Вики Томсон - Оазис любви

Хлоя усердно махала хвостом.

— Давай пойдем посмотрим, где он. — Аманда выпрямилась, перевела дыхание и направилась к дороге. — Чейз! — крикнула она. Горячий ветер несся по каньону и, казалось, относил ее голос назад.

— Аманда! — донеслось откуда-то снизу, с дороги. — Милая, оставайся на месте!

— Хорошо! — задыхаясь, крикнула она, полуплача, полусмеясь и прижимая к себе Бартоломью. — Твой папа идет, — шептала она малышу, покачивая его взад-вперед. — Твой папа вдет, чтобы спасти нас! — Она встала на цыпочки, стараясь увидеть извивающуюся дорогу, закрытую обнажившимися скалами и раскидистым дубом, и наконец увидела спешащего к ней Чейза. Самого замечательного человека в мире. — Я тебя вижу, — крикнула она, махая рукой.

— Ты в порядке? — долетел до нее вопрос.

— Да!

— Барт?

— Он тоже. Огонь страшный? — От нее не ускользнул порядок, в каком он задавал вопросы.

— Мы пройдем, — через мгновение услышала она ответ.

«Мы пройдем». Эхо снова и снова повторяло его слова, наполняя Аманду надеждой и энергией. То же самое он сказал, когда по пояс в снегу нес ее к кабине своего грузовика. Судьба послала ей теплого и заботливого мужчину. Он любит ее и защищает от бед, а она только и делает, что отталкивает его. Но он все равно снова с ней. И опять спасает ее.

Чувства бурлили в ней и требовали выхода, а Чейз не останавливаясь пробирался вперед — к ней. Вскоре он приблизился настолько, что она разглядела небритое лицо и потрепанную коричневую шляпу.

Одежда выглядела так, словно он в ней спал. Никого красивее она в жизни не видала!

— Я люблю тебя! — крикнула она, и эхо понесло ее слова к Чейзу.

— Что? — Он удивленно поднял голову.

— Я люблю тебя! — повторила она, заставляя звенеть стены каньона.

— Я тоже тебя люблю, упрямая женщина! — Голос прозвучал немного сердито, но он сказал это. Сказал!

Аманда засмеялась.

Через минуту ее смех слился с его, обтекая деревья, отскакивая от гранитных стен. Чейз все еще смеялся, когда спешился рядом с Амандой и притянул ее к себе.

— Ты умудрилась найти самый дурацкий момент, чтобы сказать это.

Она утонула в его сияющих глазах.

— Знаю.

— Теперь нам придется пожениться.

— Поженимся, если выйдем отсюда живыми.

— Аманда, заткнись. Просто дай согласие выйти за меня замуж, а заботу о том, как нам выбраться отсюда, оставь мне.

— Я выйду за тебя замуж, но что… Он быстро чмокнул ее в щеку.

— На большее у нас нет времени. Теперь надо окунуться — ив путь.

— Да, но мы не…

— Все будет хорошо. Пойдем. Ты войдешь в озеро со мной и маленьким Бартом. И Хлоя тоже. Все должны быть мокрыми с ног до головы.

— Как же твоя шляпа? Ты ее так любил.

— Это поможет тебе понять, как сильно я люблю тебя, ведь так? — Чейз лукаво улыбнулся. — Мигом в воду, — ласково приказал он.

Через пару минут они вышли на дорогу насквозь мокрые. Чейз нес на спине Бартоломью и вел под уздцы перепуганную Вербу.

— Если придется, мы оставим ее, — через плечо пояснил он. — Но сперва попытаемся пройти с ней. Однако, если не удастся — даже с помощью Хлои, — отправим ее назад в каньон, а ты сядешь позади меня.

— Чейз, я не хочу ее оставлять…

— Оставишь, даже если мне придется приторочить тебя к седлу, как джутовый мешок. Это понятно?

Аманде бы разозлиться, что Чейз приказывает таким тоном, но она не разозлилась. С первой минуты своего появления он подчеркивал, что она для него самая важная особа в мире. До сих пор она ни для кого не была самой важной, кроме маленького человечка у него на спине, и это новое чувство восхищало ее. Она еще не имела представления, как они справятся с деталями совместной жизни. О том, чтобы бросить свою работу, она не хотела и думать. «Мы пройдем», — сказал он. Значит, все будет хорошо.

Почуяв запах гари, Верба начала дрожать. Хлоя все время держалась так, чтобы ее могла видеть серая кобыла. Аманда завернулась в одеяло, как научил ее Чейз, прикрыв даже нос и рот, Чейз поправил одеяло на Барте.

— Здесь не так много места, но мы пройдем, — крикнул он ей сквозь рев огня.

Верба жалобно заржала и начала пятиться. Чейз с силой тянул ее за поводья.

— Давай, Верба! Вынеси эту женщину из огня! Здесь твоя любимая Хлоя рядом. Иди за Хлоей!

Отвлекая внимание кобылы от огня, умная собака громко залаяла. Аманда наклонилась вперед, гладила Вербу, по шее и бормотала успокаивающие слова. И лошадь ставила одну дрожащую ногу перед другой, медленно продвигаясь вперед.

Кашляя и задыхаясь, они одолевали дюйм за дюймом. Похоже на прогулку по аду, подумала Аманда. Сквозь слезы, туманившие глаза, она не отрываясь смотрела на ставшую от колыбели горбатой фигуру Чейза. «Я с тобой, куда бы ты ни шел». Он никогда не заведет ее в тупик.

Наконец дым стал редеть. Когда языки пламени остались позади, Чейз сдернул одеяло и подтянул Вербу к себе.

— Проверь Барта, — велел он Аманде. Она освободилась от одеяла, склонилась над Бартоломью и заглянула под капюшон колыбели. Малыш смотрел прямо на нее.

— Ты в порядке, солнышко? — ласково улыбаясь, проворковала Аманда и погладила его по щеке. В ответ Бартоломью улыбнулся.

— Он прекрасно себя чувствует. — Слезы хлынули у нее из глаз. — Прекрасно, только — не благодаря мне. Если бы не ты…

— Не надо упрекать себя, — повернулся в седле Чейз. — Ты лучшая мать, какую я видел.

— Я чуть его не погубила.

— Не ты. Огонь.

— Если бы ты не явился, чтобы спасти нас…

— Но я явился, — улыбнулся Чейз. — А теперь давай поскорей отсюда уедем, пока Верба снова не взбрыкнула. — С этими словами он тронул свою лошадь, по-прежнему ведя кобылу за собой.

Ты пришел, потому что нужен мне. Ты нужен Бартоломью и мне, нам обоим, думала Аманда, когда они спешили по дороге, чтобы поскорее отдалиться от пожара.

Наконец Чейз вывел их на вершину подъема и снова подтянул Вербу к себе. С минуту он смотрел на Аманду, не говоря ни слова. Потом прокашлялся.

— Там, в каньоне, ты сказала правду? Внезапный страх сковал Аманду. Почему он это спросил? Может, только драматизм момента заставил его сказать, что он любит ее?

— А ты?

— Черт побери, женщина! Я первый спросил. — Уголки губ чуть дрогнули.

Аманда вздернула подбородок. Ладно. Пусть она будет дурой.

— Да. Я сказала правду. Я люблю тебя. И понимаю, что твое место здесь, а не в Нью-Йорке. Позирование для рекламы не для тебя. Я не знаю, что делать мне. Что делать нам. Не надо из-за меня что-то менять, тем более что для тебя брак равноценен получению клейма. Поэтому я не связываю тебя предложением, которое ты сделал в каньоне. Ты бродяга, но я все равно тебя люблю.