.

Наоми не пройдёт его. Она объяснит, что у неё есть золотой ошейник и фаллоимитатор в киске. Разумеется, они не станут вытаскивать его и проверять.

– Чисто, – говорит он, проталкивая меня в слабоосвещённое фойе.

Я беспокоюсь о Наоми, ожидая любого звука. Секунды растягиваются в минуты, и когда я уже готов ворваться в её комнату, она, спотыкаясь, оказывается рядом со мной.

– Как ты? – спрашиваю я, сжимая её за плечи.

Она задыхается, и я думаю, близка ли она к припадку. Надавливаю на её плечи, вспомнив, как мои объятия предотвратили предыдущий припадок. Кажется, это срабатывает, потому что её напряжённое тело расслабляется под моим.

– Мне не понравилось, – бормочет она мне в грудь. – Не заставляй меня делать это снова.

– Нет, не заставлю. Прошу прощения за эти унижения.

– Они трогали меня повсюду, везде, – вздрагивает она. – Мне нужно принять душ. Вода. Мне нужна вода. Если бы у меня была вода, это помогло бы. Вода.

Я обнимаю её сильнее.

– Что с ней не так? – спрашивает вышедший из тени человек. – Если она не сможет держать себя в руках, вам придётся уйти.

– С ней всё в порядке, – отвечаю я с грубой надменностью. – Ей не нравится, когда с ней грубо обращаются.

Он фыркает.

– Хорошо. Но если она будет беспокоить других, вам придётся уйти.

Внутри клуба играет Вивальди, у гобоя солирующая партия. Справа от себя я вижу нишу и утку внутри, там же сношаются два человека. Учитывая темноту и их фигуры, я не могу определить пол, но меня он и не волнует.

– Выходите, – приказываю я.

Они берут мои деньги и уходят. Тут много мест, где они смогут потрахаться. Я сажусь на край покрытого кожей пуфа и притягиваю к себе на колени Наоми. Она всё ещё дрожит.

– Слушай мой голос, Наоми. Глубоко дыши. Сосредоточься на своём дыхании. Вдыхай через нос, выдыхай через рот, – инструктирую я её, положив руку на её живот и надавив.

Я и сам глубоко дышу, давая ей почувствовать, как расширяется, а затем сокращается моя грудь. Она начинает подражать мне, медленно заполняя и высвобождая свои лёгкие.

– Ещё раз.

Она продолжает, и я чувствую, что движения становятся спокойнее, и напряжение улетучивается. Мы сидим так долгое время, пока она собирает себя раз за разом, выравнивая дыхание.

Девушка отталкивает меня, и я отпускаю её. Она упирается каблуками в пол.

– Мы не торопимся, – вру я.

– Я в порядке, – говорит она, накрывая мою руку, всё ещё лежащую на её животе. – Ты меня не оставишь больше? Сегодня вечером?

– Нет. Я буду рядом с тобой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Всегда?

Прежде, я вероятно бы смутился, учитывая моё стремление к власти. Но сейчас? Сейчас важно, чтобы она успокоилась.

– Всегда, когда ты будешь нуждаться во мне, я буду рядом, – отвечаю я.

Кажется, она не замечает скудности моего обещания, а поправляется и берёт меня за руку.

– Я готова.

Мы выходим из ниши, и я веду её вперёд. Как и было обещано, здесь все разновидности залов. Есть обычные извращения такие, как связывание тела или использование кнута. И есть необычные, такие, что в них не признаются даже те, кто играет. Такие, обычно, можно найти на порнографических сайтах, созданных русскими девушками для их хозяев.

Эти тёмные извращения находятся за плотно запертыми дверями с предупреждающими знаками, понятными только тем, кто в курсе этого.

– Что мы ищем? – обоснованно спрашивает Наоми, потому что со стороны кажется, что мы смотрим на пустые двери и тёмные коридоры.

Я провожу нас по одному из них, а затем вижу знак, который искал. Богиня Деметра вырезана в деревянном барельефе над дверью.

– Земледелие? – Наоми в замешательстве морщин нос, но затем выражение её лица разглаживается. – О-о-о, я поняла. Деметра – богиня плодородия и земледелия, и любителей животных. Это грубо. Не думаю, что мне бы понравилось такое.

Я снимаю отслеживающий трекер с её плеча и смотрю на замок. Он прост, как ни странно, и тонкие ножи, спрятанные в фаллоимитаторе, отлично справятся с ним.

Этажом ниже нахожу свободную ванную комнату.

– Наоми, я должен достать оружие. Ты готова?

Скольжу руками по сторонам её корсета.

– Да, – вздрагивает она. – Мне действительно нужен перерыв. Думала, это будет сексуально, но на самом деле, оказалось довольно неудобно. Думаю, если бы ты при этом ко мне прикасался, было бы приятнее. А пока я только переваливаюсь. Что, если бы он был ещё больше? Я не смогла бы даже ходить.

Стянув её трусики до колен, пробираюсь ей между ног.

Она стонет, когда я вытаскиваю вибратор.

– Теперь ощущаю себя пустой. Ты должен поцеловать меня и заставить чувствовать себя лучше.

Я сдерживаюсь, чтобы не встать колени и выполнить её просьбу.

– Когда мы закончим здесь, я буду трахать тебя, пока ты не кончишь, – обещаю я, крепко целуя её в лоб.

Я отвинчиваю нижнюю часть вибратора и достаю лезвия.

– Давай руку.

Она, как хороший солдат, выполняет. Несмотря на множество вопросов и бесконечные беседы, Наоми – один из лучших солдат, с которыми я работал. В целом, она делает то, что я прошу и знаю, я могу доверять ей. Вложив ножи ей в руку, отбрасываю фаллоимитатор, мою свои руки и перекладываю ножи в карман рядом с отслеживающим устройством.

– Теперь ты должна вести себя очень тихо, – говорю я.

Она кивает.

Мы выходим из ванной комнаты, держась за руки. Для людей, которые не любят прикосновения, мы слишком беспокоимся о постоянном контакте.

Подойдя к двери Деметры, я быстро отпираю замок. По быстрому вздоху Наоми, я могу судить, что она хочет прокомментировать что-то, но молчит.

Сейчас не время и не место, но я не могу удержаться и поднимаю её лицо за подбородок. Её взгляд скользит по моей щеке, когда я наклоняюсь, чтобы встретится с её губами. Надавливаю на их мягкость, пока она не уступает и со вздохом не открывает рот.

Скольжу языком внутри, чтобы напомнить ей о моей власти и позволить ей показать свою власть, потому что я одержим ею. Она присутствует в моём сознании, когда я должен думать о других вещах.

Как и теперь.

Мы должны войти в комнату, подложить отслеживающие устройство и уйти. Но я наслаждаюсь её вкусом на своём языке и воспоминаниями о соединение наших бёдер, стуке наших тел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Ах, Наоми, ты меня портишь, – говорю я, затаив дыхание и отступив.

Её взгляд затуманен от страсти, и она просто кивает. Я провожу пальцем по губе, которую только что целовал. Под моим прикосновением она дрожит, а мой член становится твёрдый, как алмаз. Внезапно, я готов закончить наши дела и вернуться в отель, чтобы снова и снова наслаждаться друг другом.