Алёна Лепская - Анафема в десятый круг

Это не то, что я могу ему объяснить. Он знает, о Вике считай ничего. Что он знает? Общеизвестные факты, и незначительные мелочи? Что моя девушка, моя бывшая одноклассница, и одногрупница в некотором смысле этого слова. И всё. Остальное известно лишь узкому кругу людей, и он в него не входит, и вписывать его в этот круг, я не в праве, без её ведома.

― Надо Яр, надо. Иначе хрен нам а не контракт, кстати. Да и напомни мне в следующий раз, с тобой не спорить, ладно?

Мне бы этот контракт, шёл бы лесом, просто Яр считает, что я неуч, бездарь и ничерта у меня с группой не получится. Знал бы он кто я, так же кристально, как я знаю, кто он. Вообще-то, мне не нужен никакой продюсер, зная, как работают механизмы медийного бизнеса, я бы и сам мог раскрутить «ДиП», вот только, это было бы пожалуй слишком странно.

― Что, слабо, да? ― ухмыльнулся он самодовольно. Но это не так.

― Ой, заткнись, и на право поверни.

Ярэк так и сделал, и загрузился следя за дорогой.

Нет, ну я конечно знал, что в эмоциональном плане он не далеко от меня ушёл. Вот только если в моём случае бесстрастность и цинизм ― это патология, пункт анамнеза, который-то и устроил мне два года отборных мучений. То, в случае с Ярэком, я всегда подозревал некоторую степень обычной ветрености. Ему всё-таки 24 года всего и в психическом плане он здоровый человек. Нет, ну конечно смерть сестры, была ударом и для него тоже. Особенно для него! Но он справился, не сразу, но всё же сейчас он в норме. По крайней мере я так думал. Но по моему это тоже на нём по своему отразилось. А главное, когда он успел так, перемениться? Да так незаметно от меня? Он же только что не живёт со мной! Я пока с Викой не встречался, брата видел чаще чем рожу свою в отражении! Или он всегда таким был, просто мы как-то не натыкались на такие темы? Ну всерьёз по крайней мере! Так-то он всегда отшучивался, что в аспирантуру пойдёт, а потом в армию сгасится, отслужит, и ещё на одну вышку пойдёт, а может и ещё на одну, а там глядишь уже и пенсия. Но шутки шутками, в армии он отслужил, и на вторую вышку тоже пошёл, но на деле-то вот оно как получилось. Или как это вообще объяснить? Почему он вообще считает, что обязан это делать, я не пойму?

― Больничка? ― удивился он, своей догадке, когда увидел здание, ― Нахрена тебе в больницу, пшал?

― Много будешь знать, раньше будут отпевать… ― пробормотал я, в ответ. Тот паркуясь чуть тачку не зацепил. Укоризненно на меня уставился, ― Типун тебе на язык, придурок! Так и что мы здесь делаем?

― Ты сидишь в тачке и ждёшь меня. ― объяснил я, ― А я решаю одну проблемку.

― Звучит многообещающе. ― он смерил меня взглядом, ― Ты что решил кого-то добить, пока на тебя уголовное дело не успели завести?

Он что всю жизнь мне будет это припоминать? Добивать я конечно никого не добивал, а вот в колонию по малолетству и очень, не единожды имел возможность загреметь, за драки с весьма нехорошими последствиями. Про выкрутасы, до последних двух лет, я вообще пожалуй помолчу. Сделав саркастичную физиономию уверенно кивнул, ― Да.

Яр, пару секунд подумал. Вообще отлично, он ещё и думает…

― И долгого мне тебя ждать? ― спросил он наконец.

― Честно? Не знаю. ― я маниакально ухмыльнулся, ― Но я постараюсь сделать всё быстро и качественно.

― То есть, мне мотор не глушить, я так понимаю?

― Ну если бензина не жалко, можешь и не глушить.

Он покачал головой, и вздохнул.

― Иди уже быстрей, киллер недоделанный, блин.

Так я и сделал. Чтобы не терять время, в прениях с охранником, и ещё примерно столько же с сотрудницей на пропускной, прошёл через приёмный покой.

― Рафаэль. Что на этот раз? ― спросила Керро, стоило мне переступить порог палаты.

― И вам доброго. ― хотя вру конечно. Ничего доброго я бы ей не пожелал. ― Документ действует открыто, или только если вы этого хотите.

Она находилась в той же позе что и вчера. Документация, ноутбук, кондиционер в режиме Арктической зимы. Её руки замерли над клавиатурой.

― Да… ― ответила она туманным тоном. Она взяла какой-то документ, сосредоточенно его изучая. Только потом рассеянно посмотрела на меня, ― Так. И что нужно?

― Две подписи поставить. Нотариально заверенные разумеется.

Вот так вот. И сейчас она либо пошлёт меня ко всем чертям, либо даст разрешение на подпись. Керро задумчиво прошлась по мне холодным взором.

― Ну одна ясно, группа ваша. А вторая тебе зачем.

― Ну так, и что? «Да» или я пошёл.

Она задумалась. Я занервничал. В смысле реально занервничал, и тьма стала сгущаться перед моим взором и странный звук стал разгоняться, нарастать в голове, что-то похожее на шум, и дрожь прошла по телу. Я не знаю сколько прошло времени, но молчала она пару секунд, а казалось дольше. Не на много, но это было странно, как будто часы внезапно замедлились. Отведя от меня свой взгляд, она вернула всё своё внимание в монитор ноутбука.

― Я думала твой отец не придерживается строгих правил, разве не так?

― Так.

Очень интересно. Мой отец, в курсе всех дел, за счёт меня самого. Я не особо-то скрытничаю, так что родители в целом в курсе моей жизни. Ни к чему держать их в неведении, и нервном напряжении соответственно, я и так один живу. Но она-то откуда всё знает?

― Тогда и подпись тебе не нужна. ― спокойно ответила Керро, ― И имей в виду, что не важно, документ остаётся в тени или нет, он есть. Что соответственно означает, что как только я его обнародую он официально вступит в силу. У меня ведь нет поводов для этого, Рафаэль? ― поинтересовалась она многозначительно.

― Нет. Кто вам информацию сливает? ― спросил я следом.

― Не Альбина, не беспокойся.

― Я знаю, поэтому и спрашиваю.

― Какая тебе разница?

― Вика может самостоятельно пересекать границу? ― спросил я спокойным тоном, ― Я просто хотел на зимних праздниках съездить, куда-нибудь.

― Ну так уезжай.

― Не один. Так может она или нет?

― Нет. ― отрезала Керро.

― Но вы ведь дадите разрешение на перелёт, не так ли?

― Не так ли.

― То есть, нет? ― подытожил я, ― Почему?

Мгновение она молча испытующе смотрела на меня.

― Думаешь я не знаю, ничего? ― спросила она странным тоном, ― Не стоит делать из меня дуру, я и так слишком лояльно к тебе отношусь. Это всё? ― осведомилась она наконец. Ей явно не терпелось избавится от моего присутствия. Я развернулся на пятках, бросив:

― Выздоравливайте. ― не очень-то искренне это прозвучало. Я расслабился, и шум ослабел пока и вовсе не исчез, возвращая мне стабильную единицу диоптрии. А нервы-то шалят…